Белинда Джонс - В поисках хороших парней

– И мне, на самом деле, нужна новая пара кроссовок.

– Время покажет….

Итак, мы в огромном супермаркете. Центр «Карусель» предлагал незабываемый опыт совершения покупок. После того как Джеймс перемерил такое количество кроссовок, что в них можно было обуть толпу марафонцев, он все еще не испытал счастья Золушки, примеряющей хрустальную туфельку. Я больше не в силах была смотреть на этот парад коробок, поэтому оставила Джеймса заниматься его обувными спекуляциями и отправилась в отдел товаров для душа. Я собиралась обновить макияж, прежде чем в последний раз обойти магазин в поисках неженатых посетителей. Когда я увидела свое отражение в зеркале, то поняла, что мне уже ничто не поможет – лицо усталое, лак на ногтях облез, а пластырь, которым я заклеила мозоли на пальцах ног, отклеился. Я была далеко не в лучшей форме.

Признав поражение, я перешла в отдел сладостей к разноцветным контейнерам с липкими леденцами и прочей ерундой, которой я собиралась запастись для нашей дальней поездки. Где-то должен быть автомат, торгующий конфетами-тянучками. Я отправилась на его поиски по близлежащим отделам, и вот тут-то и увидела Его. На самом деле, я успела заметить лишь темные блестящие волосы, стянутые в конский хвост, и энергичную походку. Но этого было достаточно. Мой разум предупреждал: «Не надо!», а сердце вопило: «Вперед!», но быстрее всего среагировали ноги. Я уже бежала за ним, невзирая на то, что благодаря длинному узкому платью, которое было на мне, создавалось впечатление, что я передвигаюсь в тяжелых кандалах. Мне не хотелось пугать его моим видом гейши на марафонской дистанции, поэтому я встала на соседнюю бегущую дорожку и пошлепала по ней с такой скоростью, чтобы постараться опередить его. Внимательно следя за своим призом, я сошла со своей дорожки и неуклюже преградила ему путь.

– Вы не торопитесь? – выпалила я. – У вас не найдется минутка поговорить со мной?

– Э-э-э, – он запнулся, явно озадаченный отсутствием блокнота с ручкой у меня в руках и моим безумным видом. – Наверное… – согласился он.

Я понимала, что надо что-то сказать, но стояла как за чарованная, рассматривая неимоверное количество пирсинга, поблескивающее по всему его лицу, и не могла произнести ни слова.

– Всего четырнадцать, тебе видно двенадцать, – сообщил он, следя за мои взглядом, пересчитывающим колечки и сережки на его носу, ухе и брови.

– Ого! – Я почувствовала прилив сил.

Я забросала его глупыми вопросами о том, насколько это больно, будет ли капать из дырки на его нижней губе, если он вытащит оттуда сережку. Он отвечал на вопросы подробно, удовлетворяя мое любопытство и заставляя содрогаться. В то же время его огромные карие глаза с шикарными ресницами околдовывали меня. Несмотря на то, что в нем было так много дырок, он совсем не грязный. Волосы чисто вымыты и сверкают, кожа безупречна, а брюки из гладкого молескина выглядят абсолютно новыми. Похоже даже, что его белая футболка выглажена. Пока он рассказывал, что-то в нем (то ли его улыбка, то ли изогнутая левая бровь с кольцом) настолько напомнило мне о любви всей моей жизни Кристиане, что я испытала холодок дежавю, когда оказалось, что он тоже Рыба по зодиаку. Он казался таким знакомым и таким притягательным! Он говорил со мной так, будто нас познакомили на частной вечеринке друзья, а не я принудила его к беседе в супермаркете. За считанные минуты я выяснила, что он студент, изучает психологию, что ему двадцать с небольшим (да знаю, что слишком молод!), живет в Сиракузах (в 30 километрах от Казаковы), часто повторяет «точно!», а зовут его Пол Чирарделли. Классная фамилия! Особенно мне понравилось, что она итальянская, как и у Казановы. Но вот имя Пол казалось слишком простым для такого загадочного, экзотического создания.

Все то время, пока мы говорили, он смотрел мне прямо в глаза со все возрастающим любопытством. Я просто не понимаю, как мне удается поддерживать разговор с кем-то, кто мне до такой степени нравится. Если бы я могла, я сделала бы все, чтобы он остался стоять на месте, и я насмотрелась на него, а затем поднялась бы наверх, чтобы вдохнуть свежего воздуха и прийти в себя. Но время бежит. У меня осталось буквально несколько секунд, до того как Джеймс заявит в полицию о моем исчезновении и заставит службу безопасности разыскивать меня по всему магазину. Мой разум заговорил, пытаясь заставить меня оторваться от Него, но большая часть меня хотела упасть на колени и умолять его: «Люби меня!» Должна вас предупредить, что в моих расширенных зрачках можно прочесть все, что я думаю. Я знаю, что выгляжу как безумный подросток, но ни чего не могу с этим поделать. Вот такая я!

– Пойдем выпьем, – предложил он, и его зрачки тоже расширились.

Я тоже ему нравлюсь! Как все легко получилось! Я чуть не вскрикнула от радости, но вспомнила, что мне придется ему отказать. Впервые за последние годы меня пригласили выпить, а мне надо ехать с гомосексуалистом на Ниагарский водопад, потому что с ним я договорилась раньше.

– А ты не можешь попросить своего друга задержаться? – спросил Пол, когда я объяснила ему, в чем дело.

Не питая особой надежды – Джеймс такой педант, – я попросила Пола подождать несколько минут, прежде чем я вернусь к нему с вынесенным мне приговором.

– Ладно, мне нужно купить батарейки, так что я буду здесь через пять минут, – улыбнулся он.

Затем мы оба еще колебались несколько мгновений, боясь, что больше никогда не увидимся. Все слишком зависело от обстоятельств. Я глубоко вздохнула и поспешила в отдел спортивной обуви, откуда с улыбкой победителя уже выходил Джеймс, явно желая похвастаться своими новенькими щеголеватыми кроссовками. Но я как заведенная с маниакальной страстью твердила, что я встретила такого замечательного мужчину, и, и…

– Да успокойся ты. Пока мы туда вернемся, его там уже не будет, – обнадежил меня Джеймс.

– А если будет? Давай подождем хоть чуть-чуть, – я встала на цыпочки и хлопала в ладоши, как ребенок, упрашивающий своего папочку.

– Мы же договорились, что в шесть уезжаем на Ниагару.

– Знаю, знаю, но понимаешь, это ОН, это действительно ОН! По-моему, я влюбилась!

Джеймс закатил глаза.

– Ну пожа-а-лу-у-уйста! – ныла я.

Джеймс помрачнел. Я не хотела злить его. (Он ужасен, когда злится.)

– Ну хоть пойдем, ты познакомишься с ним, – попыталась я пойти на компромисс.

– Ладно, но еще пять минут, и мы уходим. Нам бог знает куда ехать, и так уже поздно.

Я понеслась вперед. Чем ближе мы подходили к месту встречи, тем больше я нервничала.

– Его здесь нет! – провозгласил Джеймс.

У меня упало сердце. Может, он мне просто привиделся?