Сесиль фон Зигесар - Ты - все, что я хочу

— Мы не спим уже какое-то время, — неопределенно ответила Ванесса.

Тиффани достала яйцо из микроволновки, положила его на тост и понесла тарелку в гостиную. На футоне под одеялом комочком свернулся спящий хорек. Тиффани вставила диск в музыкальный центр и увеличила громкость. Это было что-то звучное и резкое, Дэн раньше никогда не слышал такого. Однозначно не утренняя музыка. Тиффани протанцевала к Ванессе и взяла ее за руки. К удивлению Дэна, Ванесса начала скакать и трясти задницей в такт музыке.

Опа!

Ванесса никогда не танцевала. Ни за что. Чем это Тиффани ее накормила?

Пока Тиффани и Ванесса танцевали, Пьянь выбрался из-под одеяла и понесся к новым голубым с золотом кроссовкам «Пума» Дэна, припаркованным у входной двери. Он принюхался к ним несколько раз, развернулся и стал писать.

— Эй! — закричал Дэн, рванувшись на спасение кроссовок.

— Пьянь! Детка, все в норме. Иди к мамочке. — Тиффани наклонилась и протянула руки к зверьку. — Не бойся.

Ванесса, с раскрасневшимися от танца щеками, присоединилась к ним.

— Ох, Дэн. Ты напугал его.

— Никого я не пугал. — Дэн гневно махнул рукой. И добавил: — Иди к мамочке, маленькая зараза.

В его голове уже рождался новый стих: «Убить Пьянь».

БОЛЬШОЙ ДЕБЮТ ДЖ

— Девочки, встаньте в ряд. По порядку, пожалуйста! — кричал Андре, ассистент фотографа.

Было одиннадцать часов воскресного утра. Дженни появилась в студии больше часа назад, после того, как встала в шесть и три часа провела за сборами. Она приняла душ, уложила волосы и нанесла макияж. Трижды. В первый раз она перестаралась, во второй — выглядела просто страшно, а в третий — благоразумно решила пойти вообще без макияжа, ведь, в конце концов, это была работа стилиста.

Съемка проходила в той же студии, что и кастинг. На этот раз белая ширма и красная кушетка исчезли, их заменили искусственная трава, покрывавшая пол, и волейбольная сетка над ней. Уже на месте Дженни обнаружила, что она была не единственной «моделью». Вместе с ней было еще пять девушек, и все они выглядели… моделями. Стилист переодел ее в синий спортивный лифчик «Найк» и такие же лайкровые шорты. Он собрал ее волосы в хвост и нанес немного прозрачного блеска для губ. Дженни подумала, что такой прикид годится скорее для тренажерного зала, чем для фотосессии, но потом заметила, что другие модели одеты точно так же.

— Постройтесь в линию перед сеткой. Быстрее, девочки. Это же не высшая математика, — ворчал Андре.

Так как Дженни всегда была самой низкорослой, она встала в конце ряда, сразу за плоскогрудой девушкой, которая была выше ее всего на несколько сантиметров. Но Андре подошел к ней, потащил за руку в другой конец шеренги и поставил перед высокой девушкой с почти такой же грудью, как у Дженни. Потом он передвинул еще нескольких девушек.

— Вот так, — крикнул фотограф, размашисто вышагивая перед девушками. Он почесал свою бородку, изучая линию.

— Попробуйте положить руки друг другу на талию, — распорядился он.

Девушки так и сделали.

— Нет, слишком напоминает группу поддержки. Отойдите друг от друга и положите руки на бедра. Ноги на ширине плеч. — Он поднял камеру и посмотрел в объектив. — Плечи назад, подбородки вверх… это все, — распоряжался он, щелкая, фотоаппаратом.

Дженни изо всех сил старалась выглядеть сильной и смелой, готовой к преодолению преград, такой, какой, по ее мнению, должна быть модель «Найк». У нее не было мышц скалолаза или бегуна, но их не было и у остальных.

— Для чего это вообще? — шепнула она своей соседке.

— Для какого-то журнала для девушек, — ответила та и спросила у фотографа: — Какое выражение лица нам сделать?

— Без разницы, — ответил фотограф, встал на табуретку и продолжил съемку.

Дженни расслабила свое готовое-к-преградам лицо. Что значит «без разницы»? Она закрыла глаза и надула губы.

— Молодец, коротышка! — крикнул фотограф.

Дженни распахнула глаза, совершенно запутавшись. Она показала зубы и сморщила нос. Потом выставила язык.

— Превосходно! — отреагировал фотограф.

Дженни хихикнула. На самом деле это было гораздо веселее, чем пытаться выглядеть красивой и соблазнительной. По крайней мере, можно проявить себя. И впервые в жизни перед камерой — в одном спортивном лифчике — она совершенно забыла о своей груди.

А это — чудо уже само по себе.

ЙЕЛЬ ХОЧЕТ УВИДЕТЬ Н В БАНДАЖЕ

— Как оно, тренер? — небрежно спросил Нейт. В «Сарабетс», где тренер Йеля заказала столик, он пришел, опоздав на сорок минут. — Извините, я опоздал. До сих пор отходняк после вчерашней ночи.

С тех пор как Нейт ушел от Бриджит, он выкурил еще два косяка. Теперь его глаза напоминали крохотные щелочки, а с лица не сходила дурацкая улыбка.

В «Сарабетс» было много света, цветов и модных мамаш с детками и мужьями, читающими воскресные газеты. И буквально все здесь источало аромат кленового сиропа.

— Присаживайся, — указала тренер на место напротив. Грива ее светлых волос спадала на плечи, ее губы были накрашены красной помадой, на ней был какой-то серебристый топ. Она была похожа на старшую, давно пропавшую сестру Джессики Симпсон. —

Хорошая кепка, — добавила она с улыбкой.

На голове у Нейта была бейсболка с эмблемой, которую тренер подарила ему при первой встрече.

— Я и бандаж надел, — сказал он, изо всех сил пытаясь сохранить невозмутимый вид. Играть роль негодяя ему удавалось все лучше и лучше. Он взял кекс из стоявшей на столе корзинки и целиком запихнул себе в рот. — Твою мать, я голоден как собака, — добавил он с набитым ртом.

— Ешь сколько угодно, — великодушно позволила тренер. — Я привыкла к команде голодных парней.

— Хм, — промычал Нейт. Это оказалось сложнее, чем он предполагал. Он взял руками целый кусок масла и запихнул его в рот, вдогонку к кексу. — Скажите, и почему я должен хотеть играть с этими хиляками, в конце концов?

Тренер пригубила свою «мимозу».

— Я вижу, ты из тех, кто любит трудности, — сказала она. — Иначе тебе становится скучно. Ты совершаешь поступки, о которых потом сожалеешь. Моя задача — надрать тебе задницу, и обещаю, я буду это делать.

Нейт с трудом проглотил масло. Неудивительно, что команда Йеля так хорошо играла в этом году. Надо признать, он был впечатлен. Но, опять-таки, убедить его выбрать Йель — миссия тренера, единственная причина ее приезда в Нью-Йорк. А его миссией было разубедить ее.

Возможно, он избрал ошибочную тактику. Нейт вытер губы и посмотрел своими неотразимыми зелеными глазами в голубые глаза тренера.