Джудит Гулд - Чертовски богат

– Прошу. – Он чокнулся с ней. – За ваше блестящее будущее!

– Благодарю вас, мистер Споттс. Надеюсь, я оправдаю ваши ожидания.

– Да бросьте, милочка. Теперь, когда я официально в отставке, чего нам цепляться за формальности? Пусть «мистер Споттс» и «мисс Тернер» останутся в прошлом. Друзьям пристало обращаться друг к другу по имени. – Он слегка запнулся. – То есть, конечно, если вы не имеете ничего против... Кензи.

– Помилуйте... Дитрих, – улыбнулась Кензи. – Это честь для меня.

– Ну и славно, – улыбнулся ответ Споттс. – А теперь, если не возражаете, пойду поищу Фейри. Хочу убедиться, что он все уладил с вашей новой должностью. А вы тем временем... – Споттс таинственно понизил голос: – Не оборачивайтесь, но позади вас, справа, стоит молодой человек...

Кензи была заинтригована, но, не желая откровенно выказывать своего любопытства, выждала немного и лишь затем непринужденно повернулась и, обежав глазами зал, посмотрела в нужную сторону.

У нее перехватило дыхание.

Человек, о котором говорил мистер Споттс – если, конечно, о нем речь, а так оно скорее всего и есть, – являл собой абсолютно непревзойденный – по крайней мере по эту сторону Атлантики – образец мужчины.

– Вы... – ее голос пресекся от волнения, – имеете в виду этого нордического героя? Светловолосого викинга?

– Естественно. – Споттс вновь улыбнулся.

– Ну и что же?

– Последние полчаса он не сводит с вас глаз.

– Что-о? – недоверчиво выдохнула Кензи. – С чего это вы взяли, Дитрих? Должно быть, просто кого-то ждет.

– Видите ли, дорогая, – с присущей ему кротостью пояснил Споттс, – конечно, со времен моей давней молодости многое изменилось. Но к счастью, не все. Например, привлекательные молодые люди смотрят на красивых юных дам так же, как и прежде. Так что, пока я ищу Фейри, почему бы вам не обронить платок или... впрочем, не мне вас учить. Во всяком случае, я сильно подозреваю, что этот господин ждет от вас чего-то в таком роде.

– Обронить платок? – тупо повторила Кензи.

Но Споттс уже отошел.

Кензи принялась отыскивать взглядом его долговязую фигуру, растворившуюся в толпе, и в этот момент позади нее раздался незнакомый мужской голос:

– Салют!

Кензи обернулась и чуть не прикусила язык. Он! О Боже, он! Светловолосый красавец.

Кензи молча стояла, чувствуя, как у нее подгибаются колени, и вглядывалась в его горящие голубовато-зеленым пламенем глаза. Они были огромными и прекрасными, как озерная вода, нагретая августовским солнцем. В них так и хотелось утонуть!

И еще кое-что заметила Кензи. Он не просто красив – мало ли на свете красавцев! – он красивее всех, кого ей приходилось встречать на своем веку.

Кензи потеряла всякое представление о времени. Спроси ее потом, сколько они так простояли, молча глядя друг на друга, она бы не ответила. Странно, но она снова почувствовала себя голенастой девчонкой, которая от стеснения и слова вымолвить не может.

Он взял инициативу в свои руки и сказал с едва заметным поклоном:

– Позвольте представиться: Ханнес Хокерт. Но друзья зовут меня просто Ганс. – Улыбка у него была совершенно неотразимая. – Как Ганс Христиан Андерсен.

Кензи протянула руку. Ладонь у него оказалась сильная и твердая, но пожатие неожиданно нежное. Точно так же, как и голос – мягкий, спокойный – и вместе с тем глубокий, густой.

– Маккензи Тернер, – с трудом, даже откашливаясь, выговорила она. – Друзья зовут меня Кензи.

– Кензи... Кензи... – повторял он, словно пробуя имя на вкус. – Необычное имя, но вам оно подходит. Но что это? – Он перевел взгляд на ее бокал. – Оказывается, вы уже допили свое шампанское?

– Шампанское... – Кензи растерянно посмотрела на него.

Он ловко выхватил из ее ослабевших пальцев бокал, запрокинул голову и одним глотком осушил собственный.

– Теперь мы сравнялись, – обезоруживающе улыбнулся он. – Надо повторить. Я сейчас, мигом. Надеюсь, вы тем временем не исчезнете, как Золушка?

«Я? Да ни за что на свете! – мгновенно напряглась Кензи. – От такого разве уйдешь?»

– Ну что вы, – прошептала она, мечтательно глядя ему вслед.

Двигался он с непринужденной грацией профессионального танцора или, скорее, дикой кошки.

Лишь когда Ганс отошел, Кензи с удивлением подумала, как это ей, не прилагая ни малейших усилий, удалось обратить на себя внимание такого мужчины.

О Господи! Ханнес Хокерт, или просто Ганс, – да он же для нее создан! Красив, как Аполлон. Мужественен, как Геракл. Одним словом, безупречный рыцарь.

Кензи не удержалась от улыбки. Не требуется развитого воображения, чтобы представить его каким-нибудь отдаленным потомком Лейва Эрикссона – гордого викинга—покорителя морей, стоящего с развевающимися на ветру светлыми волосами у руля своего боевого корабля. Не мужчина, а настоящий идеал!

Лекс Багг не ведал ни минуты покоя.

Поначалу Зандру даже забавляло, с какой скоростью он перемещается от одной группы гостей к другой. Едва поспевая за ним, она обменивалась бесчисленными рукопожатиями, улыбалась, смеялась, когда нужно, и изо всех сил старалась запомнить имена и лица.

Безнадежное, впрочем, дело: знакомств оказалось слишком много. Все лица сливались в одно.

– Слушай, а здесь есть кто-нибудь, кого ты не знаешь? – добродушно осведомилась она.

– Есть. Но они не в счет, – совершенно серьезно ответил Лекс, не переставая просвечивать своим взглядом-лазером густую толпу собравшихся.

И вот тут-то Зандра сообразила, что ее просто используют. От недавнего добродушия не осталось и следа. Одно дело – когда тебя просто с кем-то знакомят, и совсем иное – когда представляют в качестве боевого трофея и, как флагом, размахивают именем и титулом. Этому надо немедленно положить конец.

Заметив в толпе всемирно известного фотографа, Лекс потянул ее за руку.

– Пошли, – возбужденно проговорил он, – это сам Франческо Скавульо.

И Лекс заработал локтями. Но Зандра и с места не двинулась.

– Ну же, пошли, чего стала! – нетерпеливо повторил он.

Зандра обожгла его яростным взглядом.

– К черту, Лекс! Знаешь, кто ты? Настоящее дерьмо!

– Да в чем дело? – Эта вспышка потрясла Лекса.

– В чем дело? – язвительно повторила Зандра. – Ты хочешь знать, в чем дело? Сейчас скажу. К твоему сведению, мне надоело служить приманкой! Ты просто меня используешь.

– Я? – Он изобразил оскорбленную добродетель.

– Вот именно ты! – гневно повысила голос Зандра.

Лекс поежился. Только таких сцен ему не хватало. Кто бы мог подумать, что эта женщина способна вдруг превратиться в настоящую мегеру?

– Ты что, всерьез? – Он пытался сохранить спокойствие.