Юна-Мари Паркер - Великосветский скандал

Марк поклонился. Начав писать, он выработал в себе привычку мгновенно оценивать новых людей. Давать им что-то вроде мини-характеристик. Он тут же определил, что Гай человек амбициозный, тщеславный и безжалостный. Человек, который, вероятно, не проработал ни одного дня за всю свою жизнь. Затем Марк посмотрел на Диану. Она из хорошей семьи, но очень неопытна и, вероятно, наивна, в то же время держится гордо, очевидно, это идет от врожденного чувства собственного достоинства. Он также отметил про себя, что она совершила большую ошибку, выйдя замуж за этого человека, который с таким надменным видом стоял рядом с ней. Они составляли явно негармоничную пару.

– Вы живете в Париже? – спросил Марк, чтобы поддержать разговор.

– Нет, в Лондоне, – коротко ответил Гай.

– Ага. – Марк отметил его легкий американский акцент. – Вы американец?

Гай с усталым видом посмотрел на Марка:

– Я наполовину американец.

– Очень приятно, – сухо сказал Марк. Затем улыбнулся Диане: – Вы, конечно же, англичанка?

– Да, я родом из Оксфордшира.

В этот момент леди Анструтер привела еще одну пару.

– Позвольте представить сэра Пэлхэма и леди Понсонби, – с лучезарной улыбкой проговорила она. – Сэр Пэлхэм находится здесь в связи с сессией НАТО.

Все снова пожали друг другу руки. Сэр Пэлхэм был хорошо известной политической фигурой и членом правительства Великобритании.

Гай, как заметил Марк, проявил вдруг необычайный интерес к новой паре. «Стало быть, я прав, сочтя его амбициозным и тщеславным», – подумал Марк. Он снова повернулся к Диане. В ней было нечто такое, что привлекало его.

– Что вы делаете в Париже? Вы много путешествуете? – вежливо осведомилась она.

– Да. Провожу кое-какие изыскания.

– Изыскания? Вы ученый?

Внезапно Марк понял, что она не имеет понятия, кто он.

– Для своих книг, – сказал он. – Я здесь для того, чтобы изучить военную историю Франции.

– Ах, мне должно быть стыдно! – Лицо Дианы порозовело. – Ну конечно же, Марк Рейвен! Как же, я помню «Нечестивый призрак». Мы все читали этот роман в школе.

– Спасибо. Приятно слышать. – Он слегка улыбнулся. – Расскажите о себе. Чем вы занимаетесь?

Румянец снова обжег щеки Дианы.

– Особенно нечего рассказывать. Мы живем в Лондоне, часто путешествуем. Иногда на уик-энд выезжаем в деревню. – При этих словах какая-то тень набежала на ее лицо.

– А чем занимается ваш муж?

Диана ответила не сразу. Этот странный, лишенный внешнего лоска мужчина почему-то волновал ее. Она вдруг подумала, уж не смеется ли он над ней.

– Семья Гая владеет компанией «Калински джуэлри».

И вдруг его осенило. Господи, почему он так плохо запоминает имена? Франческа называла имя своего брата. Гай! Она произносила это имя сотни раз. На какой-то момент зал словно погрузился в туман.

– Могу я предложить вам еще выпить? – заикаясь, проговорил он.

Диана взглянула на свой полный бокал и затем подняла недоумевающий взгляд на Марка.

– Н-нет, благодарю.

– Простите меня. – Марк тоже посмотрел на свой полный бокал. – Я не очень люблю шампанское. Хочу узнать, нет ли у них виски.

Спустя мгновение Диана обнаружила, что осталась одна.

К концу вечера Марк снова увидел Диану. Она разговаривала с женщиной средних лет. Шелковое платье пикантно обтягивало ее небольшие груди с отчетливо выраженными сосками. Под юбкой вырисовывались длинные стройные ноги, и Марк почувствовал накат желания. Она была такая теплая, нежная, с мягким аппетитным ртом.

Марк поймал на себе взгляд Карлотты и понял, что она догадалась, о чем он сейчас подумал.

– Ну что, – проговорила Карлотта, сбрасывая норковую накидку, едва они вошли в свой номер, – тебе сегодня не удалось покорить ни одной женщины? Эта глупенькая англичанка, похоже, не проявила к тебе интереса. Я ведь не ошибаюсь? Только не смотри на меня так, Марк! Я ведь пока еще не круглая дура. Я знаю, что ты смотришь на женщин с вожделением, это сразу заметно, но я не позволю, чтобы ты делал это на глазах наших друзей! – От возбуждения Карлотта заговорила с сильным испанским акцентом. – Что скажут люди? Они скажут: вот идет бедняжка Карлотта, которая замужем за этим ужасным человеком, блудливым, как кобель, а она такая хорошая жена!

– Ты все сказала? – Подобные баталии возникали у них почти после каждого вечера, и Марк до чертиков устал от них.

– Нет, не все! – Она стянула с себя платье и стояла теперь перед Марком, словно дразня его, в черном атласном кружевном белье и черных подтяжках, поддерживающих шелковые чулки. – Ты не понимаешь, что тебе повезло со мной! Ты думаешь, что те глупые девчонки, за которыми ты бегаешь, ублажат тебя лучше? Ты принадлежишь мне! – Карлотта быстрым шагом подошла к Марку и остановилась совсем рядом. Ее пышные тяжелые груди вздымались, глаза метали искры. – Ты забыл, да? Забыл, насколько ты нуждаешься в малышке Карлотте?

Она крепко обняла его за талию, прижалась лобком к его бедру и стала медленно раскачиваться. Подняв лицо, Карлотта провела языком по его шее, за ухом, по подбородку. Марк стоял неподвижно, пытаясь противостоять этому натиску. Внезапно Карлотта убрала руки с его талии и прижала их к его паху. Она почувствовала, как стал твердеть и набухать его пенис, как запульсировала в нем кровь.

– Перестань… – простонал Марк.

– Но ведь тебе приятно, – хрипло проговорила она, расстегнула ему брюки и вытащила пенис. Отработанными умелыми движениями она стала гладить и сжимать его, одновременно другой рукой лаская мошонку. Марк наблюдал за тем, как тонкие пальцы Карлотты двигались вокруг восставшего члена. Волны возбуждения и сладострастия разлились по всему телу Марка. Тихонько застонав, он сжал ягодицы и подался вперед. Теперь он боялся лишь того, что Карлотта прекратит сладострастную игру.

Марк поднял руки и положил их на плечи Карлотты, затем стал нажимать на них и делал это до тех пор, пока Карлотта не опустилась на колени перед его раздвинутыми ногами. Ему было видно, как она забирает пенис в рот. Изысканное, нежное пламя обожгло его плоть, и Марк конвульсивно дернулся вперед. Погрузив ладони в длинные густые волосы Карлотты, он прижал ее голову к себе, чувствуя, как конец пениса толкается ей в небо. Карлотта отнюдь не оставила своих усилий, продолжая совершать энергичные сосательные движения. Слегка пошевелившись, она принялась давить языком, сводя Марка с ума все возрастающими сладострастными ощущениями. Он подался вперед, чувствуя, что приближается разрядка, которая должна освободить его от сжигающего и все нарастающего возбуждения.

Из его груди вырвался хриплый стон: