Донна Кауфман - «Дорогой Прекрасный Принц...»

– Полагаю, вы не заставили его позировать в таком виде?

Валери сжала руку Мерседес.

– Я вас понимаю. Я тоже сомневалась поначалу. Но Джен – новатор по своей природе, поэтому мы ее и наняли. Доверьтесь ее интуиции.

Я видела его перед камерами и знаю, что мы попали в яблочко.

Мерседес нахмурилась:

– Так или иначе, я буду чувствовать себя лучше, когда увижу пробные снимки. Да и ситуация в целом довольно необычная. Вы знали об их маленькой уловке?

– Только что узнала, – выкрутилась Валери и вознесла безмолвную благодарственную молитву, когда внимание Мерседес привлек другой предмет.

– Что он сейчас делает? – Она вытянула шею, как журавль, но не могла разглядеть, что происходит за ширмой.

– Помните, я предлагала составить портфолио, чтобы у нас всегда были под рукой фотографии для будущих номеров и рекламных материалов? – Валери настойчиво уводила фей-крестных подальше от раздевалки, заманивая их к столику с едой, который был установлен в углу. – Джен предложила использовать несколько образов на основе тех заметок, которые я делала во время наших бесед. Мы подготовим как можно больше фотографий, на которых Прекрасный Принц будет изображен в разных ракурсах и разной одежде. Так мы сможем использовать имя Наиджела в других номерах... – Валери сделала паузу и, наклонившись к трем женщинам, закончила шепотом: – Не платя ему гонорар и не тратя деньги на аренду павильона.

Аврора улыбнулась.

– Ты, как всегда, умница. Заботишься о нашей выгоде, продумываешь все наперед. И несмотря на небольшой сюрприз, который ждал нас сегодня, мы остались весьма довольны. – Она обернулась к партнершам: – Не правда ли, дорогие?

Валери задержала дыхание, но Мерседес и Вивиан улыбнулись и согласно кивнули.

Через несколько мгновений Джек снова появился из-за ширмы.

– Джинсы? – промолвила Вивиан, с сомнением глядя на Валери. – И... шотландка?

Все три начали пробираться к съемочной площадке, но девушка удержала их:

– Доверьтесь Джен. У нее полно отличных идей. Вы хотели что-нибудь домашнее и уютное, как противоположность формальным снимкам.

– Когда мы говорили «домашнее», мы не имели в виду дворовую распродажу[16].

– О какой распродаже ты говоришь, Аврора! – рассердилась Вивиан. – Я пока еще в курсе последних модных веяний. И если я не ошибаюсь, это джинсы фирмы «Diesel», к тому же они бесподобно сидят на этом парне. А рубашка из новой коллекции «Thierry Mugler», которая поступит в продажу этой осенью. Кстати, как вам удалось ее достать?

– Спросите Джен. Она просто чудо, – ответила Валери.

Полинявшие джинсы сидели на Джеке как влитые, облегая его бедра. Мягкая рубашка с коротким рукавом из бело-зеленой клетчатой материи была надета на белую футболку. Наряд хорошо сочетался с загорелой кожей, и серые глаза Джека вновь наполнились внутренним светом. Теперь Прекрасный Принц выглядел спокойным и доступным.

Декорации тоже претерпели изменения. На площадке появилась оконная рама из светлого дуба, занавешенная мягкой голубой тканью, а перед окном стояла пальма в горшке. На первом плане находился темно-зеленый пуф. Джен и Найджел совещались, решая, как усадить Джека для следующего раунда фотосессии.

– Женщины хотят видеть в нем достижимую цель, – объясняла Джен. – Парня, которого они могут встретить на улице.

Она надела на Джека очки в тонкой проволочной оправе. Джек тут же их снял. Последовали короткие переговоры, Найджел вставил замечание, затем очки вернулись на нос Джека. На колене у молодого человека лежала открытая книга. Джеку было велено взглянуть в камеру так, словно кто-то – очевидно, женщина – окликнул его по имени.

– Должна заметить, я бы не отказалась встретить такого парня на улице, – не удержалась Вивиан. – Еще шампанского?

Она наполнила до краев три бокала. Между тем Найджел подошел к Валери.

– Ему нужна... мотивация, – пояснил он. – Он какой-то безжизненный.

Когда Валери заартачилась, Джек усмехнулся и сказал:

– Да, я безжизненный. Попробуй мотивировать меня.

Феи-крестные зашушукались, а Валери вдруг захотелось придушить Джека за то, что он не может тихо и мирно выполнить свою часть работы. Она знала, что ей придется с ним нелегко. Кажется, все в ее жизни давалось ей с большим трудом.

Чувствуя, что назревает проблема, Эрик сделал шаг вперед, но Валери подняла руку, останавливая его. Она послала своим покровительницам счастливую улыбку. В ответ Аврора принялась обмахиваться веером, а Вивиан подмигнула. Раз Найджел хочет, чтобы она участвовала в представлении, она будет участвовать. Не в ее интересах устраивать сцены, которые разрушат тщательно продуманный план действий. Но когда съемки закончатся, она побеседует с Джеком наедине.

Судя по реакции женщин на Джека, которую Валери наблюдала сегодня, ей придется тщательно отбирать возможности для раскрутки журнала, чтобы дать мощный толчок к его развитию, после того как «Хрустальный башмачок» попадет в продажу.

И если Джек думает, что может развлекаться, играя с ней в кошки-мышки, он скоро убедится, что ошибся.

Глава 7

ИНСТИНКТЫ

Они есть у каждого из нас. Вопрос в том, когда мы должны следовать их зову, а когда – направить энергию в другое русло. Мужчины не слишком искусны в расшифровке намеков, поэтому не тратьте время на деликатность. Если его порыв не находит у вас отклика, дайте ему в руки баскетбольный мяч или отправьте в гольф-клуб, где он сможет поиграть на открытом воздухе.

– Ты предпочел мне другого? – Прижав трубку ухом к плечу, Джек набирал текст и говорил по телефону. – Оставил меня ради какого-то биржевого аналитика.

– Управляющего инвестиционным банком. Он гораздо красивей тебя, – возразил Эрик. – И что еще более важно, он угощает.

– Да, но подаст ли он тебе холодное пиво, пиццу в глубокой тарелке и бейсбол на большом экране?

– Меня волнует совсем не размер телевизионного экрана.

Джек думал, что неплохо справился с проблемой сексуальных предпочтений. Но вот над сопутствующими образами ему предстояло поработать.

– А мне всю жизнь твердили, что размер не имеет значения.

Эрик рассмеялся:

– Тебе соврали.

Джек мгновенно парировал этот выпад:

– Эй, я же не говорил, что это высказывание было адресовано лично мне.

– Не забывай, я видел тебя голым. Джек заржал:

– Да, я помню твой завистливый взгляд.

– Но уж точно не похотливый.

– Я сражен, – отозвался Джек, притворяясь опечаленным. – И двух недель не прошло с тех пор, как ты открыто заявил о своих наклонностях, и вот меня уже выбросили на обочину. А ты обещал, что ничего не изменится.