Паула Литтл - Модная любовь

— Естественно. Как иначе ты сможешь поддерживать тот образ жизни, к которому я так и не привык! — весело возразил Джим. Потом спохватился: — Эй, что ты сейчас сказала, детка?

— Я сказала, что ты большое, бессердечное животное, — засмеялась Глория.

— Нет, после этого.

— Ах это… Но ты же слышал.

— Черт побери, Глория Тэрли, немедленно повтори свою последнюю фразу, — настаивал Джим.

— Я только сказала, что, когда мы поженимся, ты погонишь меня на работу.

— Значит, я правильно расслышал в первый раз. Великолепно! Позже я открою тебе маленький секрет. А сейчас пойди и стань еще прекраснее, если это возможно.

Глория послала ему воздушный поцелуй и исчезла. Хелен улыбалась. Следя за всей перепалкой Глории и Джима, она просто наслаждалась. Было видно, что они очень любят друг друга. Почему же она не чувствовала такой же сияющей уверенности в отношении собственного романа? Любить Бена Харви было прекрасно, но это не успокаивало нервы, по крайней мере не ее нервы. Когда два человека так любят друг друга, как Глория и Джим, между ними устанавливается глубокое взаимопонимание, которое невозможно нарушить. У нее с Беном тоже бывали чудные моменты, но ничего подобного на отношения Глории и Джима. Ну почему у нее не было такой же непоколебимой уверенности в счастье, как у них?

Джим снова сел на кушетку, улыбаясь и качая головой.

— Какая девушка, — сказал он негромко. — Самая лучшая. Хелен, думаю, тебе недолго придется хранить нашу маленькую тайну. Я собираюсь сделать Глории предложение сегодня же вечером.

— Прекрасно, Джим! И я знаю, каким будет ее ответ.

— Спасибо, Хелен. Ты тоже замечательная. Хотел бы я видеть тебя с настоящим парнем, ты это знаешь. Может быть, это Рой Миллигэн. Ты бы не ошиблась в нем, уверен. В Рое нет показухи и напыщенности, нет этой легковесной чепухи. На него всегда можно положиться.

— Да, это правда, Джим. Но я отношусь к нему только как к другу. Мне… мне сейчас нужно думать о работе. Когда у меня там все будет хорошо, тогда, возможно, я подумаю о браке. Я ведь всегда мечтала работать в большом солидном журнале, и работаю. И пока не добьюсь того, что мне кажется возможным, я подожду.

— Только не жди слишком долго, мой совет. Даже такие парни, как Рой, не ждут вечно. Того и гляди какая-нибудь более расторопная девушка подхватит и исключит его из оборота, глазом моргнуть не успеешь.

Хелен нервно заерзала, не желая продолжать этот очень трудный разговор. Но прежде, чем они успела что-то сказать, чтобы избежать любовной темы, Джим вдруг воскликнул:

— Да, совсем забыл сказать тебе! Я видел твоего босса, Бена Харви, по дороге сюда.

— Да? — Почему ее сердце забилось быстрее и кровь бросилась к щекам только при упоминании его имени? Разве это не самое верное доказательство любви?

— Точно. Он садился в такси на Мэдиссон-авеню. И с ним была рыжеволосая девица. Ну и штучка! И одета, чтобы сражать наповал! Какое-то серебряное сногсшибательное платье с огромным вырезом на спине. — Джим комически присвистнул.

— Т-ты уверен, Джим?

— Куда уж больше. Я же встречался с Беном Харви здесь, помнишь? И если я не видел с ним рыжую красотку, тогда я или ослеп или страдаю галлюцинациями.

— Что там насчет рыжей? — спросила Глория, входя в комнату и шутливо грозя Джиму пальцем.

— Я только что говорил Хелен, что по дороге сюда видел, как Бен Харви садился в такси со сногсшибательной рыжей красоткой, вот и все.

— Только помни, что ты предпочитаешь брюнеток, Джим Мэринг, или у тебя начнется нечто худшее, чем галлюцинации, — засмеялась Глория. Затем, увидев потрясенное лицо подруги, поспешно добавила: — Ну, вероятно, это была Мэвис Лоренц, его заместитель, и они поехали брать интервью у каких-нибудь знаменитостей в ресторанах, какие ты и я не можем себе позволить.

— Хотел бы я, чтобы мое агентство оплачивало такие расходы, — пошутил Джим.

— Держу пари, ты стал бы плейбоем! Ну если бы у тебя был такой счет, я точно знаю, кого бы ты водил в эти роскошные рестораны и клубы. Меня, и только меня!

— В конце концов, Бен работает, а я в отпуске, и он должен интервьюировать важных людей после работы, — согласилась Хелен, но без особой уверенности. Затем она вспомнила еще кое-что: — О, Джим, Бен звонил мне сегодня и сказал, что собирается сегодня вечером ужинать с менеджером по продаже той фирмы, с которой работает твое агентство.

— «Тиндэлл»? Бен Харви это сказал? Это для меня новость. За сбыт там отвечает Эд Мак-Гафферти, но, насколько я знаю, он отдыхает сейчас в Колорадо. Впрочем, я могу ошибаться.

— Да-а? — протянула Хелен разочарованно. — Но разве Бен Харви не пытается заставить ваше агентство купить место в «Мод» для «Тиндэлл аксессориз»?

— Во всяком случае, с нами он не связывался, и это маловероятно. Да он скорее бы связался с одним из служащих фирмы, и, если бы они заинтересовались, то поручили бы нам изучить возможности этого журнала. В таких делах действуют строгие этические правила, Хелен. Например, предполагается, что вы никогда через голову агентства не постараетесь ничего предпринять. Обычно, если вы хотите поговорить с клиентом, то сообщаете о своих планах агентству, чтобы там видели, что вы не обманщик. Я знаю только то, что наш посредник Кен Фаволино проверяет возможности «Мод», чтобы иметь о нем представление на случай, если сам Тиндэлл или кто-то другой из наших клиентов заинтересуется этим журналом.

— Понимаю. — Хелен встала. — Я помогу Глории приготовить ужин. О, звонок. Это Рой!

Совершенно необъяснимо она обнаружила, что рада его приходу. Разговор с ним может помочь ей избавиться от неловкого чувства, что, возможно, — хотя она не могла понять почему — Бен Харви не сказал ей полной правды о своей сегодняшней встрече.

Глава 19

Бен Харви компенсировал свою небрежность, позвонив Хелен в пятницу прямо перед обедом и, сказав ей, что заедет за нею на такси и они поедут в «Павильон» — самый изысканный французский ресторан со всемирно известной кухней.

Хелен спустилась вниз, как только увидела такси, подъехавшее к дому. Она потратила большую часть своего двухнедельного жалованья на черное шелковое вечернее платье, простое, но прекрасного кроя, и ее восторг от того, что она надела его впервые для любимого человека, казалось, украшал платье, а ее наделял волшебной красотой. При виде Хелен глаза Бена округлились от восхищения. Он усадил ее в такси, затем, дав водителю адрес, быстро поцеловал. Обида и негодование последней недели растаяли полностью, когда он прошептал:

— Ты так прекрасна, дорогая. Я ужасно скучал по тебе.