Кэт Мартин - Храброе сердце

Однако она явно нервничала, то и дело бросая взгляды в сторону входной двери. Линдси решила, что тетушка, наверное, так принарядилась ради мужчины, сопровождавшего их на бал. То был полковник Уильям Лэнгтри, недавно вышедший в отставку.

Полковник был приятелем мужа Корри, Грея Форсайта, графа Тремейна. Грей представил полковника Дилайле незадолго до своего отъезда в свадебное путешествие с Корри. С той поры Дилайла встречала полковника несколько раз на светских мероприятиях, и всякий раз ей было чрезвычайно приятно его внимание.

— Скоро должен прийти полковник Лэнгтри, — сказала Линдси, с любопытством ожидая реакции тетушки.

Дилайла расправила несуществующую морщинку на лифе своего платья и проговорила:

— Думаю, он не опоздает. Ведь он военный!

— Принимая во внимание сложившиеся обстоятельства, очень любезно с его стороны сопровождать нас сегодня на бал, — добавила Линдси, вспомнив заголовки свежего выпуска газеты «Лондон таймс»: «Будущий барон арестован по обвинению в убийствах на Ковент-Гарден».

В статье говорилось о том, что Рудольф Грэм, старший сын барона Ренхерста, взят под стражу. Потом следовали подробности двух убийств, заявление о том, что Руди был знаком с обеими жертвами и, что его опознала свидетельница, видевшая, как он убегал с места преступления.

— После того, что напечатано в газетах, — вздохнула Линдси, — нам предстоит по меньшей мере не слишком приятный вечер. Если бы я не надеялась на разговор с лейтенантом Харви, нам бы вообще не стоило идти на этот бал.

— А ты уверена, что Харви согласится на этот разговор?

— Нет, не уверена. Ведь он так дорожит своей карьерой.

— Тогда нам придется постараться сохранить хорошую мину при плохой игре. Кроме того, важно всем показать, что мы стоим стеной за Руди. Пусть все знают, что у нас нет ни малейших сомнений в его невиновности.

— Вы правы, тетушка. К тому же мне нужен свежий материал для моих статей. В последнее время я почти не бываю на светских мероприятиях.

В прихожей послышался шум. Линдси приоткрыла дверь своей комнаты и сказала:

— Кажется, приехал полковник.

У Дилайлы загорелись глаза.

— Не будем заставлять его ждать.

С этими словами обе женщины поспешили вниз, где в прихожей действительно ожидал полковник Лэнгтри, встретивший их восхищенной улыбкой.

Это был высокий красивый мужчина с тронутыми сединой светлыми волосами и замечательными серебристыми усами.

— Как мне повезло, что именно я сопровождаю на бал сегодня двух таких прелестных женщин!

Опираясь на протянутую ей полковником руку, Дилайла сказала с улыбкой:

— И вы, полковник, выглядите сегодня как никогда превосходно.

Линдси мысленно улыбнулась, надеясь, что тетушка получит большое удовольствие от выхода в свет с полковником. Что же касается ее самой… Если ей удастся добыть необходимую информацию, то можно немного и помучиться.

Дворецкий накинул ей на плечи подбитую бархатом накидку, и Линдси направилась к двери, надеясь на помощь Майкла Харви.

Глава 11

Тор стоял в глубине темного сада возле особняка графа Киттриджа. Сквозь многостворчатые окна были видны бальный зал и толпа гостей, разодетых в модный шелк и кружева. Оркестранты в серебристых париках и голубых атласных ливреях играли в дальнем конце зала, официанты проворно сновали с большими подносами на плечах, уставленными разнообразными закусками и напитками.

Линдси стояла рядом с чашей пунша, беседуя со своей тетушкой. Тор видел, как она вошла в зал в красивом шелковом бальном платье сине-зеленого цвета. Даже на таком значительном расстоянии он сразу узнал ее по особенной походке, повороту головы, силуэту подбородка. Ни одна из присутствовавших на балу дам не могла сравниться с ней в элегантности.

От Кристи Тор знал, что Линдси будет на этом балу. Он прибыл незадолго до приезда Линдси и спрятался в кустах в саду, оттуда ему было видно почти все, что происходило в доме.

Его глаза сощурились, когда он увидел, как лейтенант полиции Майкл Харви ведет Линдси в круг танцующих. Впервые в жизни Тор пожалел, что не умеет танцевать вальс.

«Глупец! Эта женщина не для тебя!» — вертелось в голове Тора.

Но в груди его ныло, когда он смотрел на Линдси, и ревность змеиными кольцами сдавливала горло.

Пара протанцевала еще один танец, а потом лейтенант повел Линдси на террасу. Тор осторожно подошел ближе, стараясь оставаться незамеченным.

— Линдси, вокруг только и говорят, что об аресте вашего брата. По-моему, вам следует уехать домой, ведь я вижу, как вы переживаете, — сказал лейтенант.

— Меня не волнует, о чем говорят люди. Руди ни в чем не виноват, и мы с тетушкой хотим, чтобы все видели, что мы в этом нисколько не сомневаемся. Пусть все знают, что оправдание и освобождение Руди — это лишь вопрос времени.

Опершись о перила, лейтенант покачал головой:

— Жаль, что я не могу вам ничем помочь. Вы же понимаете, в каком положении я сейчас нахожусь.

— Разумеется, я все понимаю, Майкл. — Она взглянула на него из-под густых ресниц. — Надеюсь, вы не против, чтобы я вас так называла… во всяком случае, наедине.

Тор сжал зубы.

Полицейский взял руку Линдси, затянутую перчаткой, поднес ее к своим губам и поцеловал в раскрытую ладонь. Тор с превеликим трудом удержался, чтобы не выскочить из кустов.

— Меня это не касается, — тихо сказал он себе, и все же его охватила ярость. Чертова баба! Интересно, она сейчас играет роль или же ее и впрямь тянет к красивому лейтенанту?

— Когда все закончится, я, возможно, заеду к вам, — сказал Харви.

— Я буду очень рада, Майкл, очень рада…

Руки Тора сами собой сжались в увесистые кулаки.

— Я понимаю, в каком вы теперь трудном положении, — проговорила Линдси, — и все же есть ли у вас хоть какая-то информация, которая могла бы помочь мне?

— Я могу сообщить вам имя свидетельницы, но только потому, что оно наверняка появится в завтрашних газетах.

— Я бы хотела поговорить с ней, узнать, что именно она видела.

— Ее зовут Мэри Пратт, она живет на чердаке полуразрушенного дома на Рейвен-Корт.

— Она действительно видела убийцу?

— Она знала, что что-то случилось, и видела мужчину, убегавшего с места преступления.

— Почему же она сразу не заявила в полицию?

— Свидетельница лишь позже узнала, что это было убийство. Сначала она подумала, что ей никто не поверит. Но потом ей пришло в голову, что если она не поможет полиции поймать преступника, он будет продолжать убивать женщин… и она сама может оказаться одной из них.