Линда Уиздом - Ангел-хранитель

Когда на второй день температура у Алекс стала опасно высокой, Джаред настолько встревожился, что настоял на том, чтобы вызвать ей врача. И был очень недоволен, когда врач объяснил, что причина болезни в том, что она так небрежно относилась к своему организму.

Небольшое улучшение Алекс почувствовала только через неделю и сразу же, с трудом встав с постели, доползла до ванной. Увидев свое отражение в зеркале, она с отвращением застонала. Ее кожа, обычно такая нежная и бархатистая, стала болезненно-бледной и сухой. Прежде ясные и блестящие глаза словно затянуло матовой пленкой, а всегда шелковистые волосы висели безжизненными прядями, не знавшими шампуня уже восемь дней.

— Неужели не можешь узнать себя?

Медленно повернув голову, Алекс увидела Джареда, непринужденно прислонившегося к двери.

— Да, спасибо, мне гораздо лучше, — иронически отозвалась она все еще хриплым голосом. — Хотя вид у меня такой, словно мне место в каком-нибудь стихотворении Эдгара Аллана По, это еще не значит, что я не могу обижаться.

Она оперлась на прохладную фарфоровую раковину, чувствуя, что силы быстро ее покидают.

Джаред мгновенно это заметил и, быстро шагнув вперед, подхватил ее на руки.

— Не можешь не притворяться крепким парнем, да? — грубовато спросил он, поражаясь ее упрямству.

— Угадал, — пробормотала Алекс, кладя голову ему на плечо. — Никогда не сдаваться — вот мое кредо.

Он отнес ее в постель и бережно укрыл одеялом. Особенно долго он расправлял одеяло у нее на груди.

— Прекрати, слышишь! — Она раздраженно оттолкнула его руки, норовящие дотянуться туда, куда неположено. — Имей жалость к умирающей.

— Как же, ты умрешь! — Улыбнувшись, он присел на край кровати. Но в глазах его явно читалась тревога по поводу ее болезненного вида. — Хорошенько подкормишься у Мэвис, подышишь свежим сельским воздухом — и к тебе снова вернется прежний цинизм.

— Я планирую уже послезавтра быть у себя в кабинете, — возразила Алекс.

— Ни в коем случае.

— Мне надо подготовить новый бюджет!

— Не-а.

— Тебе на следующей неделе лететь в Лондон, и я должна тащиться с тобой.

— Поездка отменена.

Алекс, прищурившись, посмотрела на Джареда, Было совершенно ясно, что он не примет никаких ее возражений.

— Я ненавижу валяться в кровати, — мрачно заявила она,

— Вот и хорошо, пациентка из тебя никудышная. — Наклонившись, он легко поцеловал ее в лоб. — Судя по твоему виду, тебе пора вздремнуть.

— Да я только что проснулась! — раздраженно напомнила ему она.

— Тебе надо набираться сил, — негромко проговорил Джаред, вставая. — Пользуйся случаем, пока тебя балуют, Алекс, Сдается мне, что ты к этому не привыкла.

Спорить Алекс не могла: глаза у нее слипались. Ей ненавистно было ощущение, что она не владеет не только ситуацией, но и собственным телом.

— Вот подожди только, когда я поправлюсь! — пригрозила она невнятно.

Джаред снова улыбнулся, но Алекс уже не увидела его нежной улыбки.

— Крошка, я именно этого и жду.

Прошло еще три дня, прежде чем Алекс смогла вставать с постели на более или менее продолжительное время. Да и то ей разрешалось только доходить до гостиной и сидеть там на диване, закутавшись в одеяла и обложившись журналами и книгами.

Ее удивляло то, как надолго Джаред бросил работу. Хоть по утрам он подолгу говорил с Крисом по телефону из своего кабинета, почти все дни и вечера он проводил с нею.

И в один из таких дней Алекс наконец решилась задать ему этот вопрос.

— Джаред, ты уверен, что можешь так надолго оставлять фирму? — как бы между прочим спросила она. — В конце концов у тебя ведь должно быть очень много дел в связи со сделкой с Рашидом и переговорами с лондонскими банкирами.

Ее не удивило, что он ответил ей не сразу. Встав, он прошел к бару и налил себе виски, словно тянул с ответом.

— Может, я проверяю, насколько хорошо мои подчиненные могут работать без меня, — насмешливо сказал он.

Алекс покачала головой.

— Это не в твоем стиле. Ты привык владеть ситуацией. Ты всегда хочешь знать все, что происходит, во всем участвовать самому.

Джаред подошел к ее дивану и присел на подлокотник.

— И что мне это дало? — спросил он со странной грустью. — Я стою одним из первых в списке пятисот крупнейших корпораций, но лично у меня почти ничего нет. Конечно, меня считают бизнесменом-плейбоем, но у меня нет времени даже для того, чтобы как следует поухаживать за женщиной, если бы нашел такую, что мне бы подошла. Какая женщина смирилась бы с моей постоянной занятостью и одержимостью работой? Я не стал бы обижаться на женщину, которая обвинила бы меня в том, что моя любовница — это моя карьера. Поверь, мне приходилось не раз выслушивать подобные жалобы, когда случалось отменять какие-то развлечения из-за срочных дел. Из-за нашего напряженного расписания Крис уже нажил себе язву. И ты из-за этого же заболела. — Он невесело улыбнулся. — Знаешь, как нас прозвали газеты? «Динамическое Трио» — три человека, которые не могут остановиться. Невольно задумаешься, для чего все это нужно. Чего мы добьемся, если не считать того, что сделаем «Фернвуд» еще более крупной и могущественной корпорацией? И кому мы все это оставим? — безрадостно спросил он.

Алекс протянула руку и положила на его стиснутые, в кулак пальцы. То, что она сейчас услышала от Джареда, поразило ее. Ока вдруг разглядела в нем очень одинокого человека. Человека, который, несмотря на богатство и общество прекрасных женщин, очень много времени проводил один. Повинуясь древнему, как мир, инстинкту, она прижалась щекой к его рукам.

— Зачем ты это делаешь? — прошептала она, стараясь унять нежность, разлившуюся по всему ее телу. — Готова поклясться, что ты просто хочешь меня разжалобить, чтобы я не потребовала прибавки к жалованью.

Сильные длинные пальцы погладили ей щеку, а потом за ними тем же маршрутом проследовали теплые губы.

— Сказать тебе, что ты со мной делаешь? — тоже шепотом спросил он. — Или, может быть, показать? — Но не успела Алекс ответить, как он прижал пальцы к ее губам. — Не надо протестовать, Алекс. Наше время скоро наступит.

Позже, уже ночью, она лежала без сна, пытаясь осмыслить его слова. Ее чувствам хотелось бы повторения той бурной ночи с Джаредом, но ее разум подсказывал ей, что это было бы непоправимой ошибкой. Она понимала, что не сможет одновременно быть его любовницей и защитницей. Тим был прав: кто защитит ее саму?

На следующий день у Алекс уже хватило сил одеться и выйти к завтраку. Удивленный взгляд Джареда и его улыбка, которые встретили ее, когда она вошла в столовую, оказались для нее самым лучшим приветствием.