Pol Neman - Серая мышь

Глава 12 "Разбитые небеса"

Этот день не предвещал ничего плохого. И хотя с самого утра, у меня, немного побаливал живот, это был не повод отказаться от свидания с Владой. Такое иногда бывало перед месячными.

Мы встретились, долго целовались, а потом поехали на природу. Выпал первый снег, в городе он сразу превратился в бурую кашу, а нам хотелось по нему походить, поиграть в снежки. И где этим ещё заняться, как не на опушке леса. Один из районов нашего города, граничил с красивым лесопарком, туда мы и направились.

Мохнатые сосны, покрытые первым, белым налётом, выглядели угрюмо, но красиво. Тёмный лес приготовился к зиме, и хотя в нём ещё не было снега, от него уже веяло холодом и сыростью. Запах леса, ни с чем несравнимый, будоражил ноздри. В нем мешался запах палой хвои, влажной коры и мха. Канавы и ямки, наполненные водой, подёрнулись первым ледком. И в этом люду, в плену причудливых узоров, вмёрзли ещё не побуревшие листья и трава. Местные ребятишки бегали от одной лужи к другой, и с детским озорством ломали тонкое кружево льда.

Деревья и кусты уже давно облетели, оставив к зиме на своих ветках, только яркие ягоды. Шумливые стайки птиц, перескакивая с дерева на дерево, пировали щедро преподнесенными им дарами природы.

Мы уже наигрались в снежки и просто прогуливались вдоль леса, когда меня первый раз скрутило. Боль была такая, словно мне в кишки воткнули вилку и медленно её поворачивали.

— Что с тобой? — встревожившись, спросила Влада.

— Не знаю, что-то живот прихватило — еле выдавила я из себя — Наверно надо домой.

— Я тебя провожу — сказала Влада.

Обычно мы расставались в городе или возле её дома. Я всегда мотивировал это тем, что парень должен провожать девушку, а не наоборот. Так что Влада даже не знала, где я живу. Она несколько раз "закидывала удочку" на предмет зайти ко мне в гости, но я всегда отговаривался, что у меня строгие и консервативные родители. Она хоть и огорчилась, что не может взглянуть, как я живу, но смирилась с положением вещей. К ней в гости я тоже не сильно стремилась, а она особо не настаивала.

За то сейчас, ситуация катастрофически быстро выходила из-под контроля. Я надеялась только на одно, что пока мы доберёмся до центра, я смогу сама стоять на ногах, и отправлю Владу домой. Это будет сложно сделать, поскольку она не на шутку за меня тревожилась, но и раскрывать, где я живу, я тоже не могла.

Только не всё в жизни происходит так, как мы того хотим. Если бы знала, где упаду, соломки бы там подстелила. Мне вообще в этот день, не нужно было выходить из дома, но кто же знал.

Меня скручивало всё сильнее и сильнее, пока я не свернулась клубочком на сидении и не перестала ничего соображать от безумной боли. До меня даже не сразу донёсся голос Влады:

— Я уже вызвала скорую, потрепи, они сейчас приедут.

Слабым голосом я попыталась возразить:

— Зачем? Нет…этого не нужно. Сейчас всё пройдёт….

Но не проходило, а становилось только всё хуже и хуже.

— Не говори ерунды Сашка, ты себя со стороны не видишь — отмела мои возражения Влада.

В её голосе слышалась забота и страх за меня.

Автобус остановился и дюжие ребята, заботливо перенесли меня в скорую. Влада пристроилась в скорой рядом с носилками и взяла меня за руку.

— Езжай домой — попросила я.

— Даже не подумаю — уверенно ответила она — Пока не буду знать, что с тобой всё в порядке, я тебя не оставлю.

Вот она любовь и я понимаю Владу. Случись что с ней, я бы тоже её не бросила.

Хлопнули двери, взвыла сирена и скорая понеслась, неся меня к неизвестности. Я плохо помню дорогу, ещё хуже помню, как меня привезли в больницу. Смутные воспоминания остались и о том, как меня раздели, осматривали, и я оказалась в операционной. Единственное яркое воспоминание было только о том, как мне на лицо легла маска и я провалилась в небытие.

В себя я пришла, уже на больничной койке. Второй раз за полгода, это уже слишком. Ощущение было такое, словно меня долго и жестоко били. В ногах сидела Влада и смотрела на меня так, что мне захотелось взвыть от тоски и боли. Я видела по её глазам, что ей ВСЁ ИЗВСЕТНО.

Сколько не готовь себя к тому, что рано или поздно тебя разоблачат, всё равно готова к этому не будешь. Всегда живёт надежда, что этого не произойдёт. Ещё день, ещё час, ещё встреча. Хоть миг, да постоять на краю…. но….почва уходит из-под ног и вот ты уже падаешь в бездну. И нет опоры, некому тебе помочь, потому что ты сама виновата в том, что случилось. Ты заложила в основу самых серьёзных отношений, ложь. И вот, то здание, которое ты построила, рушиться. Нет веры ничему, ни твоим словам, ни твоим чувствам. Все твои оправдания звучат жалко и бессмысленно. Как можно убедить, что ты её любишь, если ты лгала ей всё это время. Весь тот счастливый мир, который у неё был, разлетелся на мелкие осколки и ни собрать их, ни склеить. Ни одно самое благое намеренье, не в силах оправдать меня. Здесь нет места логике, бесполезно приводить доводы и строить сложные умозаключения. Остаётся только падать в бездонную тьму отчаянья и одиночества.

— Почему? — спросила она, и я увидела, как по её щекам текут слёзы.

— Потому что я люблю тебя — собрав последние силы, сказала я, и по моим щекам, тоже побежали слёзы.

Она замотала головой.

— Ложь!… Всё ложь!…Как ты могла?…Видеть тебя не хочу!… - гневно бросила она мне в лицо, и, вскочив, выбежали из палаты.

Были бы силы, я бы побежала за ней, упала бы ей в ноги и умоляла её о прощении. Только вот, глубоко во мне жило гадское понимание того, что она была права, что я лгала ей, и прощения этому нет.

Позже, из слухов и пересказов больных, я восстановила тот момент, когда и как был раскрыт мой обман.

Влада сидела в коридоре и ждала окончания операции. Она волновалась, и для этого был не шуточный повод. Загреметь сразу на операционный стол, можно только с очень серьёзной проблемой.

Дверь открылась, и вышел уставший врач. Седина уже выбелила его голову, но выглядел он ещё крепким и бодрым. Он подошёл к Владе и сказал:

— Можете не беспокоиться, с вашей подругой всё будет в порядке.

Влада удивлённо посмотрела на врача.

— С какой подругой? — непонимающе переспросила она.

Теперь уже нахмурился врач.

— Это же вашу подругу привезли с вами на скорой помощи?! — полу спросил, полу утвердил он.

Впрочем, это было больше утверждение, чем вопрос, поскольку в этот день, такая была я одна.

— Я приехала с парнем — утвердительно сказала Влада.

Врач отечески улыбнулся.

— Называйте ее, как хотите, но Господь создал её девушкой, как и вас. А кто из вас и какую роль играет в ваших отношениях, мне всё равно. Сейчас её перевезут в плату, можете её навестить, и было бы хорошо поставить в известность её родителей.