Клара Браун - Власть чувств

— Как ты мог так грубо разговаривать с ней, Джеймс! — набросилась на него Николь. — Мне наверное, следует догнать ее, извиниться за нас обоих…

— Нет, тебе следует остаться в спальне! — не терпящим возражений голосом закончил за нее Джеймс. Властным движением он снова притянул ее к себе. — Не беспокойся за Нэнси, она вполне заслужила такое обхождение! Удивительно, как такой спокойный и рассудительный парень, как Брэд, мог влюбиться в мою взбалмошную сестрицу!

— Значит, он полюбил ее за что-то другое! — неожиданно даже для самой себя рассмеялась Николь.

— Как бы то ни было, я рад, что у них все хорошо, — продолжал Джеймс. — Я стараюсь не торопить их, но, мне кажется, лучшего вариант для Нэнси не найти.

Николь нахмурилась. Как могла она допустить такое? Она сидит с ним на кровати и спокойно обсуждает «его» семейные проблемы! Хотя, с другой стороны, разве с Джеймсом может быть иначе?

— Не могу поверить, что ты не давишь на них, — презрительно улыбнулась она. — Ты не из тех людей, кто…

— Давай ненадолго отложим наши споры, — неожиданно остановил он ее.

И, прежде чем она успела что-либо возразить, он закрыл ей рот поцелуем… Николь снова почувствовала, как неистово вскипает в ней страсть и рождается безумное желание любви; всепоглощающая жажда единения с его сильным и мужественным телом вновь овладела ее разгоряченным сознанием.

Она хотела его.

Глава 8

Облачившись в белые узкие брючки, шелковую, абрикосового цвета блузку и легкие изящные босоножки, Николь посчитала себя абсолютно готовой к экскурсии по ранчо.

Ожидавшие ее внизу Джеймс и Нэнси с недоумением разглядывали ее наряд.

— Пожалуй, нам стоит сперва отправиться в Ду-Бойс, чтобы прикупить кое-какой одежонки дня Николь, — хитро улыбнулась брату Нэнси. — В таком виде ей нельзя и близко подходить к конюшням.

— Ты права, — коротко ответил ей Джеймс, не спуская глаз с Николь. — Дорогая, неужели у тебя не нашлось ничего попроще? Какая-нибудь старая одежда… А обувь?

— Старая одежда? — в растерянности спросила Николь.

— Ну да. Что-нибудь купленное тобой по крайней мере год-два назад, и, желательно, в дорогом бутике, — поморщился он. — Конечно, я понимаю, основным твоим времяпрепровождением в доме родителей была покупка дорогих вещей, но все же… Нет, сегодня мы явно не сможем осмотреть поля!

Николь обиделась.

— У меня есть старая одежда! — резко бросила она в ответ. — Несколько костюмов, пара свитеров и куртка. Я их очень давно покупала. Классические модели никогда не выходят из моды. Но ты ведь сам велел мне взять только минимум, чтобы не перегружать свой игрушечный самолетик!

Нэнси прыснула.

— Прекрасно, — сухо парировал Джеймс, Посмотрим, как ты будешь выглядеть верхом на лошади в классическом костюме. Кстати, сегодня утром я позвонил в транспортную компанию: твои вещи, включая автомобиль, прибудут на этой неделе.

Николь уже открыла рот, чтобы поблагодарить его, но передумала. Зачем? В конце концов, это была его обязанность!

Она молча присела на край широкого стола и стала завтракать: свежие рогалики и яичница с беконом, фрукты, кофе и апельсиновый сок. Удивляясь себе, Николь с космической скоростью поглощала все это. Раньше она с трудом вливая в себя полчашки кофе, заедая его крошечным тостиком, а теперь…

Но раньше по ночам она спала!

Вспомнив о событиях прошедшей ночи, Николь чуть не уронила чашку с горячим кофе себе ни колени.

— Значит, решено, — услышала она голос мужа. — Сейчас мы отправимся в Ду-Бойс за ботинками, кепкой и парой приличных джинсов и футболок. Но запомни, пожалуйста, дорогая, здесь на ранчо мы не делаем покупок ежедневно, кроме продуктов питания и… В общем, мы выбираемся в большие магазины только в случае крайней необходимости!

— Жизнь в нашей колонии подчиняется самому строгому режиму! — грозно нахмурившись, передразнила брата Нэнси. — Мы, заключенные, получаем не более двух долларов в неделю. Все что тебе разрешается — это пара бутылок дешевого вина по воскресеньям. Запомни это хорошенько, Николь!

— Прекрати сейчас же! — перебил ее Джеймс.

— Спасибо, что предупредила меня, Нэнси, — холодно откликнулась Николь. — Конечно, я предполагала, что жизнь на ранчо— не сахар, но теперь я знаю это наверняка! Не волнуйся, дорогой, тебе больше не придется тратить на меня ни цента! — Горькие слезы обиды хлынули из ее глаз. Прикрыв лицо руками, Николь всем телом содрогалась от рыданий…

Задумавшись, Джеймс внимательно разглядывал ее скорбную позу. Конечно, она вбила себе в голову, что пожертвовала своей свободой ради карьеры своего отца — сенатора, ради финансового благополучия семьи… Но как убедить ее, что это не так?

Неужели даже та чудесная ночь, которую они провели в этом доме, ничего не изменила в ее отношении к нему? Неужели она не понимает его чувств?

— Мы отправляемся в Ду-Бойс прямо сейчас, Ники. — Джеймс резко поднялся.

— Я в состоянии купить себе пару джинсов самостоятельно! — угрюмо пробурчала Николь

— Пятидесяти долларов, что лежат в твое бумажнике, хватит разве что на один ботинок, сухо констатировал Джеймс.

— Откуда ты знаешь, сколько у меня денег? — вспыхнула Николь в негодовании.

— Я посмотрел, — без тени смущения ответил он.

— Ты? Ты посмел заглянуть в мой бумажник?! — Николь не верила своим ушам.

— Между нами не должно быть секретов, дорогая.

— Но я имею право на свою личную жизнь.

— Вы оба представляете собой забавную семейную пару.

И Джеймс, и Николь совсем забыли о присутствии в столовой третьего человека.

— И если вы заговорили о праве на личную жизнь, помните, что в любую минуту я могу оказаться рядом. Какие уж там тайны, когда в доме постоянно находится посторонний! Бросив на стол использованную салфетку, Нэнси стремительно вылетела из комнаты.

Некоторое время оба они недоуменно молчали.

— Значит, именно так выглядит жизнь с младшей сестрой? — чуть улыбнувшись, прошептала наконец Николь. Гневная тирада Нэнси почему-то вернула ей хорошее расположение духа. — А я-то всегда мечтала о таком «счастье»!

— Ну… — Джеймс задумчиво потер подбородок. — Поверь мне, я все равно люблю ее.

Взглянув друг другу в глаза, они весело смеялись.

— Нам пора ехать, Ники, — нежно обняв ее за талию, напомнил Джеймс.

— Спасибо, конечно, но я предпочитаю носить то, что у меня есть, — как можно равнодушнее ответила Николь.

— Если я сказал, что мы едем в город, то мы туда поедем! — довольно грубо перебил ее супруг. С этими словами он, не обращая ни малейшего внимания на ее отчаянное сопротивление, легко поднял Николь на руки и вынес во двор, к джипу.