Луиза Харвуд - Шесть причин, чтобы остаться девственницей

— Не забыла, не забыла, — голосом капризного ребенка протянула Эмили. Она рассмеялась, откинув голову, и вдруг резко оборвала смех. — Извини, не помню. — Эмили вздрогнула и еще крепче обхватила себя руками.

— Замерзла? Хочешь вернуться?

— Нет.

— Иди сюда. — Сэм придвинулся ближе и обнял ее за плечи. Эмили прижалась к его теплому боку, чувствуя, как уходит напряжение. — Красивое стихотворение. Что там дальше, помнишь?

Эмили подняла голову и взглянула на Сэма.

— Не помню, ни единого слова.

Он понимающе улыбнулся, с трудом подавив в себе желание наклониться и поцеловать ее.

— Что ты делаешь в Корнуолле? — неожиданно спросила Эмили.

— Работаю в питомнике отца, — сказал Сэм. — Мы выращиваем розы.

Сэм произнес простые слова, но что-то в его тоне привлекло внимание Эмили — захотелось продолжить разговор и непременно выяснить все подробности.

7

Эмили знала, что Сэм родился и вырос в Корнуолле. Но для нее было абсолютной новостью известие о том, что семья Финчей владеет питомником и уже несколько десятилетий занимается разведением роз, Эмили не знала и того, что полгода назад Сэм вернулся в Корнуолл и решил остаться работать вместе с отцом.

— Питомник называется «Тревисси». Он известен далеко за пределами графства. — Фраза прозвучала просто, без хвастовства, но в голосе Сэма слышалась явная гордость. — В Англии наши розы пользуются большим спросом.

Воодушевленный интересом Эмили к его занятиям, Сэм попытался за десять минут объяснить ей все тонкости разведения роз, на изучение которых ему потребовались многие годы. Наконец, когда Эмили взмолилась о пощаде, Сэм прервал свое вдохновенное повествование, на секунду умолк, затем снова заговорил:

— Если ты слышишь слово «роза», что тебе представляется в первую очередь?

Они все еще стояли на террасе, и Сэм по-прежнему обнимал Эмили за плечи. Она закрыла глаза и на мгновение спрятала голову у него на груди. Подумав, Эмили описала свое видение:

— Длинный стебель — прямой и жесткий — и пышный цветок с тонкими изящными лепестками темно-пурпурного цвета.

— А запах?

— О, великолепный запах, от которого кружится голова.

— Сомневаюсь.

Эмили распахнула глаза и в недоумении уставилась на Сэма.

— Почему?

— То, что тебе привиделось, — это новый современный сорт, как правило, такие розы почти не пахнут.

— Ладно, — согласилась Эмили. — Но давай предположим, что некоторые розы все же имеют запах.

— Давай предположим.

— Тогда какие именно?

— Вот именно — какие. Только старинные классические сорта, но никак не нарисованный тобой современный гибрид чайной розы.

— Интересно, кому может понравиться цветок без запаха?

— Очень многим. Такие розы продаются в большинстве цветочных магазинов. И люди с удовольствием их покупают. Во-первых, им кажется, что роза такой и должна быть, — они же не знают, какими бывают настоящие розы. Но главное, у них просто нет выбора.

— Хорошо, классические сорта великолепно пахнут, а внешне они похожи на современные розы?

— Нет, совершенно не похожи. Современные гибриды торчат из земли жестким веником. У них такой надменный вид, как будто они вырвались на волю после долгого заточения, где их держали связанными, а теперь не могут поверить в собственную свободу и поэтому беспрестанно кричат всему миру: «Смотрите, какие мы независимые существа!» Они напыщенные гордячки, которые никогда не сумеют гармонично вписаться в сад и переплестись своими ветвями с другими растениями, как это любят делать кустарниковые розы. И окраска у них обычно вызывающе яркая — кроваво-красная и ядовито-оранжевая, как у карамельных леденцов, или приторно-розовая, как у губной помады, и огромные цветы с крупными, широко раскрытыми лепестками. Старинные розы не такие: у них преобладают нежные оттенки розовых и бежевых тонов, а по форме они идеальны. Ничего красивее я не видел. — Сэм приподнял согнутую в локте руку и сложил пальцы, изображая чашу с изящно выгнутыми краями.

— Потрясающе! Дай-ка попробую угадать, какими розами славится «Тревисси».

— О нет, все не так просто.

— Почему? Что же, в таком случае, вы выращиваете — пресные чайные гибриды или старинные кустарниковые розы? — спросила Эмили, с видом знатока используя садоводческие термины.

— Ни те и не другие, — сказал Сэм.

Эмили нахмурилась.

— Ничего не понимаю.

— Сейчас попытаюсь объяснить. Кустарниковые розы бывают разных видов — галльская, дамасская, белая и многие-многие другие. Во Франции из них стали выводить садовые сорта, которые появились и у нас, в Англии, и выращивались в садах в течение нескольких веков. А потом, примерно лет сто назад, появился гибрид — чайная роза: яркая, крупная, неприхотливая, расцветает в самом начале лета и держится до глубокой осени. Она быстро завоевала популярность благодаря своим коммерческим свойствам, а отсутствие запаха и грубый, по сравнению со старинными розами, внешний вид казались несущественными мелочами. Чайная роза вошла в моду и почти полностью вытеснила классические сорта. В какой-то момент даже появилась угроза, что некоторые из них — самые красивые, самые изящные и потому самые трудные для разведения — и вовсе исчезнут.

— Понятно. Вы занимаетесь редкими видами роз?

— В тридцатых годах прошлого века знаменитые английские садовники Гертруда Джекилл и Констанция Спрай стали бороться за сохранение классических сортов. Питомник «Вайта Саквилл-Уэст» в Сиссингхэрсте специально занимался разведением кустарниковых роз. Только благодаря их усилиям до нас дошли такие древние сорта, как Rosa Munda[2] (говорят, цветок был назван в честь фаворитки короля Генриха II), Бель де Креси, Кардинал де Ришелье, Графиня де Мюринэ.

В устах Сэма изысканные французские названия звучали, как таинственные заклинания, и Эмили, которая никогда в жизни не задумывалась о розах — ни о чайных гибридах, ни о классических кустарниковых, — слушала его как завороженная.

— Вслед за ними и другие питомники стали выращивать настоящие розы, и теперь в Англии есть замечательные коллекции.

— В том числе и в «Тревисси»?

— Да, у нас есть интересные экземпляры, но мы работаем в несколько ином направлении. — Сэм сделал паузу, словно собирался поведать Эмили о каком-то грандиозном открытии. — Декоративные кустарниковые розы во многом схожи со своими дикими предками, и хотя это означает, что они могут быть безумно красивы, но в то же время возникают и некоторые проблемы: главная — слишком короткий период цветения. Это не так важно, если у тебя огромный сад, где есть разные сорта, которые будут цвести, сменяя друг друга. Но большинство людей разводят небольшие сады, поэтому чайная роза и приобрела такую популярность. И вот, в семидесятых годах специалисты попытались найти решение. Первыми за дело взялись два человека — садовник Дэвид Остин из Шропшира и мой отец здесь, в Корнуолле.