Келли Хантер - Приручи меня

Через час его очередь погружаться под воду. Работа потребует от него полной концентрации. Пока же у него полно времени, чтобы изводить себя, думая обо всех тех вещах, что он хотел сказать Мэдди, но не решился.

Шесть дней спустя, когда все торпеды были обезврежены, Люк высадился с корабля на Гуам и начал готовиться к возвращению в Сингапур. Ему нужно чем-то занять сорок восемь часов, до того как он наконец сможет сесть в самолет. У берегов острова на мелководье полно затонувших кораблей времен Второй мировой войны, но, как бы ему ни хотелось их осмотреть, он не станет нырять с аквалангом. Ведь из-за этого ему пришлось бы отложить свой отлет еще на некоторое время. Плавание и рыбалка более подходящие занятия.

Он снова позвонил Мэдди. На этот раз к телефону подошла Юн.

— Добрый вечер, Юн. Это Люк.

— Привет, тигр.

— Мэдди дома?

— Нет, на концерте с новым другом. Нежный кролик — хорошая компания для змеи, пока тигра нет рядом. Кролик шустрый и хитрый, но робкий. Он уже знает тай-чи.

— Этот кролик везунчик.

Люку всегда казалось, что Юн живет в каком-то другом мире. Из ее слов он понял, что Маделин проводит время с другом. Наверное, у нее полно друзей, с которыми он незнаком. Как мужчин, так и женщин, как новых, так и старых. Он никогда не был ревнивым, но у него возникло подозрение, что теперь все изменилось. Ему хотелось поподробнее расспросить Юн об этом «кролике», но он сдержался.

— Вы не могли бы передать Маделин, что работа закончена, что я сейчас на Гуаме и вернусь через пару дней?

— Могу, — ответила Юн. — Почему только через два дня? Ты ранен?

— Нет, просто после погружения на глубину нужно подождать сорок восемь часов, прежде чем садиться в самолет.

— Ясно, — сказала пожилая женщина. — Значит, у тебя достаточно времени, чтобы отдохнуть, восстановить силы и приобрести маленькие умилостивительные дары для уставшей старой китаянки и измученного хозяина доджо.

— Что вы имеете в виду?

— После твоего отъезда некоторые люди здесь не находят себе места. Кто-то здесь должен их поддерживать, пока ты работаешь, чтобы они не сошли с ума от тоски. Ты заварил эту кашу, тебе ее и расхлебывать.

— Но как?

— Тут я тебе не советчик. Желаю хорошо отдохнуть, тигр, — сказала Юн и положила трубку.

Через два дня Люк спустился по трапу на взлетно-посадочную полосу сингапурского аэродрома. Он по-прежнему не знал, как ему быть с Мэдди и По.

Возможно, в будущем ему следует более подробно рассказывать им о своей работе. Возможно, если однажды появится специалист с такой же высокой квалификацией, как у него, он будет позволять ему себя заменять.

Но только иногда.

Взяв свои вещи, среди которых была сумка с инструментами, он понес их на таможенный досмотр. Люди за стойкой уже были проинформированы о его прибытии и поставили ему необходимую печать.

Когда он наконец оказался в здании терминала, большинство людей, летевших с ним одним рейсом, уже разошлись. Среди оставшихся пассажиров и встречающих он увидел Маделин. Она неуверенно улыбнулась ему, теребя ремешок красной сумочки. «Должно быть, нервничает», — подумал Люк. Подойдя ближе и посмотрев ей в глаза, он в этом убедился.

— Я подумала, что тебя нужно отвезти домой, — сказала она.

Поставив сумку на пол, он заключил Маделин в объятия и почувствовал умиротворение, какого не знал никогда. Это была не эйфория, вызванная осознанием того, что он в очередной раз победил смерть. Это чувство было спокойнее и глубже. Он коснулся губами ее виска. Ему безумно хотелось поцеловать ее в губы, но он боялся, что не сможет остановиться.

— Тебе не нужно было за мной приезжать, — пробормотал он, хотя на самом деле был безумно рад, что она это сделала.

— Тут ты ошибаешься, — возразила она. — У меня есть примерно восемь часов до того, как я сяду в самолет до Шанхая, Четыре из них мне нужно провести в офисе. Остальные четыре я хочу провести с тобой.

— Ты сказала, восемь часов? — О поездке в Шанхай он расспросит ее позже.

— Четыре из них твои, — сказала она, размыкая объятия. — Как тебе понравился Гуам?

Подняв свою сумку, он направился к ближайшему банкомату.

— Микронезия замечательная, — ответил он. — Мне понравилось там нырять. Там я вспомнил, почему пошел служить во флот.

— Тебе были нужны воспоминания?

— Иногда они бывают нужны.

Это чистая правда. Он любит свою работу, но в этот раз не думал о своих высоких целях и не испытывал привычного волнения. Ему хотелось поскорее все сделать и вернуться домой.

— Мне нужно немного наличных денег, — сказал он, направляясь к банкомату.

— Маделин! — послышался у них за спиной женский голос.

Мэдди остановилась и повернулась. Люк сделал то же самое и увидел идущую к ним сутулую пожилую женщину. Она протянула Маделин руку с дорогими кольцами и безупречным маникюром. Ее украшения идеально сочетались с костюмом от-кутюр. Уверенность, с которой она их носила, говорила о том, что бриллианты подходят не только молодым женщинам.

— Сара! — Маделин пожала протянутую руку и улыбнулась. — Вы вернулись в страну!

— Только что. — Пожилая женщина внимательно осмотрела ее с ног до головы. — Ты хорошо выглядишь, моя дорогая девочка. — Сара перевела взгляд на Люка. — Вы причина этого?

— Сара, это Люк Беннетт. Он только что закончил обезвреживать торпеды у берегов Гуама. Вполне возможно, что он одна из причин. Люк, позволь представить тебе леди Сару Сауткотт. Сара — председатель нескольких благотворительных организаций, членом которых я являюсь.

— Рад с вами познакомиться, леди Сара.

— Просто Сара, — приказала пожилая женщина. — Значит, Гуам? Много лет назад я работала медсестрой на Гуаме.

— Большую часть Второй мировой войны Сара проработала медсестрой здесь, в Сингапуре, — сказала Маделин.

— Об этом я уже много лет тщетно пытаюсь забыть, — произнесла пожилая женщина. — О выборе, который нам приходилось делать каждый день. Об ужасном выборе. — На мгновение ее взгляд затуманился, затем она перевела его на Люка и улыбнулась. — Вы похожи на человека, который знает не понаслышке, что такое трудный выбор.

Люк ничего не сказал. Он видел смерть и сталкивался с трудностями, но они вряд ли могли сравниться с теми, которые довелось испытать леди Саре во время Второй мировой войны. Он проникся уважением к этой женщине.

— Давайте мы вас подвезем, — предложила ей Маделин.

— Не надо, моя дорогая. Где-то здесь должен быть мой шофер. Очевидно, он вышел на улицу, чтобы подогнать поближе машину.