Сандра Браун - Двое одиноких

Это было настоящее блаженство — большее, чем Расти могла ожидать! Купер был прав, предупреждая ее: вода действительно оказалась горячей, но от этого не менее восхитительной! Дно лохани было рифленым, и Расти понадобилось время, чтобы привыкнуть и устроиться поудобнее. Но стоило ей ощутить всю роскошь погружения в пышущую паром, успокаивающую воду, и все мысли о незначительном дискомфорте ушли сами собой.

Расти вытянулась настолько, насколько ей позволяли размеры «ванны», и положила голову на обод лохани. Веки ее медленно, сами собой сомкнулись. Она так расслабилась, что даже не вздрогнула, услышав, как Купер вернулся в дом, — лишь немного нахмурилась, ощутив прикосновение холодного воздуха, ворвавшегося с улицы.

Немного понежась в воде, Расти вытянула мокрую руку из-за шторки и взяла кусок мыла со стула. Ах, как же ей хотелось утонуть в этой душистой пене, намылиться щедро, с головы до ног, не думая о завтрашнем дне! Но потом она вспомнила, что этот кусочек мыла нужно растянуть надолго, и передумала. Решив не тратить драгоценный продукт попусту, взбила немного пены и распределила ее по всему телу.

Поддерживая на краю лохани то одну, то другую ногу, она тщательно водила бритвой по коже. Дойдя до шва работы Купера, она только сейчас с ужасом осознала, какой же неприглядный, просто отвратительный рубец теперь будет «украшать» тело. Расти тут же устыдилась этого глупого тщеславия: в конечном счете ей выпал потрясающий шанс остаться в живых, а все остальное уже мелочи! Как только вернется в Беверли-Хиллз, тут же обратится к пластическому хирургу, и тот исправит выполненную из самых лучших побуждений, но все же столь непривлекательную ручную работу Купера.

Резкий шум безжалостно выхватил Расти из состояния сладкой неги.

— Купер, что ты делаешь?

— Стелю постели, — объяснил он, хрипя от усилий. — Каркасы сделаны из твердого дуба, эти кровати весят никак не меньше тонны.

— Не могу дождаться, когда наконец-то смогу улечься на одной из них.

— Только не думай, что спать будет удобнее, чем на полу. Тут нет матрасов, лишь дно из холста, напоминает раскладушку. Оно и к лучшему — в матрасах наверняка поселились бы вши.

Отложив бритву в сторону, Расти взяла шампунь и, окунув голову в воду, выдавила на руку примерно с ложку тягучей жидкости. Шампунь следовало экономить даже больше, чем мыло. Девушка буквально втерла его в свою густую гриву, безжалостно очищая ее — от макушки до самых кончиков. Потом снова нырнула в воду, стараясь зачерпнуть как можно больше воды и основательно прополоскать волосы.

Уложив голову на край корыта, она откинула волосы назад, чтобы дать им поскорее высохнуть. Капельки с рыжих завитков стекали на пол, но вода, судя по всему, была наименее опасным и неприятным веществом из всех, что когда-либо опускались на эту поверхность.

Глаза Расти снова закрылись, она от души наслаждалась теплой водой, цветочным ароматом шампуня и мыла, восхитительным ощущением чистоты. Постепенно вода стала охлаждаться, и девушка поняла, что ее время истекло.

Расти сомневалась в том, что Купер уляжется спать раньше ее, хотя накануне компаньон встал до рассвета и сейчас наверняка еле держался на ногах от усталости. Впрочем, девушка понятия не имела, сколько сейчас времени, авиакатастрофа остановила все их часы. Спасшиеся измеряли время по восходящему и клонящемуся к закату солнцу. Осенние дни становились все короче, но сегодня сутки тянулись мучительно долго, угнетая эмоционально и физически.

Расти уперлась ладонями в края корыта и попробовала подняться. К ее ужасу, руки соскользнули вниз и безвольно повисли, словно вареная лапша. Напрасно, ох напрасно она так долго лежала в горячей воде! Тело отказывалось повиноваться, она несколько раз пыталась встать, Но все было тщетно — руки сильно ослабели. Один за другим Расти изобретала новые планы, но ни один из них не работал, и все из-за травмированной ноги, на которую нельзя было опереться.

В конце концов она начала замерзать и, поняв, что медлить больше нельзя, робко позвала Купера по имени

— Что?

Его раздраженный тон не вдохновлял на дальнейшее общение, но выбора у Расти не было.

— Я не могу выбраться.

Ответом ей была тишина, которая повисла надолго — словно Купер тянул за хвост самого длинного в мире кота. Наконец он соизволил отозваться:

— Что?

Стараясь не терять самообладания, Расти зажмурилась и повторила:

— Я не могу выбраться из корыта.

— Вылези оттуда точно так же, как залезла.

— Мое тело слишком ослабло от горячей воды. Я не удержусь на руках достаточно долго, чтобы успеть вылезти.

Проклятия, сорвавшиеся с уст Купера, были столь убийственными и горячими, что Расти оставалось только изумляться, как это простыня-занавеска не вспыхнула огнем. Услышав приближающиеся шаги спасителя, она скрестила руки, прикрывая грудь. Он отдернул шторку, и холодный воздух коснулся мокрой спины Расти. Смущенная, она уставилась на камин, чувствуя на себе взгляд Купера.

Он надолго застыл у лохани, не говоря ни слова. Легкие Расти, казалось, вот-вот разорвутся от внутреннего напряжения и неловкости, когда напарник наконец приступил к инструктажу:

— Я буду держать тебя под руки сзади. Аккуратно приподнимешь левую ногу. Я тебя подхвачу, приподниму, вытащу из корыта, и ты встанешь на пол, обопрешься на здоровую ногу. Поняла?

Голос Купера звучал низко и очень напоминал полотенце, которое он дал Расти, — был грубым, словно наждачная бумага.

— Поняла. — Расти отвела руки подальше от тела, давая помощнику возможность подхватить ее. Внутренне она была готова к прикосновениям Купера, но стоило ему дотронуться кончика ми пальцев до ее скользкой, влажной кожи, как Расти затрепетала от волнения. Не потому, что это было так ужасно — скорее наоборот.

С каждым прикосновением ей становилось все лучше. Уверенные и сильные руки Купера скользнули во впадины подмышек Расти, теперь он надежно ее держал. Помощник широко расставил ноги, почти перешагнув через корыто, и поднял Расти. У нее резко перехватило дыхание.

— В чем дело?

— Мои… мои подмышки натерты, — еле вымолвила девушка.

— Это из-за костылей, — бросил Купер, и с его губ сорвалось очередное ругательство.

Оно показалось Расти особенно мерзким — оставалось только надеяться, что она неправильно расслышала это слово.

Руки Купера скользнули по влажной коже Расти и сомкнулись у ее ребер, заключая в объятия.

— Давай попробуем так. Готова?

Четко следуя инструкции, она оперлась на здоровую ногу, оставив травмированную беспомощно свисать, и Купер тут же приподнял ее из воды.