#НенавистьЛюбовь - Анна Джейн
— Какой еще морковкой?! — обалдела я.
— Это образное выражение, — рассмеялась весело Танька. — Завлеки его своими женскими чарами и… Ладно-ладно, молчу, перестань закатывать глаза! Будешь так делать, тебя кто-нибудь напугает, и ты такой навсегда останешься.
В этот момент, словно назло, мне написал Влад и предложил прогуляться.
— Соглашайся, — ткнула мне в бок локтем сестра.
— Поздно, я написала, что занята.
— Знаешь, сестренка, мне сложно переносить чужую тупость и относиться к ней снисходительно. Но ты неплохо тренируешь мою выдержку, — заявила она.
— Потому что я классная? — расхохоталась я.
Танька отрицательно помотала головой, и мне по-сестрински пришлось ее проучить — защекотать. Щекотки она боялась с детства.
Разговор о парнях в общем и Владе в частности мы все же прекратили и просто болтали о пустяках, а количество испеченного мною печенья в вазочке стремительно уменьшалось — мы обе были сладкоежками.
Ближе к вечеру я пошла провожать сестру на улицу. Однако на лестничной площадке мы неожиданно столкнулись с Каролиной — она вышла из лифта.
Красивая. Ухоженная. С идеальными бровями — такими, какие советуют делать бьюти-блогеры. С модными выступающими скулами и безупречным легким макияжем. Светлые волосы нежной волной ложились на одно плечо поверх модного пальто-кейпа изумрудного цвета.
— Здравствуй, — улыбнулась мне Каролина.
— Привет, — хрипло ответила я.
Я знала, что рано или поздно это произойдет. Знала, что они продолжают общаться с Матвеевым — видела еще одно их совместное фото в инстаграме. Знала, что однажды я увижу их вместе — неважно, в подъезде или в университете. Знала, снова настраивала себя быть сильной, но не смогла сохранить душевное равновесие. Да и о каком равновесии можно говорить, если лицом к лицу встречаешься с той, которую выбрал любимый человек? Выбрал вместо тебя.
Едва я увидела Серебрякову, меня окутал вихрь ревности — жгучий, болезненный, скользящий по венам обжигающим огнем. Этот огонь опалил мое и без того ноющее сердце и взметнулся вверх, заставляя пылать мои мысли.
Мы смотрели друг на друга без особой симпатии.
— Я и забыла, что ты здесь живешь.
— Снова хочешь забежать в гости?
— Увы, меня ждет Дан, — отозвалась Каролина. В это же время дверь квартиры Матвеевых широко распахнулась. На пороге стоял Клоун в домашних джинсах и простой футболке. Его волосы были растрепаны — кажется, он спал.
— Привет, — улыбнулась ему Серебрякова. И ревность тотчас ударила мне в виски тяжелым огненным набатом.
— Откуда запахло навозом? — громко спросила Танька, театрально схватилась двумя пальцами за нос и стала махать ладонью в воздухе, словно пытаясь отогнать от себя неприятный запах. Клоун нахмурился, услышав ее голос. Но сделал вид, что ему все равно.
— Заходи, — велел Каролине Даня и, кинув на меня тяжелый взгляд, захлопнул дверь. А я затащила Таньку в лифт.
— Что за пародия на человека? — сердито спросила она. — Неужели нельзя встречаться с других местах? Эй, Кудряха, с тобой все в порядке? А то у тебя лицо позеленело.
— Это от злости, — выдавила я и вдруг достала телефон.
«Если ты еще хочешь, давай погуляем», — написала я Владу. Зачем? Наверное, назло Матвееву, к которому притащилась Каролина. Его родителей нет дома — чем же эти двое будут заниматься? Сухари сушить? Пить чай с сушками? Или отправятся в совместную пати в «Линейке»?
Черт, как же они меня раздражают!
— Это ты правильно, — сразу разгадала мой замысел Танька. — Пообщайся с Владом. Не чахни, а то усохнешь.
«Я свободен. Могу заехать за тобой через полчаса», — быстро ответил Влад. Я согласилась. Нет уж, мои милые Каролина и Клоун, вы не растопчете меня своим счастьем. Я буду счастливей, чем вы. И ни за что не упаду духом.
Танька уехала, наказав мне держать хвост пистолетом, а нос в тепле. А я сбегала домой, переоделась в новые джинсы и симпатичную водолазку, накинув сверху новенькое кофейного цвета пальто в стиле оверсайз. Оно было легким, тонким — почти невесомым и очень стильным, хотя совершенно не грело. Но, с другой стороны, на дворе стояла сухая и теплая погода.
Духи с яблочно-мятным шлейфом, стильные ботильоны на квадратном каблуке, подаренное родителями колечко на пальце — мне нравилось свое отражение в зеркале. И в кои-то веки нравились рассыпавшиеся по плечам кудряшки.
— Ты не будешь страдать из-за него, ясно? Откроешь новую Вселенную, — сказала я самой себе и наконец покинула квартиру.
Влада я ждала около подъезда, глядя в голубое небо, чуть подернутое мерцающей дымкой на юге и мутно алеющее на западе. Перед глазами стояло осунувшееся лицо Матвеева. И выгнать его образ из своих мыслей я не могла.
Влад приехал через двадцать восемь минут. И, словно по заказу, за пять минут до его приезда из подъезда вышли Каролина и Даня, который держал руку на ее плече. Они прошли мимо меня, сели в его машину и уехали, оставив меня пылать от злости и ревности.
— Куда поедем? — донесся до меня голос Серебряковой.
— А куда ты хочешь? — спросил Даня.
— Я хочу суши. Поехали в суши-бар? — предложила она.
— Ок, — ответил он. Я фыркнула, зная, что суши Матвеев не любит. На какие гастрономические жертвы он идет ради своей феи! Кто бы мог подумать.
Эй, Клоун, надеюсь, ты ими не подавишься. И не захлебнешься слюной, глядя на стройные ножки Каролины.
