Раскаяние - Екатерина Орлова

мной. Наоборот, теперь она всецело отдавалась процессу. Девушка кусала мои губы, гладила мой язык своим, хватала меня за волосы и царапала голую спину. Я сходил с ума. Умирал и воскресал одновременно. Я схватил ее за попку и подтянул Роуз ближе, вжавшись в нее напряженным членом. Она стонала мне в рот и прижималась все сильнее. Я понял, что если немедленно не войду в нее, то просто умру.

Я схватился за края ее футболки и быстро стянул через голову, начал целовать шею, пока руками ласкал грудь. Роуз стонала и извивалась напротив меня и не предприняла ни одной попытки воспротивиться. Я чувствовал, как от сексуального напряжения между нами по моей спине сбегали струйки пота. Розали протянула руку и обхватила пальчиками мой ствол. Я застонал. О чем я только ни пытался думать, только бы не кончить. В конце концов, у меня год не было секса! Это изрядно потрепало мою выдержку. К тому же, эй, это была Розали. Она могла заставить меня разрядиться в две секунды.

— Джордж, — взбудораженно прошептала она.

— Да, детка? — Я спускался губами ниже по ее груди к твердым вершинкам сосков.

— Остановись, — со стоном произнесла она.

— Нет, милая, не в этот раз.

— Господи, Мун, прекрати меня мучать. Остановись.

— Роуз, ты же хочешь меня, как и я тебя, — хриплым голосом ответил я, покусывая ее грудь и вызывая новые стоны.

— Да, хочу. Но прошу тебя, остановись, я и так готова для тебя. Пожалуйста, просто трахни меня, Джордж.

Я остановился и посмотрел ей в глаза. В них пылала страсть и нужда. Она сходила с ума так же, как и я. Мысленно я сделал сальто. Настал этот момент! И я точно не был намерен его упускать.

Я сдернул с себя штаны, представ перед Роуз во всей красе. Она опустила взгляд вниз и всхлипнула.

— Нравится, детка?

— Да, — прошептала она. — Хочу тебя внутри. Немедленно.

Я медленно потянул ее штаны вниз по ногам, поглощая взглядом каждый дюйм прекрасного тела. Как же давно я не видел ее обнаженной. И она стала еще прекраснее, если такое вообще возможно. Мне хотелось целовать и поклоняться каждому миллиметру ее фарфоровой кожи. Но сейчас было время для того, чтобы выпустить животную страсть, накопившуюся в нас за этот год.

Я быстро отбросил одежду в сторону.

— Ты мне доверяешь, красавица? — спросил я с хитрой улыбкой.

— Да, — прошептала она.

Я широко развел в стороны ее ноги, и мой член дернулся от вида киски и запаха ее возбуждения. Она была мокрой и полностью готовой ко встрече со мной. Подтянув за бедра девушку к краю столешницы, я взял член в руку и направил к ее входу. Проведя несколько раз вверх и вниз, вызывая дрожь у нас обоих, я ласково произнес:

— Такая горячая.

— Господи, Джордж, давай уже, — резко сказала Роуз.

— Держись, — это было единственным предупреждением перед тем, как я резко вошел в нее до упора, и она взвизгнула, положив мне руку на живот. Так она всегда делала, когда хотела остановить меня. Этим жестом она показывала, что еще не до конца готова и ей больно. Она доверяла мне, знала, что мне будет достаточно ее жеста и этой крохотной морщинки между бровями, чтобы осознать ее дискомфорт.

Я замедлился и вышел наполовину. Розали глубоко вдохнула, пытаясь расслабиться. Внутри нее было тесно и очень горячо. Меня посетила мысль, что за этот год у нее никого не было, и от этого хотелось исполнить джигу. Но только после того, как доведу эту красавицу до оргазма и нырну вслед за ней.

Я положил ладонь ей на живот и начал нежно кружить большим пальцем по клитору, при этом медленно раскачиваясь. Роуз расслабилась и легла на столешницу, выгнув спину. Я почувствовал, как расслабились ее внутренние мышцы и протолкнулся немного дальше. Она застонала громче. Мне нужно было больше, быстрее, жестче, но я не мог причинить ей боль. Я хотел, чтобы после нашего второго первого раза у нее остались только приятные впечатления. Она сводила меня с ума этими своими губами в форме «О», которые складывались так каждый раз, когда на нее накатывала волна удовольствия. Когда мне стало тяжело сдерживаться и сохранять медленный ритм, я понял, что не продержусь долго. Но оргазм Роуз был важнее. Да что там душой кривить? Ее разрядка провоцировала мою собственную. Поэтому я быстрее закружил пальцем по клитору, и спазмы ее внутренних мышц участились, что говорило о том, что оргазм моей девочки приближался. Розали начала хаотично крутить бедрами, пытаясь получить более глубокое проникновение. Ее ноги начали дрожать, и я немного ускорился, полностью погружаясь в нее. Когда она напряглась всем телом, я наклонился к ее уху и грубо прошептал:

— Давай, девочка, кончай.

Она издала громкий стон и взорвалась вокруг моего члена. Я медленно двигался в ней и аккуратно потирал клитор пальцем, внимательно глядя на ее лицо. Она покраснела от груди и до кончиков волос. Разметавшиеся пряди прилипли к мокрым от пота лицу и шее. Она крепко зажмурила глаза и вытянула губки, пытаясь втянуть как можно больше воздуха.

Это было потрясающее зрелище.  Роуз мягко убрала мою руку от клитора, показывая, что слишком чувствительна сейчас к ласкам. Я поддался. Мне хотелось сделать все что угодно, только бы она ощущала комфорт и эйфорию. Это продлилось несколько секунд, а затем глаза Розали распахнулись, и она посмотрела на меня, прищурившись. Я остановился, не зная, как реагировать. Она смотрела на меня так, будто была зла на что-то. Единственной мыслью было: «Пожалуйста, не оставляй меня со стояком».

— Джордж, — резко сказала она и поманила пальцем, чтобы я наклонился ближе, что я и сделал. — Трахни меня. Хватит играть.

Я сразу же стянул ее со стойки, развернул спиной к себе и наклонил так, чтобы она прогнула спину. Моему взору предстала ее аппетитная попка в виде сердечка. Я шлепнул по ней, и Роуз взвизгнула, потом погладил покрасневшую кожу и, подхватив одну ее ногу, закинул ту на стойку. Я видел, что Розали было не совсем удобно. Но кто думает об удобстве, когда речь идет о сумасшедшем удовольствии?

— Готова?

— Да. Давай, — подначивала она меня.

Я резко вошел в нее, но не полностью, чтобы не причинить боли, и остановился.

— Еще! — крикнула она.