Ключ от твоего сердца - Эльвира Владимировна Смелик

распахнулась чуть ли не у неё перед носом, выпуская водителя. До неё даже не сразу дошло, кого. Она и не рассматривала – ей-то какое дело? А он выбрался, распрямился, встал на пути, произнёс:

– Привет! – сияя лучезарной улыбкой, как будто даже ни капли не сомневался, что Вита будет очень рада его увидеть.

Не рада. Нисколько.

Она отвела взгляд, обогнула Мэта и двинулась дальше. Надеялась, да, что прокатит, что так и получится – просто пройти мимо. Но и нисколько не удивилась, когда чужие пальцы вцепились в руку, крепко сжали и резко дёрнули назад, чтобы сразу и остановить, и развернуть, только украдкой вздохнула от безнадёжности и досады.

Мэт ещё сильнее стиснул её локоть, уставился, прицельно сощурившись, произнёс глухим вибрирующим голосом, таким, что даже на мгновение представилось, сейчас он устроит истерику или расплачется от обиды:

– Что, теперь даже разговаривать со мной не желаешь?

Вита хмуро посмотрела на него, не чувствуя ни раскаяния, ни жалости.

– О чём?

Ей бы хотелось ощущать себя невозмутимой и смелой, но получалось только выглядеть и то неизвестно, надолго ли. А на самом деле страх и отчаяние уже тонкими паутинками опутывали сознание, крошечными острыми коготками царапали в груди.

– Что ты можешь нового мне сказать? Что я ещё не слышала от тебя? Что ты решил наконец-то от меня отстать? Или, например, повеситься, не выдержав боли от разбитого сердца. Я была бы на седьмом небе от счастья, если бы такое услышала. Может, порадуешь? Хотя бы раз.

Мэт свободной рукой обхватил её подбородок и тоже сжал, до боли, а потом наклонился к самому лицу и процедил:

– Ротик прикрой, малыш, и послушай.

Вита мотнула головой, почувствовала, как в кожу впились его ногти, потому что пальцы вдавились в подбородок только сильнее, не желая отпустить.

– Ты всё равно никуда от меня не денешься, – экспрессивно зашептал Мэт. – Всё равно будешь моей. На этот раз я не отступлю, пока не добьюсь, пока не верну тебя. И не надо специально ломаться, делать вид, что ты этого не хочешь. Я же прекрасно знаю, как хочешь на самом деле. Я помню, малыш. Всё помню. Как нам хорошо было вдвоём. Как ты любила меня. Как хотела.

Пока говорил, он наклонялся всё ниже, уже почти касался шевелящимися губами, и теперь Вита, не выдержав, не собираясь терпеть, свободной рукой вцепилась в его запястье, попыталась отодрать его пальцы от своего лица. И хотя говорить получалось с трудом, всё равно произнесла:

– Это было сто лет назад. Я уже не та дура. И отпусти меня, урод! – насколько смогла, выкрикнула громче. – Не смей прикасаться! Отпусти! Я тебя ненавижу!

– Эй! – вдруг прилетело со стороны, решительное и твёрдое, а на плечо Мэта легла чужая ладонь. – И правда отпусти. С девушками так себя не ведут.

Скорее всего, от неожиданности хватка Мэта слегла ослабла, но Вите хватило, чтобы, ещё раз резко мотнув головой, высвободить подбородок, а потом и выдернуть из чужих цепких пальцев свой локоть.

Мэт запоздало опомнился, хотел её поймать, но она как-то увернулась. Наверное, только благодаря уверенной мужской руке, по-прежнему давившей на его плечо.

Незнакомец бесстрашно втиснулся между ними, загородив Виту собой, приказал Мэту:

– Успокойся! Тихо.

Тот выругался и, кажется, собрался ударить, но они стояли слишком близко, почти вплотную – как следует не замахнуться, получилось бы только толкнуть. Но в этом незнакомец его опередил.

Мэт покачнулся, сделал шаг назад, оступился на бордюре, навалился на свою машину. А его противник медленно попятился, оттесняя Виту ещё дальше, напрягся, слегка сгруппировался, решив, что у Мэта окончательно сорвёт крышу, и он ринется в драку. Но тот так и остался у машины, хоть тоже напрягся, даже немного нагнулся вперёд, будто готовился к броску. С ненавистью смотрел исподлобья, дышал глубоко и неровно.

– Уходи отсюда, – чуть повернув голову, но ни сводя с Мэта взгляда, негромко скомандовал Вите мужчина, потом ещё раз повторил: – Уходи. Я его задержу, если что. – Но чувствуя, что она так и не двинулась с места, сердито и резко добавил: – Быстро!

Не пришлось.

Мэт, по-прежнему с ненавистью глядя на них, наощупь отыскал ручку на автомобильной двери, распахнул её, сдвинувшись в сторону, забрался внутрь. Его губы беззвучно шевелились, но Вита даже задумываться не хотела, что он там мог бормотать.

Пусть катится ко всем чертям собачьим!

Дверь захлопнулась, машина тронулась с места, отъехала от края тротуара и покатила по дороге.

Вита мгновенно ощутила такое облегчение, что даже коленки обмякли, и она просто чудом удержалась, чтобы не плюхнуться на асфальт. А мужчина переждал ещё несколько мгновений, провожая взглядом увозившую Мэта машину и желая убедиться, что тот не надумает вернуться, потом спросил у Виты:

– Ты как тут? Всё хорошо?

– Теперь да, – выдохнула она и уставилась на спасителя. Потому что до сих пор толком не представляла, как тот выглядел.

Глава 21

Он был совсем молодым – можно даже парнем назвать, не обязательно мужчиной – но определённо постарше Виты. Не на год, не на два, а лет минимум на пять. И это не только по лицу виделось, но и вообще: по внешности, по одежде, по манере держаться.

Волосы тёмные, и глаза вроде тоже. Лицо приятное, с мягкими чертами, из тех, на которые смотришь, и сразу становится надёжно и спокойно. Взгляд живой, но какой-то устало-печальный, будто немного перегоревший. Хотя, скорее всего, незнакомец как раз возвращался с работы, потому и выглядел уставшим, но не раздражённым – абсолютно невозмутимо позволял себя рассматривать. Да и сам рассматривал Виту, но без излишнего навязчивого любопытства, время от времени поглядывая по сторонам.

– Подкинуть до дома? – неожиданно предложил он. – Я тоже на машине. А то мало ли…

Она сразу немного насторожилась, скорее, неосознанно, и возразила:

– Да ничего не случится, – хотя на самом деле так не думала.

Её до сих пор потряхивало, и приходилось сильно напрягаться, чтобы это не стало заметным со стороны, чтобы создавалось впечатление, будто она спокойна, если не абсолютно, то в пределах нормы. Но мужчина, похоже, всё прекрасно видел. И понимал. Поэтому уточнил с сомнением:

– Уверена? – Потом предположил, тоже вполне разумно и обосновано: – Или боишься, что уже со мной проблемы возникнут? – Сосредоточенно умолк на несколько мгновений и опять заговорил: – Я, конечно, могу только сказать, что не обижу. Или даже поклясться. Но более убедительных доказательств у меня нет. – Он развёл руками. – Ну, и сначала придётся заехать в одно место. Надо сына с няней