Вредная Валерия (СИ) - Брежнева Маша

- Твои строгие родители запрещали гулять с парнями?

- Нет, но в школе я и сама не гуляла. Не до этого было, и родители даже не особо следили. Я ночами не шлялась, в подозрительных компаниях не состояла, на машинах меня никто не подвозил до подъезда.

- Когда у тебя были отношения?

Она же была на моей личной территории. Хочу забраться к ней.

- На первом курсе.  Расстались, потому что не подходили друг другу.

Едва удерживаюсь от вопроса, подходим ли мы. Не сейчас мы будем это выяснять, ой не сейчас.

- Ты была в него влюблена?

- Нет, думаю, это не влюбленность.

- А вообще влюблялась?

- По-настоящему? Мне кажется, нет. Но…

- Что «но»? 

- Может быть, сейчас? – поднимает глаза и смотрит таким пронизывающим взглядом. Хорошо хоть я остаток чебурека на гальку не роняю.

- Может быть.

Дальше минутное молчание. Сидим друг напротив друга, соприкасаясь коленями, и оба следим за прибоем. Волна ласково накатывает на камни, разбиваясь пенной полоской на краю. Солнце уже почти за линией горизонта, и вода сейчас такая красивая в этих отблесках заката…

Перевожу взгляд на Леру. Смотрит на берег, не отрываясь, провожает мысленно каждую волну, жадно вдыхает морской воздух с особенным, необыкновенным запахом.

Волосы она сегодня собрала в низкий хвост и какой-то лентой перевязала. Тянусь рукой к светлым прядям, откидывая с ее плеча за спину. Она тут же дергает головой и поворачивается на меня.

- Может быть, сейчас, говоришь? – произношу почти шепотом.

- Да, – отвечает ещё тише.

- Это считать за признание, белка? – оставляю руку на ее шее, но не тяну на себя.

- На твоё усмотрение. Я уже говорила, ты очень хороший.

- Для отношений этого мало. Недостаточно быть хорошим, нужны другие чувства.

- Я понимаю, – говорит Лера, почти повторяя мой жест: тянется рукой ко мне, оставляя пальчики на моей щеке.

- Я не тороплю тебя, нам некуда спешить. Я и сам не тороплюсь. Но я хочу, чтобы все было, Лер, понимаешь?

Глаза распахиваются. Большие, в обрамлении подкрашенных пушистых ресничек. Для нас с Лерой «все» – это не про постель. Мы с этого едва ли не начали. «Все» – это про чувства. Искренние, глубокие и сильные. Те, которые могут перерасти в большее.

Я правда считаю, что гнать события не стоит, тем более, я ещё про Москву ничего не решил. Но почему-то мне хочется, что из этого зачатка отношений мы своими ручками сделали что-то красивое.

Гуляем ещё долго. Разговариваем, фоткаемся, чуть позже пробуем чурчхелу, которая особого впечатления на Лерку не производит, но тем не менее свою порцию она доедает до конца.

Когда подходим к отелю, небо уже темнеет. В тёплом воздухе ощущается запах хлорки, которой «удобрили» бассейн, где-то из портативной колонки слышится музыка, лавочки заняты парочками и небольшими компашками.

Мы заходим внутрь, вместе с другими товарищами дожидаемся лифта и выскакиваем на моем этаже.

- Если Рус в номере…

- Я понимаю, – одобряющие кивает Лера и двигается прямо к балкону, который есть на каждом этаже. Пока она там, я иду в противоположную сторону – к нашей с Русом комнате. Открываю электронным ключом и сразу понимаю, что друга нет. Если с Настей не помирился, наверное, с парнями где-то гуляет. Быстро печатаю ему сообщение, чтобы ближайшие полчаса не появлялся и получаю в ответ смайлики с улыбочками.

Выглядываю из двери и зову Лерку. Впрочем, она и в моем номере первым делом тоже идёт на балкон. Воздухом не надышалась? Интересная она. Становлюсь за ее спиной, вытягивая руки по обе стороны и укладываю их на бортик. Наклоняюсь, чтобы положить голову белке на плечо.

Мы стоим так минуты две, как мне кажется, пока Лерка сама не разворачивается внутри этого кольца моих рук и без лишних слов начинает целовать.

Сначала медленно, потом горячее. Слов не надо, она лишние. С каждой секундой поцелуи все острее, объятия сменяются путешествием рук по телу, и в себя я прихожу только тогда, когда ловкие пальчики дергает молнию на джинсах…

- Белка, тут нас могут увидеть с другого балкона.

Она в ответ только губу закусывает.

- А ты не шуми, – заявляет эта девочка, опускаясь вниз.

Черт.

Не думаю, что так вообще можно, но сейчас мой мозг перетек вниз, и я не в силах это скрыть. Она делает все, что хочет, она заводит, доводит, выводит… Она сводит с ума.

Я на всякий случай озираюсь по сторонам, но на соседних балконах тишина.

Позволяю себе забыться немного, а потом наклоняюсь, хватаю за талию и затаскиваю в комнату.

Закрываю балконную дверь и прижимаю Леру к стеклу.

- Моя белка, поняла? И не надо никому лишнего видеть.

- Скажи ещё, что не понравилось! – фыркает и уворачивается.

- Не скажу, я не вру тебе. Ты меня услышала?

Кивает и обвивает меня ногами, хватаясь за шею.

- Услышала.

Глава 44

Лера

Влад…

Короткое имя, эмоций миллион.

Вчера мы говорили о чувствах и влюбленности, и я даже предприняла легкую попытку заикнуться о том, что с моей стороны, быть может, это самое настоящее. Почему сомневаюсь? Не знаю. Ходим по кругу, казалось бы, уже пора выходить на новый уровень откровений, но нет.

Проще и безопаснее, когда это просто легкий роман. Сама спрашивала у Крайнова о серьезных отношениях и сама же их избегаю. Боюсь разбитого сердца? Пожалуй. Не делаю ли этим только хуже? Кто бы сказал мне, кто бы подсказал…

Он мне нравится. О да, потрясающее открытие. Но кажется, это первый раз за месяц, когда я прямо так себе и говорю.

Он. Мне. Нравится.

Нравится, как он ведет себя со мной, нравится все, что говорит, все его действия. Влад – довольно умный парень, воспитанный и обращается с девушкой так, что она не может остаться недовольной.

Но дело даже не в хороших качествах Крайнова.

Мы разные во многом, но это забавно. Пока Владик пытается олицетворять собой спокойствие земное, меня шатает и качает на эмоциональных карусельках. А они у меня веселые, как в Диво-острове*. Владик ловит дзен, я ловлю от него звездюлей. Меня несет куда-то, и он, наконец, просыпается и показывает себя настоящего. Такого, который и к стенке прижмет, и по столу стукнет, и мозги прочистит. Здорово иметь такого парня, если честно. И нет, иметь не в пошлом смысле (хотя и в этом тоже).

Но я не знаю, как ему показать, что эти проблески чувств во мне есть. Слов же мало, надо доказать. А как? Что я могу для него сделать? Забота, нежность, внимание… Как это все перенести на ту реальность, где мы сейчас находимся?

Да чушь это, а не отмазка. Будь мы в Питере, я бы точно так же залипала, не зная, что делать. Не умею я чувства проявлять, вот не умею и все тут. Надо учиться, иначе никаких счастливых отношений не построишь.

Но сегодня, думается мне, не время для таких уроков. У наших парней выходной перед финальной групповой игрой. Не верится, что мы в Сочи уже четвертый день. А ведь только же приехали… Столько всего случилось за три дня, и я сейчас даже не о нас с Владом говрю.

Чего стоят Настя и Рус! Вот где драма в нескольких действиях. Зачем Иванова упирается, понять не могу. Любит же Черневского, это любому со стороны видно. Как она смотрит на него, как вспыхивает, если взгляды пересекаются, как ревнует и как нарывается на то, чтобы Рус вспылил в ответ. Вот он и вспылил! Ту драку с Ринатом лагерь вряд ли забудет. Настины крики, поцелуй Руса – прямо сюжет сериала. Только вот актеры переигрывают, ведь явно уже время мириться и возобновлять отношения.

- Он не видит нашего будущего, почему я должна идти навстречу? – так ответила Настя на расспросы в номере. Мы с Сашей долго убеждали капитаншу, что Рус говорит все искренне: его чувства заметны невооруженным глазом.

Нет и все. Стоит на своем, упрямая, ждет от Черневского каких-то конкретных слов. «Я тебя люблю» ей не подходит, получается? Уж куда конкретнее. Человек самое главное сказал, а ей все не то.