Ведьма для Колдуна (СИ) - Светлакова Евгения

Анастасия: Да? А, точно. Ладно, ты и сама все поняла. Мы не совсем друзья, хотя парой нас не назовешь. Да и не нужен мне такой парень. Он зануда редкостный! Я с ним от скуки помру, но с завидным постоянством мы проводим ночи вместе. Каждый раз обещая себе, что это не повторится, но что-то у нас это плохо получается.

Инна: …

Анастасия: Согласна. Только мы думаем с ним по этому поводу иначе. Вместо твоих точек не приличная лексика.

Инна: А можно вопрос?

Анастасия: Какой?

Инна: Ты сама как к нему относишься?

Анастасия: Кроме того, что он меня очень часто выводит из себя? Не знаю, бесит он меня сильно, но с ним и хорошо. Уютно, спокойно, но характер! Инна, Витька ангел по сравнению со своим старшим братом.

Инна: У него тоже он не подарок.

Анастасия: Вот и умножь на два. О_о, так закругляемся, святоша хочет поболтать. Не буду отказывать себе в удовольствии его подоводить. Спокойной ночи, еще спишемся.

Да уж странная переписка, ничего не скажешь, а при личном общении еще больше информации на тебя сыпется? Тут ее взгляд упал на часы.

– Блин, – сорвалось с губ, когда она уже набрала номер и слушала длинные гудки.

Время половина одиннадцатого, а Виктор не дома и не позвонил. Что за беспечность?!

– Да? Солнышко мое, я уже еду.

– Я тебя потеряла, поздно уже.

– Знаю, моя хорошая, мы уже подъезжаем. Пять минут.

– Жду.

Глава 9

В танго не бывает ошибок. Не то что в жизни. Это очень просто, поэтому танго – такой замечательный танец. Если ошибетесь, просто продолжайте танцевать».

Запах женщины (Scent of a Woman)

— Малышева, можно я закурю?

Он в очередной раз ночевал у Насти. Опять все кончилось тем, что споры и угрозы перешли в поцелуи, а поцелуи во все остальное. Хорошо, что хоть ее мать жила у своего хахаля, как называла девушка очередного ухажёра матери, иначе вышло бы неудобно.

— Леонов, бросай эту вредную привычку, заводи другую, — обнаженная подруга пододвинулась к нему поближе. – Два часа ночи, какое курить? Спи.

— Под другой вредной привычкой ты подразумеваешь себя? – он улыбнулся и, стараясь не думать о новой порции никотина, повернулся, чтобы обнять Рысь.

— Интересное сравнение. То есть, вместо сигареты я? – нахалка поерзала, вызывая положительный ответ на свой вопрос.

— Напрашиваешься, Малышева, — Владимир, повинуясь порыву, поцеловал девушку.

— О, напугал! – хихикнула Настя, прерывая поцелуй — Ну что? Я вместо сигареты?

— Зараза, — только и смог ответить Инквизитор, возвращаясь к поцелую.

* * *

— Ты где ночуешь? – терпение отца, наконец, лопнуло.

Виктор мог только посочувствовать брату, что в кои-то веке решил ночевать дома. Отец был старой закалки, хотя разрешал многое, но такое исчезновение по вечерам,без объяснения, где и с кем, да еще и неделю подряд, — простить не мог.

Колдун тоже, наверное, обиделся бы на брата, если бы все это время сам не пропадал на работе с утра до ночи.

— А это так важно? – огрызнулся Владимир.

Сколько помнил младший из братьев, каждый разговор этих двоих заканчивался руганью. Характеры не позволяли мирно решить ни один вопрос.

— Поговори мне тут еще! Ты пока живешь в моем доме! – Виктор поморщился и посмотрел на Инну, что обеспокоенно переводила взгляд с одного на другого, веселое начало дня, ничего не скажешь.

И это когда ему, наконец, дали выходной, так всегда вечно что-то испортит настроение!

— Может, мне съехать? – тут же вспылил старший. – В Германии живу плохо, вернулся домой, тоже плохо – определись!

— Не смей так со мной разговаривать!

— А то что?

Ссора набирала нешуточные обороты. Иногда поражала способность тихого и рассудительного брата выходить из себя каждый раз при попытке отца показать, кто в доме главный.

— Так, успокойтесь оба! Пап, у Аськи он ночует, а бесится, ибо определиться не может в этих отношениях они с ней. А ты перестань заводиться с пол-оборота, тебя никто не осуждает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

— Не лез бы, — снова огрызнулся Инквизитор. — Спасибо, я не буду завтракать, — с этими словами он встал из-за стола и уже собирался выйти из кухни, когда вмешалась Инна.

— А ну стоять!

Голос у будущей жены заставил всех троих замереть. Никто не ожидал от этой хрупкой девушки такого командного тона.

– Взял кофе и тарелку с собой, и чтоб все съел. Понял?

Владимир покорно поднял руки, вернулся к столу забрал свою тарелку с яичницей и бутербродами, долил себе еще кофе и только после этого ушел в комнату.

— Лихо, — присвистнул отец. – Так, я на работу пока не попал под горячую руку, — и очень быстро ушел, даже почти убежал.

— Мне уже начинать бояться? – невинно поинтересовался Виктор, пытаясь не смеяться.

Он давно догадывался, кого выбрал себе в жены, но чтоб так построить брата и напугать отца — это восхищало.

— Меня? – невинно захлопала глазами девушка. — Я же самая милая, добрая и пушистая.

— Так, общение с Аськой дает свои результаты, — не выдержал Колдун и засмеялся.

Именно такими словами «задабривала» его Рысь напакостив.

– Иди ко мне! – он притянул свою Ведьму и поцеловал. – Ты у меня лучшая, другой мне не надо, даже если будешь командовать, подчинюсь...

— Командовать тобой? – девушка закусила губу, обдумывая предложение. — Заманчиво, особенно, пока никто не видит.

Оба засмеялись и вернулись к более интересному занятию, чем пустые разговоры.

* * *

— Хватит работать, — Витька заглянул в комнату и удивленно оценил бардак, что в ней царил. – Ты вроде тут редко появляешься, так какого черта здесь такой погром?

— Отвали.

Младший был меньше всего виноват в ссоре с отцом, но разум нынче поддался сердцу, что упорно видело в нем соперника. А даже пустая кружка из-под кофе напоминала о причине ревности.

— Так, что я сделал? – тихо засмеялся Колдун, спокойно заходя в комнату, как ни в чем не бывало, начиная наводить порядок.

Еще год назад он бы вспылил и ушел, так что провинившемуся брату пришлось бы потом просить прощения. Сейчас его нисколько не задевала такая грубость. Как за такой короткий срок человек мог так измениться? И там, где раньше Владимир читал ему нравоучения, теперь сам прозябает как школьник.

— Просто отвалить можешь? Я работаю.

— Нет, так дело не пойдет. Ты что, с Аськой поссорился?

— Нет, просто у нее мать дома ночевала, а ты знаешь, что это за женщина.

— Ну, ты мог бы Аську сюда привести, делов-то.

— Мы не встречаемся! – Инквизитор ударил кулаком по столу так, что подпрыгнула так и не унесенная с утра посуда.

— Ладно, но спите-то вы вместе, — пожал плечами брат, явно не веря словам про «не встречаются», хотя его это как раз-таки веселило.

— И что с того? Ты мне будешь лекции читать о морали? В отличие от тебя, я хотя бы сплю с одной девушкой, а не доброй полусотней, как ты когда-то!

— Так, ты чего огрызаешься? Да, я не святой и ошибок наделал немало, но я хотя бы не отрицаю их и никогда никому не врал, включая себя. Твердо знаю, что я хочу и как отношусь, — спокойно сказал младший, забирая у него со стола грязную посуду. – Ладно, не суть, работай, мы до магазина, потом к Дэну, ты с нами?

— Хорошо, — гнев внезапно пропал. — Позвоните, когда поедите — подъеду.

— Вот, уже дело, веселее. Все прекрасно.

— Вали, оптимист хренов, — полушутя, усмехнулся Владимир, уклоняясь от пинка любимого брата. – Ну-ну, подерись мне тут. Иди отсюда, дай доделать.

— Ухожу, зануда.

Стоило брату выйти, Инквизитор откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, нельзя было соглашаться идти с ними в зал. Нельзя позволять себе вновь увидеть ее танец и сойти с ума.

Но разум спал, лишь желание быть с танцующей Ведьмой управляло всем.

* * *