Дерзкие игры. Поиграем? - Кристина Антановна Римшайте

Стас нахмурился.

— Папарацци? — уточнил он.

— Ага, — довольно кивнула Саша: быстро села на лавку и принялась развязывать коньки.

Стоило только выйти с катка, как она устремилась к игровой зоне, где видела знакомого репортёра.

— Подожди, — Стас резко дёрнул девушку на себя и повернул к лифту. Ему повезло: двери быстро открылись, и он буквально втолкал в него упирающуюся Сашу.

— Ты чего? — недоумённо спросила она и отошла к стене.

Корнев, поморщившись, потёр переносицу.

— Не хочу портить вечер. Давай лучше прогуляемся по набережной, я покажу тебе своё любимое место… — он осторожно приблизился, умоляюще заглядывая в бушующий каре-зелёный океан глаз.

— Ты уже испортил… — процедила Саша и, выйдя из лифта, быстро направилась на выход из центра, пытаясь, справится с нахлынувшим раздражением.

— Калина, подожди! — воскликнул Корнев и поспешил следом. — Ну, что ты заводишься? — он остановил журналистку за руку и развернул к себе.

— Завожусь? — прошипела Саша, выдёргивая руку. — Это ты забыл, зачем мы тут, для какой цели. Играешь в свои странные игры… Тратишь впустую моё время. Я могла…

— Что? — взбесился Стас, сжимая челюсти. — Что ты могла? Тухнуть дома в одиночестве со своими кошками? Или бухать с подружкой? Вот скажи, тебе плохо было?

Саша выдохнула, на секунду прикрыв глаза.

— Нормально, — уже спокойно ответила она. — Если не брать в расчёт причины, по которым мы тут оказались.

«Да забудь ты о них!» — хотел сказать Стас, но не смог, понимая, что этим окончательно отвернёт от себя журналистку. Придётся немного ослабить давление и набраться терпения.

— Ладно. Давай отвезу тебя домой, — произнёс он и, не глядя на девушку, направился к выходу.

Саша хотела сказать, что поймает такси, но передумала. К чему гордость? Пусть везёт.

Всю дорогу ехали молча. Стас несколько раз хотел заговорить: тишина угнетала. Он хотел видеть её задорную улыбку, а не хмурое выражение лица. Видеть блеск глаза, а не потухший взгляд…

— Давай хоть музыку послушаем, — предложил он и включил радио.

Саша не стала, в который раз повторять, что безразлично относится к современной музыке и отвернулась к окну. И почему вдруг, жизнь стала напоминать унылое… коричневое вещество? Так не может продолжаться вечно, нужно что-то менять и начинать необходимо с себя. Но что она может? Попробовать что-то новое? Или походить на «Свидания вслепую»? Будет ли от этого толк? Сначала всё же нужно привести внутренний мир в порядок, разобраться со всем и принять окончательное решение…

Из размышлений вывел голос Корнева. Саша перевела на него взгляд и зависла. Мужчина пел. Не подпевал радио, а именно пел! Он прекрасно знал английский текст песни и получал удовольствие от процесса.

— Это твоя песня? — недоумённо спросила Саша.

Корнев очнулся и прочистил горло.

— Ага, одна из последних, — неловко улыбнулся он. Блин, как можно было забыть, что едешь не один в машине? Вот она холостяцкая привычка…

Саша стала прислушиваться. Смысл песни ей был понятен, но больше понравился мотив, атмосфера и голос, естественно. Он звучал не пошло, не завывающе и жалобно, а ровно, словно мурчание кота. Это открытие поразило до глубины души. Она сглотнула и выключила радио, озадачив Корнева.

Стас хмыкнул и стал парковаться. Саша не находила слов.

— Я пойду… — робко произнесла она, открывая дверь.

Корнев усмехнулся и не стал напрашиваться на чай.

— Я позвоню, — пообещал он, не глядя. И стоило Саше выйти, как с пробуксовкой сорвался с места.

На следующий день, Саша решила всё же попытать удачу и ещё раз съездить к Никите. Была уверенность, что Стас обиделся и не позвонит. Ничего, пусть остынет и возьмётся за ум, а она пока потанцует. Потом можно записаться на йогу. Может дизайном заняться? Раньше неплохо получалось.

Калинина стала спускаться из редакции и вспоминать, что проектировала в студенческие годы. Помниться, на пятом курсе, сама сшила себе выпускное платье, и вышло просто фантастически! По крайней мере, ни у кого такого не было.

На первом, рисовала детские игрушки. Глядя на витрины магазинов, Саша не раз задавалась вопросом, для кого делают новомодные игрушки? А потом шла домой и рисовала свои, делала целый проект, расписывая функции и материал, даже пробовала перенести набросок в «3Dimax». Но никому не показывала свои рисунки, поэтому не могла узнать мнение со стороны. Надо бы съездить к матери и поискать свои коробки с барахлом…

— Саша! — окликнул незнакомый голос.

Калинина выронила брелок от машины и выругалась. Теперь придётся корячиться на глазах у вечерней Москвы.

— Я помогу, — раздался всё тот же голос. Саша окинула друга Стаса внимательным взглядом и отошла, не мешая. Пусть лезет, раз вызвался.

Максим встал на одно колено и быстро достал из-под машины ключи. Выпрямился и отряхнулся.

— Давай подвезу, — с улыбкой вызвался он.

Саша вопросительно вскинула бровь.

— Куда?

Чёрный не ожидал подобно ответа и моргнул.

— Не знаю, куда скажешь, — пожал плечами он.

— А что если не скажу? — так же спокойно спросила Саша и сняла сигнализацию со своей красавицы.

Мужчина растерялся и сглотнул.

— Послушайте, — начала Саша. — Максим, кажется? Идите… Максим дальше, если у вас нет ничего срочного и важного ко мне, касательно моей работы или общественного порядка. Может, вы хотите сообщить какую-ту информацию для прессы? — Она открыла машину и завела мотор, держа дверь открытой.

Чёрный нервно потёр шею.

— Да, нет. Просто хотел пригласить тебя на кофе…

— Ясно, — холодно ответила Саша и захлопнула дверь. — Всего доброго, — произнесла она в приоткрытое окно и задом выехала со стоянки.

На дороге Саша набрала родительницу и перевела телефон на громкую связь.

— Привет, мамуль! — радостно воскликнула она, услышав «да».

— Саша? — мама, кажется, не узнала. — Что-то случилось?

Калининой стало стыдно. Неужели она действительно звонит, только, когда что-то случается? Нет, поздравляет с праздниками исправно, про здоровье справляется, правда, смс-ками, но всё же… И ведь не ясно, почему избегает общения с роднёй.

Мать ей