Неизменный (ЛП) - Хиггинсон Рэйчел

— Я так и думал. Это отличное место.

— Интересуетесь лошадьми, мистер Смит? — спросил Джесси с вполне оправданным подозрением.

— Не совсем. Но мы с Гасом провели исследование города. Мы знаем все входы и выходы. По крайней мере, на бумаге. Приятно иметь возможность взглянуть в лицо человека, об имени которого мы так много слышали.

Каждое из его слов имело двойной смысл, тайный замысел. Мое сердце колотилось в груди отчаянным барабанным боем, который угрожал вырваться прямо из моего тела, через кости, сухожилия и плоть.

Джесси улыбнулся.

— Сплетни маленького городка?

Сойер кивнул.

Улыбка Джесси исчезла.

— Хотя это забавно. О вас двоих мы ничего не слышали до сегодняшнего вечера.

Стальной взгляд пустых голубых глаз Сойера не изменился.

— Мы знаем, как держаться в тени, — затем он рассмеялся, как будто это был самый естественный разговор в мире. — Хотя после сегодняшнего вечера будет, о чем посплетничать. Я уверен.

Я с трудом сглотнула. Это была угроза?

Гас снова сосредоточился на мне.

— А как насчет тебя, Каро? Чем ты теперь занимаешься?

Последовало долгое неловкое молчание, пока я боролась с происходящим. Если бы они расспрашивали обо мне и людях, с которыми я общалась, как, к примеру, о Джесси, они также знали бы о Джульетте? Знали ли они, что она дочь Сойера?

Как много они знали?

О скольком я могла солгать?

Я прочистила горло и стряхнула с себя оцепенение, которое делало меня похожей на зомби. Ставки были выше, чем моя жизнь. У меня была дочь, которую я должна была защитить.

И я бы сделала все, чтобы спасти её от этой жизни.

Сойер олицетворял всё, от чего я отчаянно пыталась оградить Джульетту. Я бы никогда не вернулась.

Я бы никогда не позволила Джульетте втянуться в этот мерзкий мир.

Я была неосмотрительна. Но я помнила основы. Организованная преступность и мошенничество когда-то были моим образом жизни.

Я могла бы встать в один ряд с лучшими из них.

И когда на кону так много всего, я бы, черт возьми, солгала. Лгала бы до тех пор, пока сама бы не поверила словам, слетающим с моих губ, и прекрасной иллюзии, которую я создала. Сойер, в конце концов, может убить меня. Сойер мог бы пытать меня, затащить обратно в Вашингтон и позволить Роману убить меня. Но я бы никогда не отдала им Джульетту.

И если все остальное потерпит крах, и я не вернусь домой, Фрэнки будет знать, что делать.

— Я менеджер на одном из местных курортов, — объяснила я. — Это совсем не похоже на то, чем я занималась дома. Темп здесь спокойный, а моя работа гораздо менее… ограниченна. Но мне это нравится. Мне нравится смена стиля жизни.

Челюсть Сойера дрогнула, и моя улыбка стала более уверенной. Он был взбешен. Ему не понравилось, что я изменилась. Или что я, без сомнения, подтвердила всё, что он накопал на меня.

Я проигнорировала приятное чувство, что все ещё могу читать его даже спустя столько времени.

— Это здорово, — сказал он, его улыбка стала вымученной. — Звучит здорово.

Я выдержала его взгляд, признавая правду.

— Так и есть. Мне нравится моя жизнь здесь. — Джесси обнял меня за плечи и сжал их. Я не была уверена, чувствовал ли он мою потребность в утешении или чувствовал ответственность за мое счастье, но его теплое прикосновение успокаивало.

Челюсть Сойера снова дрогнула, и его голубые глаза впервые вспыхнули, как раньше. Они потемнели и, в тоже время, посветлели. Я втянула воздух от того, что старые чувства, над захоронением которых я неустанно работала, отчаянно пытались всплыть на поверхность, продирая их могилу.

Он опасен, говорила я сама себе. Он один из них.

Он здесь, чтобы убить меня.

Он здесь, чтобы всё забрать.

Это Сойер, прошипели мои чувства в ответ; они зависели от его голоса, отчаянно нуждались в его прикосновениях, и рыдали от разлуки.

— Как начёт экскурсии? — спросил Гас, его громкий голос прорезал внезапное напряжение. — Тебе нужна экскурсия.

— О, нет, — поспешила я отказаться. — Все в порядке. Мы вообще-то собирались уходить.

— Каро, да ладно тебе, — подтолкнул Гас. — Мы не виделись пять лет, и ты торопишься смыться от нас? Что это за глупости?

— Я… нет, ты так занят, и мы не хотим навязываться.

— Ну это уже происходит, — настаивал Гас. — Давай осмотримся. Я не приму отказа. — Он обернулся, такой же оживленный, каким я его помнила. — Это галерея. Наша текущая установка, как вы можете видеть, просто потрясающая. Наш художник — настоящий талант. Молодой, красивый, истинный гений своего дела.

Джесси бросил на меня растерянный взгляд.

— Разве не ты автор картин?

Гас усмехнулся.

— О, точно. Наверное, будет лучше, если мы пойдем дальше. Можете поглазеть на мои работы позже. — Он направился к бару. — Я даже дам тебе скидку для друзей и семьи, Каро. Шестипроцентную.

Я проигнорировала его подкол.

— Вот это да, Гас. Не знаю, как справиться с твоей щедростью.

— Серьёзно? Так все говорят.

Мы последовали за Гасом, пока он указывал на самое глупое дерьмо на свете. Вот там столик. А это один из наших стульев. Взгляните на светильники над баром. Всё это время Сойер следовал за нами по пятам. Я ненавидела то, что не могла оторвать от него глаз. Я ненавидела то, что у него было преимущество, перспектива и все то, чего я хотела. В попытке выбраться из сегодняшней ночи живой, мне пришлось разыграть аферу, которую они начали без моего разрешения. А это означало, что я не могла посвятить Джесси во все это.

Я могла бы выбежать из здания с криком, как будто оно горело, но Сойер и Гас нашли бы меня. Они не собирались отпускать, сдаваться или уходить. По крайней мере, не без борьбы. Так что все, что могло произойти привело бы их прямиком к Джульетте.

Но наряду с тем, чтобы играть свою роль в игре, правил которой я не знала, я должна была также обеспечить безопасность Джесси. Он не мог знать ничего из этого. Он не мог заподозрить ничего плохого.

Джесси был хорошим парнем, и он сделал бы то, что делают все хорошие парни, — он попытался бы мне помочь.

Но его помощь только навредила бы. И, возможно, убила бы нас обоих.

Когда Гас начал огибать заднюю часть галереи рядом с кухней, мы завернули за угол, и я воспользовалась возможностью оглянуться на Сойера. Его взгляд уже был прикован ко мне.

— Ты в порядке, Шестёрка? — спросил он, и жестокая, отстраненная ухмылка, искривила его рот.

Нет. Я была не в порядке. Я отвернулась.

— Больше искусства, — сказал Гас. — Это кухня. — Мы подошли к дверному проему. Гас вошел в него, и, когда мы последовали за ним, оказались в темном коридоре, который вёл к лестнице, ведущей в подвал. — Ладно, хватит этой скучной ерунды. Давайте перейдем к самой крутой части.

Я застыла, от чего Джесси врезался в меня.

— Что там внизу, Гас?

Он был уже на полпути к нижнему этажу. Его ухмылка кота, который съел канарейку, ничуть не успокоила мои нервы.

— Это сюрприз.

Покачав головой, я сделала шаг назад. Сойер был прямо за мной. Его мускулистая грудь коснулась моей спины.

— Я не люблю сюрпризов, — сказала я им.

Рука Сойера легла мне на бедро. Его пальцы обхватили мою тазовую кость, крепко сжимая, интимно поглаживая.

— Этот тебе понравится, Каро. Я обещаю.

Я больше не могла скрывать свой страх. С мольбой в глазах я обратилась к более разумному из двух мужчин.

— Что там внизу, Гас?

— О, да брось, подруга, ты зашла слишком далеко. Не трусь сейчас, — подначивал он.

Это было прямое указание на то, что я бежала из Вашингтона.

Я знала, что никогда не должна была соглашаться на это свидание с Джесси. Я могла бы вывернуть все и сказать, что это была его вина. Его идея. Только вот я добровольно с этим согласилась. Как глупый лемминг. Или овца-самоубийца. Мне просто нужно было кого-то обвинить. Сопротивляясь желанию стукнуться головой о кирпичную стену, я проигнорировала наказывающее прикосновение Сойера и последовала за Гасом. Хотя бы для того, чтобы избежать близости Сойера.