Весь этот мир не ты - Ана Сакру

— Когда это тебя останавливало, кис?

— На парковке универа посреди бела дня!

— В сааамом её конце, — Аверин улыбается сквозь поцелуй и продолжает тянуть меня на себя, — Давай…

— Я опаздываю, правда, — я всё-таки вырываюсь у шумно выдыхаю, начиная быстрыми нервными движениями поправлять растрепанный конский хвост. Никита закатывает глаза, всем видом показывая, что считает меня занудой.

— Что на тебя нашло вообще?

— Завтра у меня диплом, — хитро щурится Аверин, — Всегда мечтал трахнуть тебя в универе. Ну или хотя бы рядом. А больше и возможности может не будет.

— Псих, — фыркаю я и выхожу из машины.

— От твоих обзываний мой Гештальт не закроется, — летит мне в спину его веселый голос, и Ник выходит вслед за мной, пикая сигнализацией.

Мы вместе идем к универу. У меня последний экзамен сегодня, а у Аверина встреча с руководителем проекта. В какой-то момент он забывается и хватает мою руку, переплетая наши пальцы. Я тут же выдергиваю свою ладонь, воровато озираясь по сторонам. Вижу на ступеньках Малинского и Гальского с ещё каким-то парнем из их группы, но кажется они не заметили. Никита кидает на меня непонимающий взгляд, а потом второй раз за минуту закатывает глаза.

— Меня эта конспирация задрала уже, Лин, — шипит он едва слышно, — Может хватит? Переживёт Стасик твой.

— Плевать мне на Стасика, — отвечаю одними губами, потому что мы уже почти поравнялись с парнями на ступеньках, — Дай мне сначала с папой поговорить.

— Так говори.

— У тебя всё так просто, — я не могу скрыть легкого сарказма.

— Потому что это и правда просто, — недовольно ворчит Ник, на что я ничего не отвечаю. У меня другое мнение, — Ладно, звони, как освободишься.

Никита отделяется от меня и подходит к своим одногруппникам. Парни пожимают друг другу руки. Все кроме Малинского нестройно кричат мне "привет, Польская". Стас сверлит меня тяжелым взглядом, кривит лицо в презрительной гримасе и, сплюнув, отворачивается. После той сцены на парковке он больше не подходил ко мне. Звонил пару раз, но я не брала. Не представляю, что именно он хотел мне сказать, но точно ничего хорошего. И я не собираюсь это слушать.

У кафедры иностранных языков шумной стайкой собрался наш курс. Я по инерции пошла к Машке, болтающей о чем-то с Кириллом Беловым, но, натолкнувшись на её морозный взгляд, остановилась и свернула к Котовой и Волковой.

— Представляешь, Мария Васильевна в больнице. На скорой увезли буквально полчаса назад. Говорят, отравилась чем-то, — защебетала Ирка, целуя меня в щёку, — Вот теперь ждём, кто у нас будет экзамен принимать, и будет ли вообще.

— Ясно, — тяну я и тут же набираю смс Аверину, посвящая в случившееся.

От него прилетает моё же " ясно". И я, прочитав, перевожу внимание на девчонок. Поглядываю аккуратно на Ракову, которая тоже нет-нет, да скользит по мне хмурым взглядом. Так подойти хочется, даже кончики пальцев зудят. Но я боюсь её резкости на глазах у всех. А поймать её одну никак не получается.

— Что стоим, девчонки?

Неожиданно за спиной Юли Волковой материализуется Гальский и нагло обнимает её за талию, зарываясь лицом в распущенные волосы.

— Отстань, придурок, — вяло отбивается моя подруга, но видно, что это сопротивление больше для окружающих, с любопытством наблюдающих за ними.

— Как ты пахнешь, Волкова, ммм, — Гальский будто не замечает её тихих трепыханий, — Пошли в кино сегодня? Последний ряд, вип зал, попкорн тебе куплю с карамелькой…Или ты за соленый?

— Если ты про своего солёного, то даже не надейся, — фыркает Юлька. Но звучит скорее, как обещание.

Вместе с Гальским к нам подходят Малинский и Ник. Я сглатываю, чувствуя себя неловко и одновременно забавно. Они оба показательно не смотрят на меня. Я тоже отвожу взгляд и нарочито внимательно наблюдаю за препирающимися Юлей и Сашей. Чувствую на себе тяжелый взгляд Стаса, сверлящий мой правый висок, и жаркий Никиты, простреливающий левый. Мне остаётся только смотреть вперёд, нервно кусая губы.

Дверь кафедры открывается и на пороге появляется зам декана.

— Так, второй курс. Экзамен приму я. Через сорок пять минут жду всех в 215 аудитории.

Разочарованный нестройный гул прокатывается по коридору.

— Всё, не толпитесь здесь, — и дверь за суровым профессором захлопывается с громким треском.

— Вот чёрт, я этому бесу никогда не сдам, — хнычет Юлька.

— Давай я тебя утешу, волчонок мой, — Гальский тискает её крепче.

— Да отстань ты уже…

Мой телефон пиликает, возвещая о принятой смс, и я читаю на светящимся экране.

Иди в туалет на втором этаже.

Я поднимаю удивленный взгляд на Ника, а затем строчу в ответ.

Зачем?

Он смотрит на экран своего смартфона и быстро печатает.

Затем. Экзамен только через полчаса.

Я фыркаю и не отвечаю.

ИДИ

Приходит мне ещё одно смс через минуту. И Никита, что-то тихо сказав Гальскому на ухо и кинув на меня быстрый взгляд, отходит от нас. Я растерянно смотрю ему в след. Гештальт решил закрыть? Внутри всё разрывает от противоречивых эмоций. Возбуждение и удушливая стыдливость. Опять. Мои постоянные спутники рядом с ним. И каждый раз барьер неприемлемого для меня всё дальше…

Я закусываю губу и обвожу горящим взглядом одногруппников. Никто не заподозрит, верно?

— Я в туалет, — трогаю Котову за локоть дрожащими пальцами. Она молча кивает, не видя в этом ничего необычного. Конечно.

На нетвердых ногах иду по коридору. Сейчас он кажется мне бесконечным. Все эти повороты. Коленки подрагивают, будто я на десятисантиметровых шпильках, а не в кроссовках. Сворачиваю к туалетам, и тут же меня перехватывает крепкая мужская рука. Я даже охнуть не успеваю, как оказываюсь в тесной душной подсобке. Звук подпираемой шваброй двери, щелчок выключателя, загорается тусклый свет. Жадные губы впиваются в мой рот. Крепкие руки подхватывают меня под ягодицы и сажают на какой-то стол.

— Ты зачем свет включил? — шепчу сквозь поцелуй, сдирая с него футболку и уже дергая за ремень.

— Хочу тебя видеть…