Восьмой (СИ) - Бросс Тим

— В номер зайдем? Там поговорим? Что вообще с тобой?

— Алла, я сейчас у себя в номере буду издавать такие звуки и запахи, что мне потом придется тебя убить, чтобы не оставлять свидетелей. Давай через… — Павел сильно сморщился, бурчание стало ещё громче, — вечером, на ужине. Если доживу до него.

Не прощаясь, он скрылся в своем номере, оставив Аллу в недоумении. Что с того, что у него там что-то с животом? Помнится, они когда-то все вместе, втроем отравились во Франции, попробовав какого-то деликатеса. Стесняться тогда не было времени совершенно, просто поклясться друг другу, что постараются забыть тот час, вычеркнуть его из памяти.

Подслушивать, как Павел мается животом, она не стала рисковать, вернулась в свой номер.

В нем всё по-прежнему, незаправленная кровать резанула воспоминаниями о проведенной с Аркадием ночи, тарелки и чашки, оставшиеся от завтрака, напомнили об утре. Вызвала горничную и пока та прибиралась в номере, стояла у окна в коридоре, меланхолически рассматривая пейзаж. Завтра уже домой. Там пока что тоже тепло, лето ещё не ушло, но этой беззаботности, с которой она на этом острове почти сроднилась, уже не будет.

Захотелось пойти, искупаться в океане, когда ещё такая возможность будет? Но вместо этого Алла вернулась в прибранный номер. Избавилась от своего "шпионского" наряда и упала на кровать. После открывшейся правды ей точно нужен был отдых. Хотя бы час дать организму и себе свыкнуться с мыслью, что она снова будет одна.

Аркадий вернулся довольно поздно. Выглядел уставшим и измотанным. Но, увидев Аллу, широко улыбнулся, быстро подошел и заключил её в объятия, шумно выдыхая и потираясь своей щекой об её.

— Как же устал сегодня, пришлось несколько часов помогать всякие ящики переносить, там рабочие сильно накосячили, а Павел никак не мог, отравился чем-то. Прямо Авгиевы конюшни какие-то.

Она почувствовала, что ещё немного и просто поплывет, в кольце его рук было приятно, тепло, надежно. Но память предательски подсунула увиденный его с Ольгой поцелуй. И не было видно там никаких ящиков, которые пришлось таскать несколько часов.

И запах чужого парфюма и духов Ольги, пусть и слабые, но исходящие от него, отбили всякое желание быть рядом с этим человеком.

— Сильно устал? Сходи в душ, скоро уже на ужин выходить.

— В душ? Если только с тобой.

Устоять перед такой улыбкой парня было сложно. Даже пришла мысль — насладиться напоследок, урвать немного, а потом уже окончательно разойтись. Пришла память, как прошлой ночью они стояли в душе, вода стекала по их телам, как был нежен Аркадий, что и мысли не было возмутиться тем, что он ворвался в душ вместе с ней.

Но и пришло понимание — будет только хуже, делить парня с кем-то ещё, понимать, что он мог тратить свою нежность и внимание ещё и на Ольгу…

Алла встряхнула головой, отгоняя наваждение.

— Мы всё успеем вечером, дорогой, — на ухо ему прошептала она. — Мне тут нужно ещё кое-что проверить, собрать. И к ужину подготовиться. У нас полчаса есть всего, успеешь?

— Да, что-то я погорячился, — улыбнулся Аркадий. — Мы с тобой в душе на час бы засели, как минимум. А то и на два.

Он было отправился в двери, но резко повернулся назад, притянул к себе Аллу и впился в её губы поцелуем. От неожиданности она даже повисла в его руках безвольной куклой, а потом, когда парень всё-таки скрылся в ванной, отвернулась и яростно вытерла губы, стирая с них отпечатки губ изменщика.

Собирать ничего не пришлось, её чемодан, сумка Аркадия лежали у двери. Что-либо делать с его вещами, рвать на части, резать, перепачкать в чем-либо, она не стала. Было бы слишком по-детски, наверно. Не к лицу женщине тридцати четырех лет так поступать. Но хотелось, это да.

Проверила билеты ещё раз, паспорта. Вылет завтра, их места рядом, но можно будет с кем-то поменяться.

Пора подготовиться к ужину. Достала последний наряд, длинное черное платье, почти что в пол. Вспомнилось, как ещё до открывшейся правды хотела позволить вечером сорвать его Аркадию. Но теперь уже точно ясно, что ничего подобного она не допустит.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Она причесывалась перед зеркалом, когда к ней подошел Аркадий. Посвежевший после душа, он оделся в свои привычные темно-бордовую рубашку и черные брюки. Глянув в зеркало на свою прическу, он сказал:

— Нам, мужчинам, всё-таки, в этом деле куда проще, — запустив пальцы в волосы, он забрал их назад, чуть взъерошил, пригладил и, посмотрев на результат действий, довольно сказал. — Красавчик! А вот тебя бы отдать в лапы Крота, но он же далеко.

— Крота? — Совсем вылетело из головы, он же говорил о нем в самолете, кажется, в него стреляли, да и недавно, пару дней назад, рассказывал, что он выжил.

— Да, друг у меня есть, прозвище такое. Любит он прически делать, хлебом не корми. Сам испечет и наестся. А ещё готовить любит. Если бы он хотел, мог бы быть шеф-поваром или стилистом. Но не стремится превращать хобби в работу. Кстати, пойду позвоню, узнаю, что там с Кротом. Я буду ждать тебя в ресторане, сильно не опаздывай, хотя, конечно, красивым женщинам это можно. Хотя бы на самолет успей, а?

Аркадий быстро наклонился к ней, поцеловал в шею и стремительно вышел из номера.

— Вот ведь, — подумала она, протирая место поцелуя салфеткой, — гад какой, то с одной, то с другой…

Часть 4

В ресторане снова было немноголюдно, потому заметить Павла с Ольгой, Вячеслава и Аркадия оказалось несложно. Сложнее было подойти к их столу. Ноги будто ватные.

Аркадий заметил её быстро и, оторвавшись от обсуждения чего-то веселого, подошел к ней, беря Аллу под локоть. Это прикосновение ударило током, но вырываться она не стала, не сейчас.

Парень отодвинул ей стул рядом с собой, но Алла решительно села на другой. Теперь она сидела напротив Аркадия, рассматривая его. Ужин подать ещё не успели, пока что у них были бокалы с вином, лишь у Ольги стакан сока. Конечно, в её положении она не скоро сможет позволить себе алкоголь. Кольнула мысль — а если и в ней тоже поселилась новая жизнь?

Отогнав мешавшую в данный момент мысль, её она подумает позже, наверно, уже по возвращении, Алла взяла бокал. Отпила глоток вина, посмотрела в глаза Аркадия и, решив не тянуть, произнесла:

— День сегодня выдался весьма жарким, не правда ли?

Павел, Ольга и Вячеслав только сейчас заметили её появление, синхронно улыбнулись ей.

— Не то слово, — Ольга отпила сока. — Но, кажется, все дела успели закончить сегодня, завтра домой. Предлагаю выпить за это. Но не только за это, я хочу сделать одно заявление…

— Не стоит, — произнесла Алла. — Лучше сначала я. Все вы поверили в сказочку, что у меня вдруг появился парень, с которым я целых несколько месяцев встречаюсь и лучшая подруга, — она глянула на Ольгу, — ни сном ни духом об этом.

Все за столом удивленно посмотрели на Аллу, кроме Аркадия, он же смотрел настороженно.

— Ну и как можно скрывать серьезные отношения столько времени от близких друзей? Причем, практически единственных?! Да просто — никак. Если кто ещё не понял, Аркадия я наняла как актера, чтобы он изобразил такую вот роль, моего парня, почти что жениха. Хотя как вы могли поверить, что мне мог понравиться какой-то там просто курьер, у которого всех достоинств — доставшаяся от деда двадцатилетняя машина, что разваливается на ходу, и который до сих пор живет с родителями? И…

Она хотела что-то продолжить, но Аркадий поставил обратно на стол свой бокал вина, из которого не успел отпить.

— Собственно, — отрешенно произнес он, — можешь не продолжать. Павел, Ольга, простите за этот обман, Алла действительно наняла меня для того, чтобы я сыграл эту роль. В основном она сказала правду, всего богатства на мои двадцать три года машина, которой двадцать два года, да съемная однокомнатная квартира, что старше меня раза в два. Я не думал тогда, соглашаясь на эту авантюру, что всё дойдет до такого, — он обвел взглядом помещение ресторана, поднялся со стула. — Думал, что раза два-три просто разыграть небольшой спектакль. Ещё раз прощу простить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})