Я без тебя не могу (СИ) - Рахманина Елена

Глава 24

До этого вечера я не замечала за собой извращенных наклонностей, потому что, несмотря на болезненные ощущения, я неожиданным образом начала ловить кайф от члена, орудовавшего в неположенном месте, теплой волной пробуждая в теле негу, отличную от той, которую я испытывала при классическом проникновении. Он двигался сначала медленно, пока я пыталась справиться с болью и привыкнуть к нему; правда, много времени на передышку мне не дал, и вскоре движения стали быстрее, резче и глубже.

В комнате витал запах секса, вязкий, пряный, и всякий, кто в неё потом зайдет, наверняка догадается о произошедшем здесь распутстве, а по оставленному мной отпечатку ладони на зеркале, можно будет вычислить, кто именно занимался здесь непотребством.

Слезы, боль и удовольствие вкупе принесли с собой самый яркий в моей жизни оргазм, который оглушил меня и вывел из строя. Я пришла в себя, наверное, только минут через пятнадцать с того момента, как Самгин покинул комнату, порекомендовав напоследок закрыть на защелку дверь. И слава Богу, что меня не застал здесь кто-то третий. Будучи полностью дезориентированной, я не сразу поняла, что лежу на ковре в чужой ванной комнате, прижимаясь щекой к колючему ворсу. Доползла, голая до двери, чтобы действительно ее закрыть, шепча себе под нос тысячи проклятий в адрес Клима.

– Ублюдок! Ненавижу! – беспрерывно причитала я, пытаясь привести себя в божеский вид, но мои попытки были совершенно бестолковыми. По ногам стекала его сперма. Мудак! Этот козел, мало того что поимел меня, так еще и пометил!

Не было сил видеть себя в зеркале, из отражения которого на меня смотрела довольная сытая кошка. Дура! Дура с мазохистскими наклонностями! Иначе ничем нельзя объяснить тот зашкаливающий уровень наслаждения, который я получила, пока он грубо драл мою несчастную задницу.

Нежный шелк платья находился в ужасном состоянии, выдававшем мое непристойное поведение. Когда я натянула его, поняла, что все гораздо хуже, чем предполагала поначалу. Клим, должно быть, так спешил, удовлетворив свои потребности, покинуть ванную, что забыл пиджак. Я накинула его на плечи и немного успокоилась: он скрыл стратегические места, которые могли выдать меня с головой в случае форс-мажора. Ну, или, по крайней мере, шанс дойти до машины и не опозориться имелся.

Я вызывала такси, в надежде, что смогу беспрепятственно покинуть этот дом, понимая, что я слишком задержалась на этаже, на котором меня быть не должно, и на носочках вышла из комнаты, чтобы столкнуться лицом к лицу с Дианой.

Мне довелось видеть эту красивую девушку несколько раз, и только сейчас я смогла распознать на её лице хоть какие-то эмоции. Она сначала долго смотрела в одну точку, но до меня не сразу дошло, что она просто рассматривает накинутый на мои плечи пиджак, и когда она, должно быть, поняла, чей он, её ярость начала набирать обороты. В темноте коридора глаза Дианы так зловеще блестели, что по моей коже пробежали мурашки.

– Если я тебя, тварь, еще раз увижу рядом с Климом, то клянусь, от тебя мокрого места не останется.

Это создание чеканило каждое слово с такой непроглядной черной ненавистью ко мне, что если бы у нее в руках оказался сейчас нож, то на утро меня нашли бы в луже крови с сорока ножевыми ранениями.

– Извини, я не понимаю, о чем ты: между мной и Климом ничего нет, – как можно мягче проговорила я, понимая, что имею дело с неадекватным человеком. Она всегда такая или в принципе психопатка? Даже знать этого не хочу!

Спорить с ней себе дороже, да и что я могу сказать ей после того, как ее жених трахал меня в соседней комнате, а сейчас на мне его пиджак, запах и сперма! Любое слово будет лишь лицемерием и ложью.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Запомни мои слова, сука! Ты еще не знаешь, на что я способна. – Губы Дианы сжимаются в тонкую линию, и она уже не кажется мне прекрасной эльфийкой. На какой-то момент мне действительно становится страшно за свою жизнь.

Диана подхватывает короткий шлейф платья и с горделивой осанкой спускается на первый этаж, не забыв при этом вернуть на лицо маску смиренного благочестия.

В этот вечер мне чертовски не везло: сбежав сначала от Андрея, потом от Дианы, я попала в лапы к самому генералу, который стоял неподалеку от дверей, беседуя с кем-то из уходящих гостей. Угораздило же меня быть в его вкусе! Васильев смерил меня сальным грязным взглядом, и особенно из-за нашей с ним разницы в возрасте, меня передернуло. Я могла бы запросто быть его внучкой.

– Надеюсь, прекрасная Алена, это не последняя наша встреча, – покрывая мои пальцы влажными поцелуями, выразил надежду Васильев, пока я едва сдерживалась, чтобы не одернуть руку.

Эти мужчины: Клим, Андрей, Васильев – действительно свято верят в то, что, если у них есть деньги, они могут купить меня, мое тело, мои чувства и мысли. Да и не только меня, а любую, на которую укажет их перст.

Из меня плохая актриса, моя улыбка, скорее всего, выглядит жалкой, а дрожащие пальцы выдают охватывающие меня чувства, но генерала ничто не способно смутить. Не удивлюсь, если женщин, которых от сношает под «Виагрой», тошнит прямо в процессе акта, а он делает вид, что это одна из форм проявлений оргазма.

Садясь в такси, я понимаю, что согласие на эту авантюру было одной из крупнейших моих ошибок последних лет, и она еще обернется мне боком. Этим вечером все пошло не по плану. Самгин, который сполна выместил на мне всю свою злость, Андрей, пытавшийся украсть у меня то, что я не собиралась ему давать. Диана, с её угрозами и глазами, вызывавшими мороз по коже. Васильев, с его мерзкими приставаниями.

Телефон непрерывно мигал сообщениями и звонками от Андрея, который потерял меня. Неужели он думал, что я захочу вернуться к нему после того, как он применил ко мне силу? Ну да, я же всего лишь скромная журналистка с небольшим окладом и ежемесячным вознаграждением от государства за олимпийское «золото», которая, по его логике, никогда не откажется от богатого поклонника. Сбросила все звонки, проигнорировав сообщения.

Следующим утром на мой телефон пришло эсэмэс о зачислении денежных средств. Сумма в эсэмэске была куда больше, чем мой долг перед Самгиным. Получается, он не только вернул мне мои деньги, но и «подарил» средства, с которыми я могу себе ни в чем не отказывать. Сообщение содержало приписку, всего одно слово, от которого я впала в неистовство: «заработала».

Ненавижу! Ненавижу тебя, Самгин! Козел!

Едва удержалась от желания разбить о стену с силой сжимаемый пальцами сотовый, который и так должен вот-вот раскрошиться. Дрожащими руками попробовала произвести возврат средств, но приложение показывало ограничение на перевод в таком размере. Пришлось тут же направиться в банк, где у меня был открыт счет. Отдаю поручение на перевод денег на счет Клима, по которому я ранее гасила долг. Чувствую, как на лбу от злости появляется испарина, меня всю колотит. Чем дольше у меня его деньги, тем мне паршивее, и я действительно чувствую себя шлюхой. И он это отлично понимает, ведь в этом наверняка заключался его план.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Смотрю с чудаковатой улыбкой на сотрудницу банка и прошу сделать примечание в назначении платежа. Девушка внимательно слушает и поднимает глаза, когда я говорю, что там должно быть написано: «Иди к черту, Самгин».

Удовлетворенная, я вернулась домой, чтобы вновь получить сообщение о зачислении средств. С той же суммой пришло новое сообщение: «Я давно там, хочешь ко мне? :)».

Глава 25