До мурашек... (СИ) - Золотова Яна

— Убирайтесь, немедленно! — воскликнула Алена, не особо заботясь о том, кто перед ней.

Паренек тут же стушевался и боком попятился к двери, а мужчина оглядел девушку с презрительной насмешкой.

— Так вот, что за пигалицу он себе нашел, — хмыкнул он. — Еще и агрессивную…

Алена сжала кулаки, пытаясь удержать себя в руках, хотя от подобных замечаний и такого откровенно брезгливого взгляда накатывали слезы. Позже реветь будет, сейчас главное — защитить Артема!

— Сейчас же покиньте помещение! — жестко, с расстановкой произнесла она, глядя прямо в холодные глаза мужчины. — И не смейте заходить сюда в отсутствие директора!

Тот лишь продолжал ухмыляться, глядя на говорившую сверху вниз. Внезапно недобрая усмешка стала шире, мужчина шагнул вперед, протягивая к Алене руку…

В приемной раздался телефонный звонок, заставив обоих замереть на месте. Жанна Витальевна подняла трубку, молча выслушала короткую фразу — и снова положила на рычаг.

— Юрий Альбертович, вам пора, — сдержанно доложила секретарь, и мужчина моментально потерял к Алене всяческий интерес.

Он спокойно прошествовал мимо нее к выходу и скрылся в коридоре.

А Алена тут же кинулась к компьютеру, начала проверять установленные сегодня программы, пытаясь отыскать незнакомые. Она не настолько хорошо разбиралась в технике, чтобы запросто выявить вирус или программу-шпион, но заметить странные процессы в диспетчере задач было в ее силах.

— Алена? Что ты делаешь? — вернувшийся в кабинет Артем Николаевич, немного бледный, с объемными папками в руках, выглядел крайне удивленным.

Девушка вскинула голову и тут заметила, что приемная пуста.

— А где Жанна Витальевна?

— Не знаю, вышла куда-то, — Артем Николаевич положил документы на стол, подошел к компьютеру. — Что там?

— Я пришла к Жанне Витальевне, она сказала, что тебя нет, кабинет был закрыт, — эмоционально начала рассказывать Алена. — И вдруг там что-то грюкнуло! Я забежала внутрь и увидела, как двое копаются в твоем компьютере!

— Ну да, у директора его не было, я попросить установить, — пожал плечами Артем Николаевич.

Алена досадливо нахмурилась. Ей показалось, что с ним что-то не то, чувствовалась некоторая отстраненность. Но сейчас для нее важнее было донести свои опасения.

— Один точно был посторонним! — настаивала она. — Юрий Альбертович, кажется так. Для него установили следящую программу. А перед тем, как ты пришел, кто-то позвонил и предупредил!

— Юрий Альбертович? Вилентьев? — Артем Николаевич потер лоб. — Да, он мой главный конкурент. Но не из тех, кто делает что-то лично…

— Он мог прийти по другому вопросу — и случайно наткнуться на айтишника, — пыл Алены понемногу спадал, ей становилось обидно, что приходится убеждать собственного парня. Раньше он верил ей безо всяких объяснений.

— Вилентьев — прийти ко мне? — Артем Николаевич нахмурился, присел на край стола. Смутная, ноющая боль тяжестью разливалась у него в затылке. — Нет. К тому же, он явился, когда меня не было — и ушел, как я понял, по звонку из канцелярии. Или собирался порыться в кабинете…

Артем Николаевич внезапно вспомнил. Кинулся к своему портфелю с бумагами, оставленному в шкафу, вывернул все документы на стол, спешно начал перебирать папки. Заветного личного дела, таким трудом ему доставшегося, среди них не было. Вилентьев его унес.

— Что случилось? — спросила пристально наблюдавшая за ним Алена.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Он рылся в моих вещах и забрал важные документы, — скорее устало, чем зло, отозвался Артем Николаевич. — Я знал, что Жанне Витальевне нельзя доверять, но не думал, что она дойдет до такого… Тогда слежка вполне возможна. Подожди, я вызову специалиста.

Артем Николаевич достал мобильный, набрал номер и попросил Анюту подойти к нему в кабинет. Это был единственный человек в компании (кроме Алены), которому он мог полностью доверять.

— Ты сказала, что пришла именно к Жанне Николаевне, — напомнил он, пряча телефон. — Зачем?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Алена чуть замялась. Нет, она не собиралась ничего скрывать… почти. Даже после того, как возникло столько вопросов об отношении к ней самого Артема.

— Я узнала, что она моя бабушка, — тихо ответила девушка, — хотела расспросить про маму, отца… Не успела.

Артем Николаевич опустил взгляд, но усилием воли заставил себя вновь посмотреть в глаза Алене. Это было тяжело, но наступил тот самый момент, когда следовало все рассказать — или молчать до конца.

— Я узнал это вчера, — медленно произнес мужчина. — Узнал многое. Про свою маму и директора. Про… — каждое слово падало камнем, но он уже не мог остановиться. — Про твою маму и моего отца. Я видел фотографию, где они держатся за руки. — Глаза изумленно молчавшей Алены становились все шире. — Я думаю, что именно так все и было — муж моей мамы стал отцом тебе. И я мог опасаться… я должен был сказать тебе вчера! Но я слишком хотел верить в то, что я сын директора. Потому что только так мы могли быть вместе. А сегодня я прочитал в его личном деле, что это никак невозможно. Его просто не было в стране в тот момент, как мама забеременела. Понимаешь?

Алена быстро заморгала, но только это ей не помогло. Наполнившие глаза слезы влажными дорожками прочертили след по щекам. Девушка прикусила задрожавшую губу и отрывисто кивнула.

— Мы… мы брат и сестра, — выдавил Артем Николаевич последнюю фразу, и в кабинете повисла гнетущая тишина.

— Кажется, я опять услышала лишнее, — досадливо, но четко пробормотала застывшая в дверях Анюта.

29. ​​​​​​​В самое сердце

— Старая подруга? — с внезапной горечью в голосе спросила Алена, кивнув в сторону Ани. Сейчас ее появление отвлекло от новых слез. Алена сразу узнала ту девушку, что дала ей совет в дамской комнате — но не потому, что хотела помочь, а потому что оказывала услугу новому директору. Или давнему любовнику? — Позвони, когда разберешься со своей тайной рабочей жизнью. Если в ней для меня останется место.

Она твердым шагом покинула кабинет, прошла мимо застывшей в дверях сотрудницы, будто ее и вовсе там не было.

Артем Николаевич в первый момент опешил от таких слов, он не ожидал услышать ничего подобного от Алены, и уж совсем не понимал, что послужило причиной. А, когда пришел в себя, бросился следом, вот только Анюта остановила его, крепко схватив за локоть.

— Ей нужно время успокоиться и все обдумать, — неожиданно произнесла она. — И, наверное, нужны четкие ответы. У вас они есть?

Артем Николаевич давно не слушал чужих советов относительно своих отношений. И прекрасно знал, что девушкам лучше не позволять долго все «обдумывать», а иначе они такого надумают, что «туши свет, кидай гранату». Но на счет ответов Анюта оказалась совершенно права — пустые разговоры, заверения в любви, попытки успокоить вряд ли сейчас помогут. Алена ясно сказала, чего она ждет.

— Проверь компьютер на следящие программы, пожалуйста, — незаметно вздохнув, попросил он.

Анюта тут же заняла директорское кресло, взяла в руки мышку, принялась что-то выискивать на экране. Очень скоро она действительно обнаружила сторонний процесс, который стоял в автозапуске.

— Как-то все слишком просто, это даже не вирус, — поморщилась Анюта. — А почему вы вызвали меня, а не айтишников или программистов?

— Потому что один из айтишников мне это и установил. По просьбе Вилентьева, скорее всего.

— По приказу, — поправила девушка. — Там хорошие ребята работают, они бы не стали… разве что новенького кого-то запугал — и все равно сделано так, чтобы вы быстро все нашли. Я говорила, что Вилентьев опасен.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Все это начинает походить на войну, — невесело усмехнулся Артем Николаевич, — а ты моя верная Анка-пулеметчица.

Анюта только головой покачала. Уж если начальник начинает так бездарно шутить, значит, на сердце у него совсем паршиво.