Наше вам с кисточкой, босс (СИ) - Броницкая Илона

— Не, я под домашним арестом, — улыбнулась Анюта. — Рассказала маме про своё интересное положение. Она теперь боится, что мне взбредет в голову аборт сделать. Надолго уходить опасно для её здоровья. 

— А папа как отреагировал? 

— Сказал, что всегда хотел второго ребенка, а так как я не помню имени своего героя-любовника, отчество будем давать от дедушки. 

Я рассмеялась. Дядя Боря был в своём репертуаре. Удивительно, как не заявил, что в принципе всё правильно. "Поматросила и бросила. Самое ценное получила и сбежала. Паренек сейчас с ног сбился, ищет тебя по всей Москве. А ты у меня зага-а-адка". 

— Тогда передавай привет родителям. Я на следующих выходных заеду поболтать. 

— Обязательно, — закивала Анюта. — Мама будет рада тебя видеть. 

Мы обнялись и расстались у входа в метро.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​

‌‌‍Глава 20. Мама, Тоша, я — счастливая семья

До вечера среды время будто поставили на перемотку. Я нервничала из-за ожидания онлайн-консультации и видела, как себя изводит мама. Она ничего не ела, ночами ходила по квартире, а ранним утром начинала греметь посудой на кухне, стараясь себя хоть чем-то занять. С одной стороны, мне до слёз жалко её было, а с другой, я радовалась, потому что ей не всё равно. На самом деле мама хотела чудесного спасения, просто боялась ложной надежды. Со страхом мы могли бы справиться. 

Но пришлось подключить тяжёлую артиллерию. Я позвонила дяде Тоше и попросила приехать с тем волшебным тирамису. 

— Возможно, есть шанс, но мама может заупрямиться, — прошептала я в трубку. И Антон Павлович даже не стал ни о чем спрашивать. Сказал, что приедет к семи часам, даже если придется вызвать кортеж с мигалками или вертолет. 

Не обманул. Мама едва успела уединиться в зале, как в дверь постучали. Дядя Тоша опоздал ровно на пять минут. 

— Проходите, — я вытащила для него пару домашних тапочек. Мама попросила купить их на следующий же день после примирения с братом. — Она уже на консультации. 

— Прекрасно. Если начнёт ругаться в голос, мы услышим и успеем принять меры. А пока ставь чайник. Я взял для нас ещё и карбонару в итальянском кафе. Знаю, тебе кусок в горло не лезет, но нужно поужинать.  

Так вот почему "вертолет" задержали. Дядя позаботился не только о десерте. Что ж, поесть действительно не мешало бы. Я даже на обед с Пашей не пошла, сославшись на завал по работе. Не хотелось отвечать на кучу его вопросов, слушать последние сплетни. Не то настроение. 

Я зажгла конфорку под чайником и наскоро накрыла на стол. Руки подрагивали, так что я боялась что-нибудь разбить. Хлеб резала с таким остервенением, будто болезнь мамы пыталась раскромсать ножом. 

— Вы садитесь, — предложила я Антону Павловичу. — Я почти закончила. 

Задумалась, стоит ли греть пасту в микроволновке, но она была ещё тёплая, так что просто переложила блюдо в тарелки. Тирамису убрала в холодильник.

— Спасибо, — дядя устроился на табуретке. Его дорогущий костюм и золотые часы среди нашей почти-нищеты выглядели нелепо. Но он не обращал на диссонанс никакого внимания. — А что хоть за врач? Нормальный? Я обзванивал столичные клиника, сразу как узнал диагноз Дарьи. Мне там хором отвечали, что нужную нам операцию никто не делает. 

— Молчанов сейчас работает в Красноярске, — ответила я и села напротив. — Долгая история. Так получилось, что я пишу портрет для матери Давыдова. А она врач со специализацией по нашей проблеме. Елена Станиславовна ручалась за Игоря Молчанова. Он её ученик. Много лет работал в Москве. 

— Давыдова? — переспросил дядя и нахмурился. — Директора “Арт-Строя”?

— Да, Сергей Геннадьевич попросил её посмотреть мамину карту. Она подтвердила, что есть шансы, и договорилась о консультации. 

— Интересно, — дядя хмыкнул и слишком уж сосредоточенно начал накручивать пасту на вилку. — Даже спрашивать не буду, когда вы успели так хорошо подружиться, хоть любопытство и распирает. Или спросить? Алина, ситуация щекотливая. Сергей фактически мой подчинённый. Не он первый, не он последний, кто карьеру делает через юных родственниц высокого начальства. 

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я выпрямила спину и сцепила пальцы в замок. Так об отношениях с Серёжей никогда не думала. Вообще не вспоминала о положении дяди, когда общалась с Давыдовым. Неприятно заворочалось что-то в душе. И знакомство с мамой показалось нарочито случайным. В первый же рабочий день она мне написала. "Ой, я давно слежу за вашим творчеством. Напишите мне портрет!" А у самой сын — талантливый художник.

— Просто совпадение, — неуверенно ответила я. — Не думаю, что он хотел затащить меня в постель, вылечив маму. слишком цинично звучит.

— Ты молода и невинна, — покачал головой Антон Павлович. — Не знаешь, на что способны по-настоящему алчные люди. Сергей Геннадьевич случайно не признался тебе, что когда-то владел солидной частью “Арт-строя”? Думаю, что нет. Мой холдинг нашёл архитектурно-строительное бюро с жёсткими финансовыми проблемами, но хорошей командой специалистов. Бизнес принадлежал Давыдову. И он двигался к банкротству, потому что художники хорошо умеют рисовать, но продавать свою работу так и не научились. Люди искусства, все думы о высоком. Я нашёл партнёров, мы вложили деньги, а Сергея поставили управленцем, потому что он ну очень не хотел расставаться со своим детищем. И тут ты появилась на горизонте. Реванша захотел? Похоже на то.      

— Он не мог, — я прикусила губу, чтобы не расплакаться. 

Даже мысленно фраза звучала глупо. "Мой Серёжа не такой!" Главный аргумент влюбленных дурочек. 

— Мог, Алина, мог, — вздохнул владелец крупного строительного холдинга. — Сергею прекрасно известно, что я в разводе и без детей. Так что после смерти Дарьи единственной наследницей состояния Меркуловых станешь ты. И в том числе получишь долю в “Арт-Строе”. Неплохой ход, признаю. Никаких дополнительных вложений не нужно. Р-р-раз, и Давыдов снова на коне.   

Девушка с приданым. Наследница огромного состояния. Квартира в центре, загородный дом не хуже особняка Давыдовых, автомобили, акции в разных фирмах. Вот что нужно было Сергею? 

— Я буду осторожной, — пообещала я. — Но отказываться от его помощи из-за подозрений будет неправильно. 

— Само собой, — не стал спорить дядя. — Но я теперь глаз с него не спущу. Если всё делал исключительно из корыстных побуждений — вылетит с поста директора, как пробка из бутылки. Кстати об алкоголе. Я в курсе, что у вас корпоратив намечается. Будет лучше, если ты на него не пойдёшь. Повод железный — мама больна. А вообще подумай, может, тебе уволиться? Деньги на операцию есть, не обязательно и дальше по восемь часов в офисе присутствовать.    

— Нет, — ответила я. — Корпоратив я заслужила. Много работала, чтобы закрыть проект Царедворского вовремя. И увольняться пока не стану. Мне не особенно нравится быть дизайнером, но я обещала маме, что заработаю на поездку в Париж. 

— Алина, — Антон Павлович закатил глаза. — Я оплачу вам поездку, это вообще не проблема.  

— Это проблема. Я обещала именно заработать, а не взять у вас. Когда обратилась к за помощью, сразу предупредила, что ваши деньги нам не нужны. 

— Ладно, всё, — дёрнулся дядя. — Характером в мать пошла, вижу. Закрыли пока тему. Ждём, что скажет красноярский светила. А то, может быть, в Париж придётся лететь прямо сейчас. Жизнь слишком коротка, чтобы ругаться.  

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

 ‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 21. Корпоратив “Арт-Строя”

Для корпоратива сняли банкетный зал одной из столичных гостиниц. Специалисты ивент-агентства украсили холл воздушными шарами и просто тонной новогоднего дождя. Серебристые нити свисали с потолка, колыхаясь от малейшего дуновения. А двери только успевали открываться и закрываться. Нарядные дизайнеры, стильные архитекторы и пафосные руководители отделов прибывали точно к сроку. Давыдов стоял рядом с логотипом “Арт-строя”, заботливо вырезанным из куска фанеры.