Дань для Хана (СИ) - Ермакова Александра Сергеевна "ermas"

— Мне нужно уйти, — вставая с постели, буркнул Слава, пока я делала за него домашку. Именно так. Я делала, а он — пытался меня развести на хотя бы оральный секс, да только я думала о другом. Дико соскучилась по учёбе, общению. Меня это отвлекало от мыслей о Хане, отце, сестре… И я была благодарна Славке за компанию: за то, что давал отсидеться, но это не значило, что готова заглотить его член.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ага, — отстранённо кивнула, лежа на постели и окопавшись в учениках и тетрадях. — Денег оставить, пожалуйста, вдруг мне выйти будет нужно, или заказать еды.

— Никаких стриптизёров, — дурашливо пригрозил Славка, бросив на компьютерный стол у стены несколько купюр. — Я тебе сам станцую, — шмякнул по моему заду.

— Ау, — проглотила шипение от неприятного чувства на и без того отбитой попе.

— Прости, забыл, — опять хмыкнул друг. — Если что, могу помочь… намазать.

— Станцевать, намазать, — бормотала в своих мыслях, где усердно искала решение сложного уравнения. — Замётано, — опять кивнула, без желания посмеяться. Слава всегда шутил так однобоко. Видать, допекла я его, вот и не знал, как ещё дать понять, что подыхал без секса со мной. — Но потом… ближе к старости.

— Пиз*ц, — досадливо буркнул Слава. — С такой как ты руки до мозолей стереть можно.

— Не тупи, — бурчала, всё так же озадачено. — Всегда есть другие.

— Другие, — глухо вторил Славка. Помялся секунду: — Лан, я по делам, а заодно для тебя квартиру гляну.

— Ага, — уже полностью в задаче.

Как ушёл, не заметила, но только дописала последний пример, соскочила с постели.

Взяла телефон, прислушиваясь к тишине. Нет ли Славы дома, и когда звуков не услышала, набрала отца. Я специально выжидала момента «наедине», ну и духу набиралась.

— Ты как и где? Стой, — сам себя же оборвал папа. — Не говори. Тогда и мне лгать не придётся, — тепло прозвучал голос любимого родителя.

— Всё хорошо, — отозвалась. Я так много хотела сказать, но услышав отца, напрочь забыла, что, и слов уже не находила. Жевала губы и расстраивалась, как маленькая девочка, которой очень нужен любимый папочка, до сего времени решавший все вопросы и никому не позволявший обижать.

До сего… А потом пришёл грозный дядька и разрушил наш мир!

Нет, папа не стал в моих глазах слабее или тщедушней. Я всё равно его любила. Может, не совсем понимала, но была обязана делать вид, что всё отлично… Тем более, он не хотел бессмысленной войны и крови, а её бы было больше, завяжи мы перестрелку или попытайся нападать на Хана в отместку.

— Зря ты сбежала, — так и думала, что он это скажет.

— Пап, ты о чём? Он монстр, забравший твоих дочерей, — ворчливо буркнула.

— Если бы вас попробовал взять кто-то другой, я бы этого не позволил и решил вопрос ещё у нас дома, но Хан не из тех, кто… — запнулся. — Он не даст вас в обиду, как бы не утверждал обратного. Живёт по понятиям. Он не насильник детей.

— Да конечно, — фыркнула и опять губу закусил.

— Он тебя тронул? — тотчас насторожился отец. В голосе отца прорезалось волнение.

— Нет, пап, прости, — забормотала, — это я просто так воспринимаю в штыки любое позитивное упоминание о нём, а так… — теперь я злилась, — да, вроде он ничего. Но всё равно я устала!

— Устала, — задумчиво пробормотал папа. — Дань, ты… повела себя неправильно, прочем, как обычно, когда бьёшь копытом и крушишь всё вокруг и без раздумий.

— Зачем ты так говоришь? — кольнула обида.

— Потому что я тебе позволял и прощал многое. Но теперь не та ситуация, и ты не в том возрасте, чтобы вести себя как избалованная девчонка, не отвечающая за свои поступки. Прежде чем что-то сделать, ты обязана взвешивать решения.

— Я взвесила! И не могла больше там находиться! — отчеканила недовольно.

— А последствия, Дань? — устало обронил папа. — Твоя сестра до сих пор у Хана. У меня осталось пару дней и я… так же под колпаком. Ты — моё обязательство, как бы гадко это не прозвучало. А ты… своим побегом его нарушила. Дань, ты не подумала, что он мог воспринять твой побег как предательство?

Душу затопило неприятное чувство собственной подлости.

— Он… тебе угрожал? — мой голос едва слышно прозвучал. Почему-то было нестерпимо страшно услышать подтверждение.

— Просто не забывай, что ты не одна, и от действий каждого из нас зависит судьба другого. Мы — семья…

— Хочешь сказать, что мне нужно к нему вернуться? — последнее шептала, потому что горло сдавило невидимыми щупальцами. Сердце мощными ударами отбивало негодующий ритм.



Глава 30

POV Даниила/Дань

— Я не вправе тебя заставлять вернуться, хотя считаю, что крыша Хана надежней, чем отсидка незнамо где.

— Мне там плохо, — почти проскулила.

— Ты что-то недоговариваешь? — папа шумно выдохнул. — Всё-таки обидел? Или кто-то из его псов?

Как отцу объяснить, что я там себя теряла? Что обиженная женщина во мне слезами уже умылась от того, что с ней морально делал мужчина, обещающий отдать другим? Как признаться, что меня лихорадило рядом с ним, что я тупела безвозвратно… что-то из-за этого и сбежала!

— Нет, я же сказала, но мне… тяжело с ним. Он…

— Маленькая моя, — с облегчением зачастил папа, — если ты уверена в том месте, где сейчас и в людях, кто тебе помогает, чёрт с ним, с обязательством, молю, не высовывайся, пока дела не уладятся.

— А домой… тайком нельзя? — как маленькая девочка уточнила, готовая на любые неудобства, главное быть рядом с любимым родителем.

— Ни в коем случае! Домой не приходи!

— Почему? — крик души.

— По-твоему, как Хан смог вот так просто проникнуть к нам домой?

Я замерла, глупо сморгнув, ведь и правда об этом не думала.

— Да, милая, — повисшее молчание тяжким вздохом нарушил папа, — кто-то из наших. И боюсь, моё дело разваливается… Крыса слишком близко ко мне подобралась…

— И ты знаешь кто? — из меня словно выбили воздух.

На заднем плане раздались голоса.

— Детка, сейчас не время. У меня встреча…

— Пап, — горло сдавило спазмом, — ты что, решил на себя ловить?..

— Маленькая моя… — сбивчиво пробормотал папа. И опять голоса: один знакомый… женский, — всё будет хорошо…

— Почему ты так говоришь, будто готовишься умереть и меня настраиваешь…

— Дань, пора взрослеть! Жизнь — штука непредсказуемая, — перебил непререкаемым тоном отец. — Особенно у таких, как мы.

— Пап, — на выдохе не то всхлипнула, не то пискнула, — ты ещё на моей свадьбе гулять должен. Внуков…

— Кирилл, — во теперь голос любовницы отца резанул слух.

— Тебе чего? — мимо трубки кинул папа.

— Поговорить…

— Толстого «Войну и мир» на досуге почитай.

— Что? — сморгнула непонимающе, это мне или кому…

— Классика, полезно… Там завещание. Пока! — Но прежде чем в трубке раздались губки, услышала:

— Ты что, меня оставишь ни с чем?.. — визжала Маргарита. — Я лучше годы своей жизни на тебя потратила…

Чёрт! Почему-то сердце заполошно билось и волнение горло по-прежнему сжимало. Я несколько минут сидела и смотрела в никуда, а потом набрала подругу. Одну, вторую… они визжали от счастья, задыхаясь, рассказывали сплетни и о всякой херне. Так что день провела бестолково.

Но зато успела записать кучу домашки в новые тетради, и только вернулся Славка, ему вручила со словами:

— Преподам на стол тайком положи, чтобы не запалили, кто именно принёс.

— Тебе делать нечего? — с недоумение покрутил тетрадки Лаврентьев.

— И это тоже, но главное — мне нельзя успеваемость ухудшать.

— А что будешь делать с экзаменами? Они в следующем месяце начинаются.

— Что-нибудь придумаю, — дёрнула плечом. — А что насчёт квартиры?

Слава демонстративно ключами качнул перед моим носом: