Джоан Хол - Настойчивый мужчина

Понимая, что необходимо выбрать либо дочь, либо любовника, Лора нанесла ответный удар.

— Другой путь есть, — сказала она. — Мы можем больше с тобой не встречаться. Тогда ничего не надо будет говорить.

Хэнк застыл от неожиданности, и в глазах его начал разгораться огонь.

— Не встречаться со мной? — спросил он подозрительно мягким тоном и быстрыми шагами подошел к ней. — Черта с два! — внезапно прорычал он, бросаясь на нее и подминая под себя.

Лора сопротивлялась, но без малейших шансов на успех, бороться против Хэнка — словно бороться против каждой клеточки своего тела. Его пылкий рот, его нетерпеливые руки — все ясно говорило о его намерении. Через несколько минут его возбуждение передалось и ей. Сгорая от желания, она с готовностью обвила ногами его бедра и громко вскрикнула — так глубоко он проник в нее.

Все закончилось очень быстро. Хэнк не щадил ее, да Лора и не хотела этого. Склонившись над ней, он пристально смотрел в ее потемневшие от страсти глаза.

— А теперь, — начал он, тяжело дыша, — скажи, что можешь со мной больше не встречаться.

Лора закрыла глаза, она проиграла.

— Не могу.

Хэнк облегченно вздохнул и расслабился. Потом нежно прикоснулся к ее губам.

— Не думай, я понимаю, что ты чувствуешь, — тихо и озабоченно проговорил он, а его губы почти касались ее губ. — Но важнее всего и для Меган, и для нас — это быть честными.

— Я скажу. — С полными слез глазами Лора глядела на успокоенное лицо Хэнка. — Но, пожалуйста, не дави на меня. Дай мне сделать это по-своему, в подходящее время. — Она прикрыла его рот ладонью, ей показалось, что Хэнк хочет возразить. — Прошу, позволь мне сделать это по-своему. Я не могу выпалить просто так, надо найти подходящее место и время.

— А пока, если мы хотим быть вместе, придется держать все в тайне? — спросил он устало.

Лора кусала губу, но твердо стояла на своем.

— Да.

Хэнк вздохнул.

— Хорошо. Я не буду давить на тебя. Но, пожалуйста, поскорее найди это время и место, потому что для меня невыносимо чувствовать себя трусом.

— Мама! Эй! Твой черед!

Лора смущенно окинула всех взглядом.

— Что?

Брук бросила на мужа и на сестру взгляд, который как будто говорил: «Ой, помогите, ой, спасите меня».

— Ты что, спишь? — удивилась она. — Твой черед.

Избегая любопытных взглядов, Лора принялась рассматривать свои карты.

— Пожалуйста, дайте подумать.

— Может, она и вправду заснула, — заметила Меган и усмехнулась, когда Лора внимательно на нее посмотрела. — Знаете, вчера вечером ее не было в городе, — сообщила она остальным и загадочно пошевелила бровями. — Мама сказала, что встречается с клиентом, но вполне возможно, что у нее было свидание с каким-нибудь первоклассным парнем, который не давал ей спать всю ночь.

— Меган! — в ужасе воскликнула Лора, потому что шутка была слишком близка к правде.

— Ну, конечно, посмотрите, как она покраснела, — засмеялась Брук. — Мама, признайся. У тебя появился зажигательный мужчина?

Чувствуя, что попала в западню, Лора помедлила, подбирая ответ. Но тут зять пожалел ее и пришел на помощь.

— Ладно, девочки, оставьте в покое свою мать. Он обвел сердитым взглядом обеих. — Если у Лоры есть мужчина, то это не ваше дело.

— Ну, прошу меня извинить, мистер Тобиас! — возмущенно сказала Брук.

— А я позволю себе не согласиться, — пискнула Меган. — Видишь ли, она наша мать.

— И у нас есть право… — начала Брук.

— Хватит! — грубо оборвал ее Дон. — У вас есть право заниматься своими делами. Ваша мать не обязана давать вам отчет… ни в чем.

Он говорил почти теми же словами, что и Хэнк, это было приятно, однако Лора не радовалась, она чувствовала одну только усталость. Положив карты, она отодвинула стул и сказала:

— Я еду домой.

— Что?!

— Мы же еще не закончили!

Лора улыбнулась и ответила сразу обеим:

— Я сказала, что еду домой. Я больше не хочу.

— Мама! — одновременно воскликнули Меган и Брук.

— Меня здесь нет, — уже от парадной двери выкрикнула Лора любимое выражение Меган, будто передразнивая ее. Последнее, что она услышала, закрывая за собой дверь, — это хохот, которым разразился ее зять.

Пока Лора шла к своей машине, она все время улыбалась. Но, вставляя ключ в замок, спохватилась: как же Меган доберется домой? Вздохнув, она вынула ключ и повернулась, чтобы идти назад, за дочерью. Однако не успела сделать и шага, как до нее донесся голос Дона:

— Не беспокойся о Меган, я ее довезу.

Тихо крикнув в ответ «спасибо», Лора села в машину и выехала с аллеи.

Тревожные мысли сопровождали ее всю обратную дорогу. Надо как можно скорее сказать Меган о Хэнке или порвать с ним, теперь она понимала это. Она отсутствовала дома только одну ночь и уже вызвала массу подозрений. Что же будет, если она продолжит встречаться с Хэнком? Ведь он не оставит ее в покое, он уже доказал ей это самым выразительным способом.

Но как сказать Меган? Лору передернуло. Это ужасно — отбивать жениха у собственной дочери! Меган очень сильно влюблена, раз пригласила Хэнка домой. И если узнает, что я воспользовалась этим, никогда мне этого не простит, ее сердце будет разбито.

Как я угодила в такое положение? — спрашивала она себя, автоматически сворачивая к своему дому. Я только позволила дочке пригласить ее начальника на домашний обед. Кто же думал, что я сама попаду в сети любви?

Голова шла кругом. Лора вцепилась в руль, словно пыталась удержать ускользающую реальность.

Любовь? Кто сказал про любовь? О ней не было сказано ни слова. Невозможно влюбиться за пару дней. Или возможно? Но главное — я не хочу влюбляться. У меня нет времени на это.

Любовь? То, что она чувствовала, было несбыточной мечтой, а не любовью. Несбыточной мечтой, запоздалым пробуждением чувственности и желанием удержать уходящую молодость. Она не могла влюбиться. Любовь — это для таких, как Меган, Брук и Дон, а не для вдовы тридцати девяти лет.

Любовь? Лора засмеялась. Затем всхлипнула и поперхнулась. О Боже! Если Хэнк только заподозрит, что у меня такие мысли, больше не придется беспокоиться и рассказывать о нем Меган, потому что он сразу уйдет.

— Я и не собираюсь влюбляться, — громко, убедительно произнесла Лора, сидя в машине.

Поздно! — прозвучал у нее в голове ответ.

Проклятье, с горечью подумала Лора. Переходный период всегда труден — и для детей, и для их матерей.

— Черт с ней! — Хэнк сделал большой глоток холодного пива.

— Чтоб они все сдохли! — грубовато дополнил мужчина, сидевший напротив Хэнка за стеклянным кухонным столом, и приподнял банку.

— Люк! — Хэнк резко оборвал его. — Ты забыл, что твоя дочь — женщина?