Лоретта Форестер - Я узнал тебя

— Каких перспектив? — Кэрон помимо воли заинтересовалась.

— Я имею в виду финансовую поддержку. — Он состроил жалобную мину. — Признаюсь, дела у меня сейчас не очень-то, но меньше всего я думал о том, чтобы просить у него денег.

Кэрон поколебалась, прежде чем задать следующий вопрос:

— Так ты не испытываешь ни малейшей обиды из-за того, что Аверилл упомянул в завещании только Барта?

Джилл расхохотался.

— Ну, если быть до конца откровенным, я был слегка уязвлен. В конце концов, здесь хватило бы на всех. То есть, — поспешил он поправиться, — я вовсе не претендую на твою часть имущества, ты имеешь на него все права.

— Благодарю, — в ее голосе прозвучала еле заметная ирония. — А ты бывал раньше в Сильверстоуне?

— Меня никогда не приглашали. — Джилл удобно растянулся в глубоком кресле, восхищенно осматривая интерьер комнаты. — Дядя Аверилл не старался поддерживать связь с родными. Ты ведь знаешь, они с моим отцом не были близки. Отца тоже в свое время обделили.

— Но ведь не полностью?

— Почти. Аверилл наследовал основной капитал. Отцу досталась лишь единовременная сумма.

— А разве он не мог добиться более справедливого раздела имущества в судебном порядке? — поинтересовалась Кэрон.

— Он для этого был слишком гордым. Да и фамильная традиция на стороне старшего сына. Так было и будет всегда.

Ну, нет, она этого не допустит, поклялась себе Кэрон. Ее дети будут во всем равны, неважно, мужского или женского пола.

Женщина заставила себя вернуться к реальности. Пока у нее нет ни одного ребенка!

Джилл задумчиво разглядывал ее.

— Ты совсем не такая, какой я тебя представлял, — искренне признался он. — Я думал, ты из тех, на которых засматриваются только старики.

— Аверилл вовсе не был стариком, — в сотый раз принялась доказывать Кэрон. — Хотела бы я знать, будешь ли ты в шестьдесят лет выглядеть так, как он.

Гость ухмыльнулся без малейшего раскаяния.

— Мне бы дожить до шестидесяти. Но, что касается тебя, ты еще достаточно молода, чтобы начать все сначала. И все внешние данные у тебя для этого тоже имеются. Если бы ты не подумала, что мне нужны твои деньги, я бы прямо на этом месте предложил тебе руку и сердце.

Ну, как можно на такого сердиться? Кэрон не смогла удержать улыбку. После всего, что ей пришлось пережить сегодня с Бартом, эта шутливая беседа воспринималась как отдых.

— Если бы я не склонна была думать именно так, я бы даже поразмыслила над твоим предложением, — ответила Кэрон, оборачиваясь на скрип открывающейся двери. — А вот и чай.

Свеженькая, хорошенькая, в черно-белой униформе, Молли с любопытством изучала гостя, который, в свою очередь, с откровенным интересом разглядывал ее.

— Не дурна, — отметил Джилл, когда она вышла, не позаботившись даже подождать, пока за прислугой закроется дверь. — Мне у вас нравится. Все приказания исполняются по первому слову. Чего еще желать? — Он взял из рук Кэрон чашку. — Барт не говорил, как он собирается распорядиться своим временем теперь, когда у него есть возможность выбирать? Полагаю, после того, что брату пришлось пережить, ему захочется немного передохнуть. — Заметив, как изменилось выражение лица Кэрон, гость пристально взглянул на нее. — Ты ведь в курсе его странствий в пустыне?

— Нет, — призналась молодая женщина. — Он не любит говорить о своей работе.

— Ну и скрытен же мой братец! Его захватили в плен мятежники и держали в заложниках около восьми месяцев. Очевидно, условия там были не сахар, и ему пришлось нелегко. Сам я тоже всех деталей не знаю, только то, что удалось вытянуть у матери. Ты, должно быть, заметила, что они очень близки.

Кэрон молчала, переваривая услышанное. Лишь через несколько минут она смогла снова задавать вопросы.

— Как же его отпустили? За него заплатили выкуп?

Джилл покачал головой.

— Похоже, ему удалось сбежать. Он прошел километров семьдесят с единственной флягой воды. В такую жару это, наверное, был просто ад. Да, его мужеством нельзя не восхищаться. И он уже не в первый раз попадает в передряги. Года два назад чудом избежал засады в Южной Африке. Честно признаюсь — я на такое не способен. Никакие первые полосы в газетах того не стоят.

— Барт, должно быть, думал иначе. Кэрон пыталась совладать с охватившим ее чувством стыда. Барт пережил такое, а она ведет себя с ним, как… как… Если бы знать раньше!

— Да, похоже на то. Ну, прямо-таки львиное сердце! — Непонятно, чего в голосе Джилла было больше — восторга или иронии. — Но со стороны Барта глупо было бы продолжать в том же духе, особенно теперь, когда он больше не нуждается в средствах. Когда-нибудь везение кончится.

Ничего себе везение! — подумала Кэрон. Восемь месяцев постоянного кошмара и это даже со слов Джилла. А каково было там Барту — не знать, когда его освободят, да и освободят ли вообще, переносить издевательства, быть в двух шагах от смерти! Такие испытания сломали бы слабого человека. Барт выдержал — и духовно, и физически. Это многое говорит о его характере. Грех ненавидеть такого человека. Впрочем, разве она ненавидела Барта? Не его вина, что он не испытывает к ней ответных чувств. Разве не достаточно того, что он ее хочет, а это, несомненно. Их брак еще может удастся, если постараться. Ребенок поможет. Мужчины ведь всегда гордятся свидетельством своей мужской силы.

— Ты меня слышишь? — с любопытством спросил Джилл. — Похоже, ты сделала какое-то потрясающее открытие.

Кэрон выдавила улыбку, небрежно махнув рукой.

— Просто вспомнила, что у меня остались кое-какие дела. Еще чаю или показать твою комнату?

— Первое — нет, второе — да, — ответил гость. — Я бы также не отказался принять душ и переодеться. — Он поднялся на ноги одновременно с хозяйкой. — Ты ужинаешь здесь?

Вспомнив о предложении Барта, Кэрон минуту колебалась, не желая связывать себя обязательствами. Впрочем, вряд ли он все еще хочет пригласить ее в ресторан после того, что она ему наговорила. Нужно так много исправить, и чем быстрее, тем лучше. С чего начать?

— Да, дома, — откликнулась она. — Обычно мы ужинаем около восьми, но если ты спустишься вниз раньше, можешь что-нибудь выпить. В общем, чувствуй себя как дома, Джилл.

— Спасибо, я так и сделаю.

Миссис Горвелл приготовила постель в комнате, которую занимала Маделин. Кэрон проводила Джилл на второй этаж. У комнаты Барта она замерла и, собравшись с духом, постучала. Никто не ответил. Она не знала, что и подумать. Если Барт там и не отвечает на ее стук, значит, он так зол, что не хочет с ней разговаривать. Но откуда ему знать, что за дверью именно она? Возможно, он где-то в другой комнате или вовсе куда-то уехал. Ладно, попробую попозже, решила Кэрон. Еще будет время раскрыть ему свое сердце.