Анна Диллон - Последствия

— Ну да, что ты беременна.

— У меня уже двухнедельная задержка.

— Ты сделала тест?

— Да, результат положительный. Поэтому я так быстро вернулась домой.

Заправляя рубашку в брюки, он кивнул, давая понять, что слышал ее слова. Стефани видела, что он старается не встречаться с ней взглядом.

— Хорошо, предположим, ты права. Что ты собираешься делать?

Отойдя от окна, Стефани подошла к Роберту и встала напротив.

— Что ты имеешь в виду?

Он удивленно заморгал.

— Только не говори, что собираешься рожать.

Стефани почувствовала, как съеденный кусок пиццы перевернулся в желудке.

— Я хочу этого ребенка, — прошептала она.

— Но ты не можешь это сделать. Этот дом… твоя работа… Ты не сможешь иметь все это, если появится ребенок.

— Смогу, если буду не одна.

Роберт сосредоточился на манжетах рубашки.

— Если еще я отец этого ребенка…

Она не смогла удержаться, чтобы не дать ему пощечину. Его голова резко откинулась назад. В ту же секунду в его глазах промелькнуло что-то черное и злое, и Стефани подумала, что он ударит ее в ответ.

— Как ты смеешь говорить мне это! Ты прекрасно знаешь, кто отец ребенка!

— Извини, — сказал он, глубоко вздохнув, прикладывая ладонь к покрасневшей щеке. — Возможно, я не совсем правильно выразился. Извини, я не имел в виду ничего, что могло бы тебя обидеть.

Стефани молча смотрела на него.

— Давай рассуждать логически. Я уже вырастил детей и не хочу еще раз начинать все сначала. Твоя карьера складывается достаточно успешно. Ты подумала, что будет с ней, когда родится ребенок? Его появление, скорее всего, положит ей конец. По этим причинам мы оба не можем допустить появления постоянно плачущего ребенка в нашей жизни. — Последовала пауза, а затем он произнес: — И потом, что я скажу Кейти и детям?

Она поняла, что только сейчас увидела настоящего Роберта. Перед ней стоял эгоистичный, трусливый и высокомерный негодяй. Она поняла, что он принадлежал к тем мужчинам, которые, вступая в отношения с женщиной, не думают о последствиях. И сейчас ей необходимо было признать, что единственное, что интересовало его в их отношениях, — это секс и работа, которую его компания получала благодаря ей. Глядя на него, видя, как шевелятся губы, слыша его слова, она с леденящей душу уверенностью знала, что он собирается ей предложить.

— Послушай, если тебя интересует мое мнение, что делать с ребенком, то я бы предложил сделать аборт. Я, конечно же, его оплачу и поеду вместе с тобой в клинику. — Неожиданно пришедшая в голову мысль заставила его улыбнуться. — Мы можем на выходные поехать в Лондон и там решить нашу проблему. Я думаю, мы могли бы воспользоваться случаем и успеть еще кое-что посмотреть. В Дублине каждый из нас вернется к привычной жизни.

Когда она заговорила, ее голос было едва слышно:

— Убирайся.

Роберт попробовал сделать удивленное лицо и еще раз улыбнуться.

— Ну, что ты по этому поводу думаешь?

Ее крик был настолько громким, что, казалось, они оба от неожиданности растерялись.

— Убирайся! Убирайся! Убирайся!

Роберт молча попятился. Стефани схватила первое, что оказалось у нее под рукой — тарелку из-под пиццы, — и запустила в него. Тарелка, пролетев мимо и попав в стену, испачкала ее жирным соусом.

— Подлец! Какой же ты подлец! — прошептала она, задыхаясь.

— Стефани… Я только предложил…

— Немедленно верни ключ от моего дома, — потребовала она. Распахнув дверцы шкафа, сорвала с плечиков оставленную им рубашку и швырнула в него. Затем стянула зацепившийся галстук, нашла его кожаные туфли — все это тоже полетело в его сторону.

Роберт отсоединил ключ от общей связки и бросил его на кровать.

— Стефани, я понимаю, что ты сейчас расстроена. Но давай поговорим.

— Между нами все кончено, — холодно сказала она. — Никогда не пытайся приблизиться ко мне вновь. — В глазах стояли слезы, но она сдерживалась, чтобы не расплакаться в его присутствии. — Я любила тебя. Я любила тебя всем сердцем. Сейчас я вижу, кто ты есть на самом деле: негодяй, думающий только о себе. Нам было необходимо поговорить не о проблеме, требующей быстрого решения: нам было необходимо решить, как жить дальше, обсудить наше с тобой будущее. Ты думаешь, что все дело в аборте? Быстро его сделаем, а затем пойдем осматривать достопримечательности, как будто ничего не случилось? Я ненавижу тебя, Роберт Уокер. С меня довольно! Я презираю тебя. А сейчас убирайся. И никогда не возвращайся назад.

Только после того, как хлопнула дверь и от дома отъехала машина, она упала на кровать и зарыдала.

Вместе с рыданиями наружу вырвалось то, что было спрятано глубоко внутри, придавлено страхом и отвращением, гневом и досадой, — облегчение и освобождение. С ним было кончено.

Теперь уже навсегда.

И она была этому рада.

КНИГА 2

Муж

Вынужден признаться, что сначала был шок… стыд и, возможно, немного страха. Затем неожиданно пришло облегчение. Я был рад, что Кейти наконец обо всем узнала, рад, что можно больше не лгать.

Но затем…

Я не уверен, что сразу понял происходящее. Та, чьей любви, казалось, давно не существует, неожиданно признается в любви; та, в чьей любви я не сомневался, выгоняет меня, как будто я ей больше не нужен.

Но, выйдя из дома, я понял, что судьба во второй раз подарила мне Кейти, подарила новый шанс, шанс начать все сначала.

Но…

Я думаю, что отношения со Стефани показали мне, каких возможностей полон мир, она позволила заглянуть в другую жизнь. Совершенно другую.

Глава 18

Вторник, 24 декабря

Сочельник

На Пирс-стрит была страшная пробка.

Неожиданно впереди послышался вой сирены пожарной машины, пытавшейся выехать с Тара-стрит. Судя по непрекращающемуся звуку, Роберт Уокер предположил, что машина тоже застряла в пробке. Поставив «Ауди» на ручной тормоз и переведя рычаг в нейтральное положение, он убрал руки с руля и посмотрел на пальцы. Наконец они перестали дрожать.

Когда он вошел в комнату и увидел там Кейти, ему понадобилось всего несколько секунд, чтобы оценить, что произошло. Чтобы Кейти находилась в гостиной Стефани — этого просто не могло быть… Но он не ошибался: его жена и любовница, стоя рядом, смотрели на него с одинаковым выражением.

Разрозненные кусочки сложились в картину достаточно быстро, стоило Кейти только подойти к нему и дать пощечину. За восемнадцать лет их совместной жизни она впервые позволила себе его ударить. Роберт потер ладонью скулу: он никогда не предполагал, что у нее такая тяжелая рука.