Энн Мэтер - Двое во дворе

— Знаете, это настоящее путешествие, — граф улыбнулся. — Барки невелики, а когда они плывут по бурной Дуро, воды которой бьют в скалистые берега, такое путешествие может быть очень опасным.

— А вы предпринимали такие путешествия, сеньор?

— Много раз. Я должен вас огорчить — вы, наверное, думали, что я никогда не делаю ничего рискованного, но вы ошибаетесь, сеньорита, вы в этом еще убедитесь.

Возвратились в замок они уже довольно поздно. Тони и Франческа испытывали приятную усталость.

— А завтра мы посетим бой быков. Вам, наверное, хочется?

Тони покраснела и взглянула на Франческу.

— А не следует ли нам с Франческой начать заниматься, сеньор?

Франческа пришла в ужас, и граф, нежно погладив ее по голове, сказал:

— Нет, не завтра, Франческа. Пока я свободен, мы будем пользоваться этим.

Франческа закивала головой, а Тони лишь пожала плечами.

— Как хотите, сеньор.

— А вы, сеньорита, разве вам не нравится ездить и смотреть? — граф нахмурился. — Мне показалось, что сегодня вы приятно провели день.

— Конечно. Безусловно, все было прекрасно, — вздохнула Тони. — А сейчас извините меня, сеньор. Я устала и хочу пойти к себе.

— Хорошо, я увижу вас обеих завтра утром. Франческа поцеловала отца в щеку и пошла с Тони вверх по лестнице. На лестничной площадке, там, где коридор уже вел в комнату Тони, Франческа сказала:

— Вам ведь правда сегодня понравилось, Тони?

Тони не могла отрицать и ответила:

— Конечно, мы чудесно провели день.

— А завтра вы поедете с нами?

— У меня нет выбора, — ответила Тони немного сухо, но затем, почувствовав угрызения совести, добавила:

— Мое положение здесь так неопределенно. Попытайся понять, что я чувствую! Франческа вздохнула.

— Но вы верите, что я не предала вас? Тони внимательно посмотрела на девочку.

— Тем не менее очень странно, что он так неожиданно вернулся.

— Вовсе нет. Тони. Бабушка, не имея в виду ничего дурного, просто сказала ему, что вы собираетесь уезжать. А он не был в Лиссабоне, он гостил у друзей в Коимбре. Вот почему он и приехал.

— Понятно.

— Когда отец уезжает, он часто звонит бабушке справиться о ее здоровье.

— А как ты все это узнала?

— Мне сам папа рассказал все сегодня утром, когда вы ушли переодеваться. Я сказала, что очень рассердилась, что он позволил себе дать вам понять будто я умышленно, за спиной у вас, сообщила ему о вашем отъезде. Это совсем не так. Я была очень огорчена, но я не стала бы насильно вас задерживать.

— Конечно, нет. Я теперь это понимаю. Мне стыдно, что я неверно судила о тебе. Франческа сжала ей руку.

— Но тем не менее я очень рада, что вы остаетесь.

Несколько дней граф делал все возможное, чтобы обезоружить Тони. Они с Франческой устраивали для нее поездки про окрестностям, посетили бой быков — гораздо более гуманное действо, чем в Испании, так как здесь быков не убивают на арене; посетили фестиваль народной музыки в Опорто и слушали чарующие мелодии фадо. Они ездили в музеи и картинные галереи, и Тони удивлялась, как много знает граф, не придавая своим знаниям большого значения. Это было чудесное время, ничто не омрачало их отношений, и Тони начало казаться, что того разговора с графом не было. Невозможно, чтобы она вызывала у него какой-нибудь интерес, когда его окружало так много красивых женщин.

В конце недели появилась Лаура Пассаментес. Она приехала днем, Тони и Франческа были на пляже, и когда они вернулись домой растрепанные и загорелые, то увидели, что Лаура и граф сидят в гостиной: она пьет чай из изящной чашечки китайского фарфора, а граф лениво откинулся в кресле, небрежно держа в руке рюмку виски с содовой.

Увидев Тони, Лаура нахмурилась.

— Итак, сеньорита, вы все еще здесь?

— Как видите, — произнесла Тони. Франческа немного сгорбилась, но вежливо сказала:

— Как поживаете, тетя Лаура?

— Очень хорошо, Франческа, спасибо, — ответила Лаура спокойно, глядя на графа, который при их появлении встал. — Сядь сюда и расскажи мне, чем ты занималась? Эстебан и я просто в отчаянии. Рауль дома уже неделю, но не нашел времени посетить нас.

Франческа покраснела, а Тони пошла из комнаты, столкнувшись в дверях с графиней.

— Не уходите, дорогая, — сказала та и нежно дотронулась до ее руки. — Я как раз вышла выпить чаю с Лаурой, но вы должны остаться с нами, верно, Рауль?

— Конечно, мама, если ты этого хочешь. Тони гневно посмотрела на него.

— Мне бы этого не хотелось, сеньор, — проговорила она спокойно.

— Но вы останетесь, — тихо сказал граф, и вновь Тони почувствовала какую-то опасность.

— Хорошо, — сказала Тони несколько сдавленным голосом, подошла к дивану и села там, где он указал.

Лаура держала все нити разговора в своих руках. Ей, очевидно, доставляло удовольствие поучать Франческу, и Тони подумала, что таким образом она иногда получала откровенные ответы на свои вопросы часто очень личного свойства. А разве она, Тони, сама уже однажды не подверглась инквизиции со стороны сеньоры?

— А что ты делала в последнее время? — спрашивала Лаура Франческу. — Ты знала, что в Опорто был фестиваль народной музыки?

— Да, конечно. — В своем энтузиазме Франческа не заметила, как проговорилась:

— Мы там были.

— Вы там были, — Лаура обратила свой взгляд на Рауля. — Вы были на фестивале, дорогой?

Граф посмотрел на Лауру с несколько скучающим видом.

— Да, Лаура, мы были на фестивале. Он получился очень интересным.

— И вы не пригласили меня? — Лаура казалась встревоженной.

— Я не думал, что вам будет интересно. А вы что делали все это время?

— Почти ничего. Но ведь вы знали, что я люблю народную музыку. — Вы ездили с Франческой и — вашей мамой?

Графиня покачала головой.

— Что мне делать на фестивале, Лаура? Рауль был там с Франческой и сеньоритой Вест.

— Вы сказали, с сеньоритой Вест? Рауль посмотрел на нее предупреждающе.

— Да, Лаура, с сеньоритой Вест.

— Понимаю. — Лаура бросила на Тони холодный взгляд. — Вам там понравилось?

— Очень понравилось, спасибо. Лаура поставила чашку на блюдце.

— И когда вы собираетесь уезжать, сеньорита?

— Я, право, не знаю.

— Сеньорита останется здесь на неопределенное время, — сказала Франческа взволнованно. — Она будет моей гувернанткой!

— Это так, Рауль? — спросила потрясенная Лаура.

— Да, — коротко ответил граф, — Но вам, Лаура, это вряд ли будет интересно. Пойдемте, я покажу вам картину, которую купил в Коимбре десять дней назад. Она вам понравится.

— Но мне все это очень интересно, дорогой, — настойчиво продолжала Лаура. — В конце концов, вашей матушке должно показаться странным, что сеньорита может оставить работу в Англии, никого об этом не предупредив.