Аманда БРАУНИНГ - ЗАСЛУЖИТЬ ЛЮБОВЬ

– Чтобы ты любил меня.

Ее слова заставили его моментально выпрямиться.

– Черт, у тебя что, нет гордости? Иногда гордость уместна, но не сейчас.

– В данный момент нет. Гордость не согреет меня, не обнимет ночью. Он с силой сжал зубы.

– Я не могу дать тебе этого.

В глазах Таши вспыхнули огоньки.

– То есть не хочешь.

– Перестань, Таша, – предупредил Чейз, но она лишь покачала головой.

– Не могу. – Ей надо так много вернуть, слишком много.

Его губы горько изогнулись.

– Значит, ты дура.

Она не сводила с него глаз, готовя самое мощное оружие.

– Какая ни есть – ты хочешь меня. Ты это чувствуешь так же, как и я. Он глухо засмеялся.

– У меня по мужской части все в порядке, а секс у нас всегда был хорошим.

Таша разозлилась, но не дала воли эмоциям.

– Не преуменьшай. У нас было нечто большее, чем только хороший секс. Я любила тебя, а ты любил меня, Чейз.

– Любовь – смутное понятие.

Их взгляды скрестились в яростной схватке.

– Ты не отступишь ни на дюйм, да? – спросила она, так глубоко чувствуя его, что было просто немыслимо не протянуть руку и не дотронуться. Сумасшествие какое-то. Однако, если она попытается, сделать это, он снова ее оттолкнет. Он человек чести. Не верит ей – значит, не может ее любить. Ни душевно, ни физически.

– Я не могу забыть, что ты сделала, – сказал Чейз, как отрезал.

Ее ресницы задрожали.

– Если не простишь, куда это приведет? Как долго это будет продолжаться?

– Пока я не буду уверен, – произнес он твердо, и она в отчаянии покачала головой.

– Уверен в чем? Что можешь снова мне доверять? Скажи, что мне сделать, и я сделаю! Поклянусь на целой горе Библий, если поможет. – Отчаяние встало у нее комком в горле. – Черт, выступлю на телевидении, если необходимо! Разве ты не понимаешь, что ради тебя я сделаю что угодно?

Чейз подошел к ней, взял ее за плечи и поднял на ноги.

– Я ничего от тебя не хочу. Я… – Слова растворились в воздухе, когда он почувствовал ее так близко; он закрыл глаза, касаясь пальцами ее теплой кожи.

В ту же секунду Таша с замиранием сердца поняла, что Чейз притягивает ее к себе. Но тут он вдруг оттолкнул ее со стоном и отвернулся.

– Черт!

Она закусила губу и протянула к нему дрожащую руку.

– Чейз…

Он отпрянул в сторону так быстро, что она испугалась.

– Не трогай меня!

Таша обхватила себя руками.

– Прекрати прогонять меня!

– Я должен. Черт побери, я должен, – повторял Чейз, будто старался убедить себя, а не ее.

Сердце Таши разрывалось от боли за них обоих.

– Почему, если мы оба знаем, что ты этого не хочешь? – спросила она с надрывом. К ее удивлению, он рассмеялся.

– Ты что, никогда не сдаешься? – Он заставил ее покраснеть.

– Я не откажусь от тебя. Сначала тебе придется убить меня. – Истинная правда, ни больше ни меньше.

Он смотрел ей в глаза, и то, что прочел там, вызвало у него вздох.

– Ты представляешь, как я хочу поцеловать тебя? – сдавленно прошептал он.

– Да, – ответила она еле слышно. Она знала. Прекрасно знала, потому что хотела этого не меньше.

Рука его будто по собственной воле покинула ее плечо и скользнула по щеке, коснулась губ. Таша затаила дыхание, это прикосновение обожгло ее. Она увидела решимость в его взгляде, внутреннюю борьбу и коснулась руками его груди.

– Ты возненавидишь себя, – напомнила она, чувствуя, как горят ее пальцы с каждым прикосновением к нему. И как она жаждет прильнуть к его телу – вот оно, совсем близко…

– Знаю, – согласился он кротко, склоняя голову.

Ноги у нее стали ватными.

– Ты обвинишь меня.

– Возможно, – простонал Чейз и коснулся ее губами.

Теперь не имело значения, кого он будет винить в этом, – ее мечта сбылась. Губы их слились, и каждое прикосновение его языка дарило ей райское наслаждение.

Думать Таша не могла, только чувствовать. Когда его руки обняли ее, прижимая к могучей груди, она застонала от счастья. Какое блаженство!

Как она и ожидала, одного поцелуя оказалось мало. Последовал второй, третий, каждый жарче предыдущего, – они пробуждали в ней ответный огонь; их бросало в дрожь в объятиях друг друга – от звука бьющихся сердец, от страха, что проснувшаяся страсть останется неудовлетворенной.

Вдруг, будто откуда-то издалека, Таша услышала, как Чейз выругался, и поток поцелуев прекратился. Потрясенная, она смотрела, как на ее глазах умирает страсть, сменяясь отвращением. Хотя она и ожидала такого конца, ей стало страшно.

– Ты была права. Мне не стоило этого делать, – произнес Чейз холодно. Его серьезность вбивала гвозди в крышку гроба.

– Даже если я скажу, что не жалею об этом? – Она робко улыбнулась. Он нахмурился.

– Не сработает, Таша. Ее сердце бешено стучало.

– Что это значит? – спросила она неуверенно. Чейз отпрянул от нее, пугая ее еще больше.

– Ты не сможешь завоевать меня своим телом, как бы ни было велико искушение похоронить себя в нем.

Она покраснела. Он попал точно в цель.

– Я вовсе не… – возразила она, но замолчала под его проницательным взглядом.

– Разве?

Она замерла. Он угадал. Это было ее единственное оружие. Она вздернула подбородок.

– Ты злишься, что я попыталась это сделать? – бросила она, и Чейз покачал головой.

– Я бы поступил так же.

Легко говорить, думала она, кусая губы.

– Только ты не попадаешь в такие ситуации, как я?

Ему не потребовалось отвечать, сердитое лицо говорило яснее ясного.

Внезапно ее глаза наполнились слезами.

– Мне не выиграть, да?

Она потеряет его. Уверенность в этом как заноза вонзилась в ее сердце. Серые глаза сузились.

– Не стоит так расстраиваться, Таша, – сказал он заботливо, и Таша сдавленно усмехнулась.

– В твоих силах сделать меня счастливейшей женщиной в мире. Всего несколько слов. – Слеза катилась по ее щеке. Она смахнула ее тыльной стороной ладони.

– Ты спятила.

Она не могла достучаться до него. И никогда не сможет!

– Я люблю тебя, черт возьми! – крикнула она и увидела холод в его глазах. – Но это не поможет?

Подбородок Чейза дрогнул.

– Нет. Только хуже. – Он отвернулся. – Ложись спать, Таша, – произнес он, не оборачиваясь, и вышел из дома.

Таша смотрела на закрытую дверь. Зачем она тратит время? Что бы ни говорила, что бы ни делала, все тщетно. Их брак мог длиться хоть целую вечность – все равно, она потеряла его безвозвратно. Поверила было, что стоит рискнуть, но слишком поздно поняла: нет, не стоило. Он никогда ее не простит.

Глава 8

Таша наблюдала, как Чейз непринужденно смеется над рассказом брата, и на душе у нее стало тяжело от его искреннего смеха. В джинсах и рубашке цвета хаки Чейз был необычайно привлекателен. Подсознательно она продолжала чувствовать его мужскую силу. Никто раньше не действовал на нее так, как Чейз. И никто не будет уже так действовать.