Вайолетт Лайонз - Тайна ночи

— С удовольствием, — с готовностью согласилась Патриция, получив возможность прекратить разговор на столь грустную тему. — Моя первая удача случилась, когда я и мои сотрудники оформили новую квартиру моих друзей, молодоженов. Много денег я на этом не заработала, но среди их знакомых оказалась Сара Майлз...

— Та самая известная актриса?

— Да, та самая, — подтвердила его догадку Патриция. — Ей понравилось, как мы оформили квартиру. И как раз в то время она купила свой огромный пентхаус. Всю работу по приведению его в божеский вид она поручила моей фирме. В свою очередь ее знакомые оценили результат, и заказы посыпались на меня как из рога изобилия.

— Звучит жизнеутверждающе, но не думаю, что все давалось вам так легко, — недоверчиво заметил Грегори.

— Мне просто повезло,— объяснила Патриция.— Случай, судьба, счастливый билетик.

— Не только случай и судьба, — возразил он, — а прежде всего ваш талант, ваш безупречный вкус...

— Вы делаете мне комплимент, — разулыбалась девушка. — Но вы ведь не видели ни одной из моих работ.

— Как же, не видел...— возразил Грегори. — Видел. Вашу квартиру, например, и потом ваша фирма оформляла маленький отель в пригороде Лондона, владельцами которого, по иронии судьбы, оказались мои друзья.

— Да, помню. Отель «Гринфилд», нечто вроде миниатюрного замка. Не работа, а сплошное наслаждение. Эти круглые залы, арки, ниши, мраморные лесенки. А вы частенько бываете там? — поинтересовалась она.

— Я бываю у Феликса и Рэчел приблизительно раз в месяц.

Атмосфера в машине ощутимо разрядилась, и девушка вздохнула с облегчением. Все путешествие в одно мгновение стало казаться многообещающим и романтичным, а не тягостным или обременительным.

— Знаете, Грегори, — неожиданно решила открыться Патриция. — Я так рада, что вы согласились сопровождать меня! На вас положиться можно, вы настоящий.

— Я польщен, — улыбнулся он. Патриция стала успокоенно смотреть в окно, вдыхая аромат весеннего ветра.

— Скажите, — снова заговорил Адамc.— Так как же мы будем вести себя с вашим отцом? Надо ведь какую-то стратегию выработать.

— Знаете,— ответила Патриция, закуривая,— после того, что вы мне сказали в тот вечер, я много думала и пришла к выводу, что мой план был несовершенен. Если мой отец не хочет воспринимать меня такой, какая я есть, я в свою очередь не буду стараться изменить или переломить его отношение ко мне.

— А как же я? — недоумевал Грегори. — В таком случае какова будет моя роль?

— Ваша роль, — спокойно констатировала девушка, — будет такой, как и задумывалась в первоначальном варианте.

— И какой же, интересно? Я, знаете ли, уже и забыл. Столько воды утекло...

— Вот вы какой! Я собираюсь на вечеринку, и мне нужно сопровождающее лицо. Вы и есть это сопровождающее лицо.

— И все? — как-то разочарованно произнес Грегори.

— И все, — кивнула Патриция. — Вам будет даже легче. Не нужно ни притворяться, ни разыгрывать страсть, которой нет на самом деле.

— Вы так считаете? — как-то странно, будто спрашивая самого себя, произнес Грегори. — Что ж, жаль, а мне хотелось тряхнуть стариной...

— Ведите себя просто как мой партнер,— словно пытаясь сделать больнее ему и себе, добавила Патриция.

— То есть по-деловому, — сухо уточнил он.

— Да. Именно так, — подавленно согласилась девушка.

Патриция замерла, в тоне Грегори ей почудилось искреннее сожаление. Конечно же, ей хотелось слышать от него комплименты. Они позволяли ей чувствовать себя и желанной и красивой. И она нашла хитрый выход из положения.

— Ну, — начала она неопределенно, боясь, что интонация выдаст истинное положение вещей.— Против комплиментов я ничего не имею, но предпочитаю, чтобы они были честными, чтобы процент лести в них значительно уменьшился.

— Никакой лести,— сделал вывод Грегори. — Хорошо, с этого момента говорю только то, что чувствую.

Они въехали на холм и стали осторожно съезжать вниз. В долине среди гигантских платанов их взглядам открылся старинный каменный дом. Аллея вела прямо к распахнутым чугунным воротам с вензелями, опутанным темно-зеленым плющом. Ухоженный сад благоухал, клумбы и декоративные украшения были выдержаны в духе доброго английского консерватизма.

Грегори припарковал машину у парадного подъезда и с удовольствием потянулся.

— Итак, главные герои прибыли, — торжественно объявил он. — Кто будет их встречать?

— Ой, все сразу, наверное, — испуганно ответила Патриция. — И мама, и папа, и сестры.

Ее мать, девушка знала это наверняка, не преминула рассказать всем сногсшибательную новость о том, что Патриция, — кто бы мог подумать? — приедет в дом с кем-то особенным. И никто из родственников, по причине любопытства, не утерпит до вечера, все захотят узнать, кто же этот инкогнито, как можно раньше.

Девушка вышла из машины и с наслаждением вдохнула ни с чем не сравнимый сельский воздух. Не дожидаясь Грегори, она поднялась по старым мраморным ступеням и взялась за массивную ручку резной буковой двери. Через какие-то несколько мгновений ей предстояло увидеть отца. Отца, который всегда заставлял ее испытывать чувство одиночества и неполноценности.

— Подожди, Пат! — услышала она ласковый оклик Адамса.

Девушка обернулась, он шел прямо к ней. Неожиданно его руки обняли ее за талию и нежно, но настойчиво притянули к себе. Его губы коснулись ее губ, словно этим поцелуем он передавал девушке свою энергию и уверенность в себе. Патриция почувствовала слабость во всем теле. Грегори чувствовал, как она, словно осенний лист, трепещет в его руках. Забывая обо всем на свете, Патриция впервые осмелилась с жаром ответить на его поцелуй, не заботясь о том, что их может кто-то увидеть. Когда же Грегори отпустил ее, она в панике схватилась за его локоть, боясь из-за головокружения потерять равновесие. Ее глаза блестели и щеки пылали, подсвеченные затаенным огнем страсти. Патриция еще не обрела почву под ногами, не вернулась из волшебной страны, где было место только им двоим, но шаги, раздававшиеся в холле, заставили ее собраться и взглянуть в глаза реальности.

9

Патриция сидела перед зеркалом в комнате, в которой прошло ее детство. Ее локти покоились на полированной поверхности туалетного столика, ладони подпирали подбородок, а тревожные глаза напряженно вглядывались в свое отражение. Последние полчаса она неподвижно находилась в этой позе, пытаясь собраться с мыслями.

— Как такое могло произойти? — вслух спросила она у своего отражения. — Когда произошла эта роковая метаморфоза?