Мариса Макл - Дневник стюардессы

— Глупости! — Он хватает меня за руку и выдергивает из шезлонга. — Сегодня никто не пропустит викторину! На кону просто потрясающий, фантастический приз!

— Да? И какой?

— Бутылка местного испанского вина.

Ох, вот про вино не надо! И вообще тему алкоголя лучше исключить из беседы.

— У меня что, нет выбора?

— Не-а, — радостно скалится он. — А вы откуда, мисс? Из Англии?

— Из Ирландии.

— Это одно и то же.

— Ничего подобного! — возмущенно пискнула я, но он уже тащил меня к бару. Там все присутствующие делятся на группы по четыре человека. Почему-то все пенсионеры хотят, чтобы я была в их команде. Мне это даже лестно — такая неожиданная популярность! Выбрать трудно, но в конце концов я выбираю команду за ближайшим столиком. Две дамы и мужчина. Беем за семьдесят.

— Все послушайте меня! — надрывается ведущий. — У каждого должна быть ручка и бумажка. У всех есть принадлежности для письма? Очень хорошо! А теперь тишина! Внимание, пожалуйста, я начинаю читать вопросы! Итак, вопрос номер один: кто лидер группы «Тейк зэт»?

Старички за моим столом переглядываются в полном недоумении.

— Кажется, это кто-то из Ирландии, — говорит одна бабулька. — Но вот имя… Ронан Китинг?

— Нет, их лидера зовут Гэри Барлоу, такой толстый, помните?

Она не помнит и на всякий случай переспрашивает:

— А вы уверены, что это не Ронан Китинг? У него такие странные волосы, белые с розовым — клубничный оттенок. И еще бакенбарды.

— Нет-нет, этот парень играет совсем в другой группе.

— А вы их поклонница?

— Нет, конечно!

Меня смешит сама мысль об этом. Упаси нас Господи от таких идолов!

— Вопрос номер два! В каком году закончилась Вторая мировая война?

— В тысяча девятьсот тридцать девятом? — робко высказываю я предположение.

Трое ископаемых из моей команды взирают на меня с крайним неодобрением.

— Тысяча девятьсот сорок пятый, — шепчет мне на ухо дедуля. — Такие вещи нужно знать, глупая девочка. Вам должно быть стыдно.

Я хотела было рассердиться, потому что дедок хмурил брови и вообще всячески изображал неодобрение, а сам-то даже не знает, кто такой Гэри Барлоу. Но потом я взглянула ему в лицо и увидела, что он сдерживает улыбку, а глаза у него блестят и вокруг них разбегаются веселые морщинки. Старик меня просто дразнит! Он наконец рассмеялся и сказал:

— Я воевал в той войне, а потому точно знаю, когда она закончилась.

— Правда? — Мне стало неловко. — Я тоже должна знать эти даты, но я не слишком прилежно изучала историю в школе. Если бы я хорошо училась, то стала бы учителем или гидом.

— Тишина! — завопил ведущий, и мне показалось, что его нелепые волосы встали дыбом, как иголки у ежа.

— Вопрос номер три…

Из моей сумочки неожиданно донеслись аккорды одной из мелодий Джастина Тимберлейка. Я лихорадочно шарила в сумке в поисках аппарата, улыбаясь и извиняясь, а ведущий в это время орал:

— Прошу всех убедиться еще раз, что все электронные приборы выключены на время проведения нашей викторины!

Господи, да уймется он когда-нибудь или нет? Может, парень раньше стюардом работал? Никакая другая профессия так не способствует развитию истеричности, как наша.

Наконец я нашла свой телефончик под маслом для загара и отключила его. Уф!

— Простите, пожалуйста! — Я опять улыбаюсь, оглядываясь вокруг.

— Что ж, теперь, если все наконец готовы, — ведущий делает паузу и со значением смотрит на меня, — продолжим дальше нашу викторину! Вопрос номер три! Кто отец дочери Кейт Мосс?

— А кто такая Кейт Мосс? — шепотом спрашивает одна из бабулек моей команды.

— Это Кейт Мосс, которая модель, или Кейт Мосс, которая писательница? — спрашиваю я громко, подняв руку, как примерная ученица.

У ведущего такой вид, словно он сейчас лопнет от злости. Ну ничего, так ему и надо, а то воображает себя бог знает кем. Из-за него у меня теперь такой беспорядок в сумочке.

— Мне кажется, отец девочки — Джонни Депп, — говорит кто-то.

— Или тот парень, ну, неудачник и наркоман. Пит как его там.

— Нет-нет! — кричу я. — Сейчас я вспомню! Отца зовут Джефферсон Хэк, это точно! Я помню, что читала статью про них и думала, что они совершенно неподходящая пара.

Все дружно бросились записывать имя. Тут только я сообразила, что наделала — нельзя выкрикивать имена и помогать противникам, можно только перешептываться с членами своей команды. Я в притворном ужасе таращу глаза и зажимаю рот руками, потом смотрю на ведущего, и мне кажется, что я вижу тонкие струйки дыма, поднимающиеся от его ушей.

— Человек, который станет выкрикивать ответы на вопросы, будет автоматически дисквалифицирован! — вопит он, глядя на меня в упор.

Я киваю и обещаю вести себя примерно до конца игры.

— Вопрос номер четыре! Как звали первого человека, высадившегося на Луне?

Я молчу, потому что все равно не владею данной информацией. И какая разница, кто там первый прошелся по Луне? Вопрос «Кто мне только что звонил» занимает меня гораздо больше. А вдруг это Дэнни, и он хочет сказать, что беременность Фионы была обманом, нечестной уловкой, на которую он не поддался, а потому он вновь свободен и беспечен и хочет со мной встречаться? Энни, опять беспочвенные надежды!

— Вопрос номер пять! Сколько человек в группе «Герлз элауд»?

— Пять, — шепчу я, чтобы информация не стала достоянием врагов. — Три хорошенькие, блондинка, которая рекламирует лифчики для подъема бюста, и еще рыжая.

Моя команда без колебания записывает ответ.

— Вопрос номер шесть! Сколько ног у таракана?

— Подождите, пока я схожу в номер, найду одного усатого в ванной и проверю, — бормочу я.

— Вопрос номер семь! Чем знаменита Тара Палмеромкинсон?

— Откуда мне знать? — в растерянности говорю я.

— Вопрос номер восемь! Когда…

И так продолжалось чуть ли не до скончания времен. Я думала, что сейчас впаду в кому и свалюсь со стула. Я ужасно устала, и мне кажется, что кровь моя опять наполняется токсинами — это от вопросов и злобных взглядов ведущего. Надо бы вернуться в сауну еще попариться. Нужно изгнать из организма остатки вчерашнего алкоголя и сегодняшнюю зевоту.

— Наши победители — команда… — у ведущего такой вид, словно он съел лимон, — команда за столиком номер четыре!

Мои соседи по столу радостно вопят. Официант подлетает, неся на подносе охлажденную бутылку вина и четыре бокала, и мне мгновенно становится нехорошо. Опасаясь за свой желудок, я прошу принести мне воды со льдом. Потом я достаю свой мобильник и с замирающим сердцем смотрю на экран. Один пропущенный вызов от моей соседки Эдель.