Ксения Беленкова - Свидание у Средиземного моря

– Можно к тебе? – спросил вдруг знакомый голос.

Илья, как всегда, появился неожиданно. Будто вырос из-под земли рядом со столиком, где сидели сестры. Не дожидаясь ответа, он опустился на соседний стул. И Аня даже подумала, что тот пустовал специально – в ожидании Ильи.

– Свежо выглядишь, – он оценивающе глянул на Анину футболку.

– Это Мишкин подарок, – ответила гордо.

– Ааа, понятно, – кивнул Илья и доверительно добавил: – Ну, рассказывай, как там твоя тушеная морковь?

– Что? – не сразу сообразила Аня. – Ах, Цимес? Между прочим, это слово означает «самое лучшее»…

– Да неужели? – Илья изобразил удивление. – «Самое лучшее» блюдо на гарнир? Тогда я согласен быть основным блюдом.

– Шути-шути, – отмахнулась Аня.

– Все варится-варится в своем соке, – продолжал подначивать Илья. – Как бы этот Цимес весь не выкипел.

– А я думаю, что Цимес – означает «самое лучшее» лекарство для моей души, – раздухарилась Аня, желая немного сбить с Ильи самоуверенность.

– Зачем тебе лекарство? Ты что же, болела? – ничуть не смутился он.

– По-всякому бывало, – искренне призналась Аня. – Цимес мне очень помог, это правда.

Повисла пауза, теперь Илья смотрел уже совсем серьезно, без издевки или иронии.

– Так чем он так хорош, этот Цимес, что заставил тебе лететь в чужую страну ради встречи?

Аня задумалась, откровенничать на эту тему с Ильей было как-то странно. Но никто другой не задал ей подобного вопроса.

– Он очень легкий и веселый, – начала она. – С ним было просто, но при этом Цимес всегда понимал сложные вещи. Те, что объяснить другим мне было трудно, а вот ему как-то легко выходило. Он поддерживал меня, давал советы, если я просила. И никогда ничего не требовал взамен. Кроме встречи. И вот надо же, мы до сих пор так и не увиделись… А я хотела этого больше всего на свете…

Илья молча смотрел на нее. Он по-прежнему был серьезен.

– А если бы я попросил тебя забыть о нем, ты бы смогла? – спросил наконец он.

Аня смутилась. Она не знала, что отвечать. Илья почувствовал заминку и нашелся первым:

– Ладно, я все понял, – сказал он. – Сложно воевать с невидимым противником.

– Я ему утром телефон оставила, – призналась Аня. – Просила завтра позвонить. Уже не верю, что наконец встретимся…

– Встретитесь! – зачем-то обнадежил Илья, а потом неожиданно добавил: – Пойдем танцевать? Цимес переживет, как думаешь?

И Аня заулыбалась, счастливая от того, что этот разговор не отдалил их друг от друга. Она будто только что вспомнила, где находится. А вокруг звенела музыка да кружились в танце улыбающиеся гости.

– Это хасидское регги, – сказал Илья. – Матисьяху, знаешь такого?

Не говоря ни слова, Аня сорвалась с места. Она выискала среди танцующих Мишку и, весело отплясывая, схватила его за руки.

– Твой диск?

– Ну да, – кивнул Мишка.

– Матисьяху?

– Он.

– А твой папа был прав. Он мне нравится.

Но вдруг заводная мелодия сменилась медленной, романтичной. Аня все еще стояла, держась за Мишку, как вдруг он сказал:

– Ладно, передаю тебя в надежные руки.

И буквально подтолкнул Аню к Илье, сам же отправился к друзьям, вполне довольный своим благородством.

– Поступок не мальчика, но мужа, – крикнул ему вслед Илья.

Мишка в ответ шутливо подкрутил несуществующий ус. По залу лилась музыка, а Илья был так близко, что они теперь легко поместились бы в душевую кабинку у Мертвого моря. Аня совсем размякла, и была уверена, повтори Илья сейчас свой вопрос – готова ли она забыть Цимеса – ответ был бы один. Да! И пусть не смолкнет музыка, пусть не ослабеют объятья, пусть всегда так щемит в груди…

Глава 13

День Гимел

До конца израильских каникул оставались считаные дни. Эта страна перевернула в Ане многое и даже позволила расстаться с игрушкой-талисманом. Казалось, теперь дрейдл и не нужен вовсе. Появилось внутри что-то новое, позволяющее самостоятельно делать ответственный выбор. Или сейчас Аня была готова прощать себе ошибки – без них в жизни тоже никуда. Во всяком случае, кто ей нужнее – Цимес или Илья, – решать не старинному волчку. И не его винить, если вдруг выбор окажется неверным…

После праздника бар-мицва дом будто дремал. Непривычная тишина касалась стен. Никто никуда не тянул Аню, не пытался впихнуть в голову новые знания или впечатления. Она была предоставлена сама себе. Положив телефон на письменный стол и зачем-то прислушиваясь, Аня смотрела на три снимка, что висели перед ней. Кто знает, вероятно, в один из кадров попал сам Цимес. Может, это он встретился ей в Яффо? Или же именно Цимес преследовал Аню в Иерусалиме и преподнес неожиданный подарок? Теперь она готова была поверить в любое чудо, особенно если у него есть номер телефона. И вот сегодня все должно было решиться. Если Цимес не позвонит, то можно будет смело ставить на нем крест. Но еще оставался шанс – а что если сетевой друг окажется именно тем человеком, к которому Аня привыкла за долгие месяцы интернет-переписки. Понимающим, веселым, умным…

Телефон молчал, сколько Аня ни пялилась на него, призывая звонок. Зато у Лили мобильник просто разрывался. Теперь они с Натаном постоянно были на связи. Кажется, ссора только укрепила их отношения.

– На меня сегодня не рассчитывайте, – Лиля уже выскочила из кровати и носилась по комнате, примеряя один наряд за другим. – Ой, девочки, посмотрите, я в этом не слишком толстая?

– Нет, в этом у тебя ноги кривые, – сонно изрекла из кровати Мира.

И тут же получила юбкой в лоб: та пролетела цветастой бабочкой через комнату и укрыла лицо Миры, точно ночной чепчик.

– Ты права, мне эта юбка идет больше, – отшутилась она.

Вскоре Лиля была собрана, фигура ее была признана стройной, а ноги прямыми. Хотя Аня не была уверена, что Натан оценит все жертвы ее сестры – кажется, этого молодого человека куда больше волновали нравственные вопросы, чем внешний вид собственной девушки. Пожалуй, приди Лиля на свидание, надев юбку на голову, точно чепчик, Натан бы и не заметил.

Мира же очень хотела провести день с друзьями. До этого момента все освободившееся на каникулах время она посвящала Ане, совсем забросив свою компанию.

– Ты точно не обидишься? – выспрашивала Мира. – Найдешь чем заняться?

– Я с радостью побуду с Мишкой, – заверяла сестру Аня. – Мы снова стали неплохо ладить…

Вот и Мира ушла из дома, ее неумолкающий голосок растворился где-то на лестнице. Аня еще немного посидела одна, укрощая взором немой телефон, а потом заглянула к Мишке. Тот самозабвенно крутил на столе дрейдл. И Аня вспомнила себя. Кажется, она заводила этот волчок совсем недавно, но теперь это выглядело всего лишь веселой забавой – ничего судьбоносного. Разве старинные буквы могли решить ее судьбу? И стоило их бояться?