Выходя за рамки босса - Оливия Хейл

годы с тех пор, как я чувствовал что-то подобное.

— Куда ходили?

— Сначала в Метрополитен-музей, потом ужинали в одном месте в Трайбеке. Там была очередь. Оно, видимо, очень популярное.

— «Медуза?»

— То самое, да, — в профиль ее лицо потрясающе. Слегка вздернутый нос, словно она оценивает все вокруг, но с полными губами, которые легко складываются в улыбку или смех, если ты прошел проверку.

— Я рад, что ты заводишь друзей в городе.

Ее взгляд возвращается ко мне. Сейчас в нем нет неприязни, ее карие глаза мягкие.

— Вообще-то, думаю, это могло быть свиданием.

Эта женщина пытается меня прикончить? Моя хмурость углубляется сама собой. Конечно, она встречается с кем-то. Эта женщина — чертовски двадцать из десяти.

— Да? — спрашиваю я, делая голос небрежным. Смотри, мир, на мои актерские способности. — И как прошло?

— Не уверена, что изначально хотела, чтобы это было свидание, — качая головой, она смотрит на свои руки. — Я была немного зла на тебя, и думала о том, как ты сказал, что я боюсь мужчин. Того, что не могу контролировать. Поэтому я сказала «да», когда он пригласил меня.

Мои глаза расширяются. Думаю, она этого не осознает, но ее откровенность захватывает дух и так же прекрасна, как она сама.

— Ты хотела проверить себя?

— Полагаю, да. Не говоря уже о том, что я никого не знаю в Нью-Йорке и хочу завести друзей.

— Ты знаешь меня, — говорю я. Ее насмешливо приподнятая бровь заставляет меня улыбнуться, и я поднимаю руку. — Ладно, ладно. Полагаю, я не в счет?

— Не совсем, — признается она. — Без обид, но не представляю, что позвоню тебе за помощью, если сломается обогреватель, а управляющий не отвечает.

— Ты могла бы, знаешь ли. Я всего в паре кварталов.

Взгляд, который она бросает на меня, ясно дает понять, что она считает меня нелепым.

— Я живу в коробке из-под обуви.

— И что? Это должно упростить починку, а не усложнить, — говорю я. Она качает головой, словно я упускаю очевидное. Я упираюсь руками в стол. — Мы можем быть друзьями, Фредди.

— Ты мой начальник. Ну, технически начальник моего начальника.

— Конечно, но вне офиса мы друзья. Я думал, это само собой разумеется.

Ее улыбка становится шире.

— Друзья.

— Друзья, — соглашаюсь я. — Так что если тебе понадобится, чтобы кто-то показал тебе Нью-Йорк или сходил с тобой в Мет, ты можешь попросить меня. Не говоря уже о том, что я мог бы провести тебя без очереди в «Медузу».

Эти неправдоподобные слова слетают с моих губ, несмотря на то, что у меня нет свободного времени, а то, что есть, я отдаю сыну.

— Это потому, что я упомянула, что у меня сегодня было свидание?

— Две вещи не связаны.

— Конечно, — она смеется, встряхивая головой, так что темные пряди разлетаются, спутанные снегом и ветром. — Если бы я не знала тебя лучше, я бы сказала, что ты ревнуешь, Тристан.

— Я никогда не опущусь так низко, — говорю я. — Эта эмоция ниже моего достоинства.

— О, конечно же. Слишком обыденна?

— Безусловно.

Улыбка играет на губах, которые я слишком хорошо помню, как целовал.

— Теперь, когда мы неофициально друзья, есть куча вещей, которые я хочу узнать о тебе, — говорит она.

Я стону, глядя на неоновые огни на потолке.

— Я уже жалею об этом.

— Начну с легкого, не волнуйся. Ты просто завораживаешь меня, — искренность в ее голосе неожиданна, просачивается в мои трещины. — Скажи мне, почему ты ходишь в «Позолоченный зал».

— Я уже говорил тебе.

Я возвращаю взгляд к ней, к глазам, искрящимся юмором и дружелюбием, и понимаю, что всерьез рассматриваю возможность ответить на вопрос. Даже если ответ не покажет меня в лучшем свете.

Тень, упавшая рядом с нашим столиком, останавливает меня.

— Простите, ребята, но мы закрываемся через несколько минут.

— О, — хмурится Фредди, словно разочарованная тем, что не успеет поговорить со мной больше.

Такого мы допустить не можем.

— Спасибо, что предупредили, — говорю я сотруднику. — Мы уйдем раньше.

— Спокойной ночи.

— И вам, — отвечает Фредди.

Когда он уходит, я протягиваю руку и поднимаю банку Фредди с газировкой. Она полная.

— Ты даже не притронулась.

— Я отвлеклась.

Я поднимаю свой стаканчик кофе с собой, тоже полный.

— Я тоже.

Она сразу понимает, к чему я клоню.

— Было бы жаль это выбрасывать.

— Да, было бы расточительно. А я стремлюсь искоренить все формы расточительства.

Ее улыбка становится шире.

— Ты известен своей приверженностью эффективности

— Поэтому так оставлять нельзя, — я отодвигаю стул, беру свой стакан с кофе и протягиваю Фредди ее перчатки. — Покажи мне свою коробку из-под обуви, и мы выпьем это по дороге.

Ее дыхание сбивается, несмотря на возбуждение в глазах.

— Показать, где я живу?

— Если я однажды буду чинить твой обогреватель, мне нужно знать, где он находится, верно? — я открываю дверь, и внутрь врывается порыв холодного ветра. — После тебя, Фредерика.

ГЛАВА 14

Тристан

Кофе холодный и на вкус, как отстой из никогда не мытой френч-прессы, но я пью его так, будто этот хлипкий предлог допить напитки реален. Снежинки запутываются в темных волосах Фредди.

— Это не кажется настоящим, — говорит она. — Мы вдвоем, идем к моей квартире-коробке.

Черт бы ее побрал, за то, что она амбициозна и умна, а еще искренна и застенчива. Я могу справиться с одним или другим, но с обоими? Это больше, чем человеку положено выносить.

— Мы друзья, и это дружеский поступок. Как ты нашла это место?

Она делает глоток газировки.

— Женщина, которой принадлежит квартира, живет несколькими этажами ниже. Кажется, раньше там жили их помощницы по хозяйству, а потом горничная, когда она у них была. Теперь она одна, муж умер, дети разъехались. Моя подруга из Уортона жила там, пока училась в Колумбии на бакалавриате.

Я киваю.

— Она свела тебя с хозяйкой?

Фредди кивает, тепло улыбаясь.

— Джеральдина прелесть. Она нелегко доверяет, понимаешь, и то, что меня порекомендовал кто-то, кто ей нравился, помогло. Потом мы встретились, и она решила, что я ей тоже нравлюсь.

— Ты и правда выглядишь идеальной кандидатурой, чтобы впечатлить пожилых дам, Чопорная, — говорю я. — Надеюсь, она ничего не знает о «Позолоченном зале»?

— Боже, нет. И не смей там ничего об этом упоминать, пока мы внутри.

— Думаешь, она шпионит за тобой?

— Наверное, нет, но я не хочу рисковать.

Мы останавливаемся перед зданием из серого камня, очень похожим на любой жилой дом на Верхнем Вест-Сайде. Фредди кивает швейцару. Он кивает в ответ, но бросает на меня взгляд,