Рубль-пять - Алёна Берндт

женился на хорошей женщине, достойной. Так и живи себе на здоровье, нас не беспокой.

Андрей сел на скамью и посмотрел на Натку своими карими глазами, тем самым взглядом, который когда-то так любила Натка.

Глава 27

– Женился. Да… – ответил Андрей негромко. – Только… Нат, я скучаю… По тебе, по Алешке… по Семеновке, по нам! Не могу я больше так, душа разрывается, к вам просится… Ошибся я…

Андрей задышал часто и взволнованно, говорил торопливо, будто боясь, что вот сейчас кто-то помешает ему, но Натка ни звука не произнесла в ответ. Мертво молчало Наткино сердце, не откликаясь больше на пустые слова, может быть, даже и сказанные вполне искренне.

– А я не скучаю, – пожала она плечами. – Да и Алешка про тебя уже не спрашивает. Ты выбрал для себя новую жизнь, так дай и нам тоже жить, мы для того сюда и уехали, чтобы все плохое в прошлом осталось, а ты и сюда к нам заявился! Потому что скучно ему, тоскливо… Ты к маме своей сходи, посоветуйся, как быть в этом случае, она подскажет, что для тебя лучше!

– Нат, перестань. Ты никогда злой не была, за это я тебя и любил всегда, и сейчас люблю! Просто не понял тогда, не разобрался, что не туда меня кривая дорожка завела! Прости меня, дурака! Хочешь, все брошу хоть сегодня! Так и скажу всем, что больше жизни вас с Алешкой люблю и никто другой мне не нужен!

– И что же? Нас в новую свою квартиру жить заберешь? А нынешнюю жену с узелком на улицу выгонишь? Что-то ты снова, Андрюша, не подумавши говоришь! Этак тебя твоя кривая дорожка еще дальше заведет. Да и что же мама тебе на все это скажет, не одобрит ведь такого опрометчивого поступка…

– Я могу прямо сейчас у тебя остаться, и никогда не ездить в Озерки! Ну, только на фабрику, уволюсь и обратно! Только скажи! Работу я и здесь найду, справимся!

– Опять ко мне? МЫ справимся?! Это мы уже с тобой проходили, ничего хорошего из этого не получилось, – Натка еле сдерживала истеричный смех, от странных своих мыслей ей стало не по себе.

Надо же, как все повторяется по кругу, думала Натка, глядя в такие искренние и горячие глаза бывшего мужа. Только теперь они ее почему-то не грели. Снова он горит желанием бросить все, поступить наперекор чужому мнению… Где же он есть, тот Андрей, который настоящий? Только вот Натке уже было неинтересно это знать.

– Ты обещал мне, что оставишь нас в покое, так хотя бы это свое обещание выполни.

– А как же мне тогда жить?! Я без вас не могу…

– Откуда мне знать, как тебе жить, Андрей?! Мне за себя думать надо, и за сына – как нам жить! А ты взрослый человек, сам решаешь! Ты когда-то правильно сказал – у меня ни отца, ни матери! Так что за меня некому подумать, как за тебя – у тебя-то и мама с бабушкой, и брат, и сестра! Как-нибудь уж разберетесь! Все, пора тебе идти! Мне тоже скоро нужно уходить, недосуг болтать пустое.

Андрей нехотя поднялся со скамьи, снова попытавшись заглянуть в глаза бывшей жене, но Натка даже и не смотрела на него… Куда же делся тот самый взгляд, каким она когда-то смотрела на него и которого ему теперь так не хватало! Наткино лицо было безразличным и даже немного скучающим, это теперь и ранило его прямо в тоскующее сердце. Как же больно ему было сейчас!

Андрей вышел за калитку и отправился вверх по улице, плечи его вздрогнули, когда он услышал, как захлопнулась позади него такая незнакомая калитка за ставшей такой же незнакомой ему Наткой…

Он шел по улице к ожидавшей его у здания районных энергосетей казенной машине и мысли метались в его голове, перескакивая с одного на другое. Зоя, нынешняя его жена, была, конечно, очень… Да никакая она не была, не есть! Маме она просто безумно нравится, вот и все! Елизавета Александровна так гордится новой родней, привечает их в доме, на все праздники старается угодить с подарками новым сватьям…

Но со стороны это выглядит так приторно и лицемерно, что Андрей в последнее время стал замечать, что сам всеми силами старается избежать семейных праздников и застолий. Хотя Зоя и дула недовольно пухлые губки, стараясь уговорить его явиться вместе на очередное семейное торжество…

Спасало Андрея то, что работа у него была такая, на которой сколько ни старайся, а заняться всегда было чем. Этим он и пользовался, все чаще и дольше задерживаясь на фабрике, иногда просто сидя в кабинете и перебирая бумаги, только чтобы не идти рано домой.

Сейчас, вспоминая прошлые времена жизни с Наткой, он вдруг остро ощутил, что и не особенно-то он нужен этой самой Зоечке… так, для порядку – что она мужняя жена, и все. Все их общение только и сводится к тому, что ей что-то нужно, и Андрей должен сделать то-то и то-то, для самой Зои или для ее дочки, или для ее родителей, или какой-то родни. Ни одного раза не взглянула она на него хотя бы наполовину так, как когда-то смотрела Натка… А Зоина дочка Мариночка, так та вообще не считала отчима за человека, и иногда Андрей думал, что ребенок этот его просто ненавидит…

Зачем, для чего, а главное – для кого он так поменял свою жизнь, разрушив то, что имел. И что, как теперь оказалось, было ему по-настоящему дорого!

Размашистым решительным шагом дошел до служебной своей машины и уселся на сиденье. В конце концов, он всегда умел добиваться того, чего хотел! Это просто усталость и замотанность дала тогда себя знать, и он пошел на поводу у матери и бабки! Но сейчас он точно знает, чего хочет, и своего добьется.

Он не просто так узнавал, куда переехала бывшая жена, и теперь хвалил себя за это! Откровенно говоря, он не ожидал от Натки такого… что она вообще решится на переезд, да еще и в райцентр, что продаст доставшийся от бабушки дом, где-то раздобудет доплату и сможет переехать…

Андрей вдруг подумал, что