Чернильные цветы - К.О.В.Ш.

простой спортивной одежде она все равно была очень хорошенькой. – Мы готовы ехать?

– Ждем Кирюху.

– Кого?

Уже спросив, Лу вдруг поняла, что она просто клиническая дура. Рома с самого первого момента знакомства казался ей знакомым не просто так. Он был старшим братом Кирилла Андреева, который учился в параллельном классе. Захотелось стукнуться головой о машину – как можно было не спросить даже фамилию парня, с которым вроде как встречаешься?!

Роксана и Рома, поглощенные обсуждением какого-то знакомого, даже не заметили, как резко притихла и побледнела Лу. Она уже подумывала о том, чтобы сбежать под благовидным предлогом, но не успела. К ним приблизился Кирилл.

– Кирюх, привет, – Рома махнул брату рукой. – Это Рокса, моя бывшая одноклассница, а это Лу – ее сестра.

– Знакомы, – кисло сказал парень и уселся на переднее сиденье.

Девушки устроились сзади, и они поехали куда-то за город. Роксана о чем-то переговаривалась с Ромой, а Кирилл молча пялился прямо перед собой. Лу почувствовала вибрацию телефона и увидела новое входящее сообщение от Ромы.

«Ты могла бы сидеть рядом».

Ей ужасно захотелось врезать самодовольному Роме, наблюдавшему за ней в зеркало заднего вида. Но так как подобной возможности у нее не было, она засунула в уши наушники и сделала вид, что ее здесь нет.

Они добрались быстро, припарковались и пошли по какой-то тропинке прямо в лес. Минут через пять они вышли на укатанную дорожку, вдоль которой встречались лавочки и столики.

– Как тут цивильно стало, – удивленно заметила Роксана.

– Это все буквально пару лет назад устроили.

– Прикольно. – Девушка с удовольствием вдохнула запах леса. После шумной и серой Москвы это было очень приятно. – Тут красиво.

– А то.

Лу и Кирилл плелись за ними, чувствуя себя бесполезными младшими детьми. Парень то и дело косился на свою училку и на брата, который весело с ней болтал, а Лу шагала рядом, все так же не вынимая наушников из ушей. Ей не нравилось смотреть, как эти двое веселятся, в то время как она снова тащится сзади. Но Рома был прав – сама виновата.

Их заметили еще издалека. Друзья Ромы начали махать руками и что-то выкрикивать. Кто-то уже жарил шашлык, а кто-то возился с кальяном. Две девушки накрывали шатающийся стол. Роксана тут же перезнакомилась со всеми, кого не знала, а с остальными тепло поздоровалась. Ей сразу налили вино в пластиковый стаканчик и принялись вспоминать былые деньки. Она была так рада видеть знакомые лица спустя много лет, что на некоторое время совсем позабыла об угрюмо стоящей в сторонке Лу.

– Эй, привет, не поможешь нарезать огурцы?

Лу увидела перед собой высокую, худенькую, как щепочка, девушку Стаса, которую вроде звали Мариной.

– Конечно.

Лу почти с радостью подключилась к делу, стараясь не смотреть в сторону костра, где Рома весело трепался с друзьями и Роксаной.

Увидев, что Кирилл стоит как неприкаянный, Маришка и его подключила к работе, щебеча о том о сем. Школьники ее особо не слушали, сосредоточенно нарезая овощи и не глядя друг на друга. Между ними еще пару лет назад пробежала черная кошка по имени Толик – друг Кирилла, которого Лу терпеть не могла. И Кирилла она безжалостно внесла в список школьных придурков, в который входила почти вся школа, вместе с преподавательским составом.

За несколько лет они и словом-то не перекинулись, а тут сидят на расстоянии вытянутой руки. Это лишь добавляло дискомфорта в и без того не самую удачную для Лу ситуацию.

– Так эта – твоя сестра? – вдруг спросил Андреев.

– У «этой» есть имя. – Лу особенно яростно взмахнула ножом, брызгаясь соком помидора.

– Неудачница, – фыркнул Кирилл, как-то почти беззлобно. Скорее насмешливо.

– Придурок.

– Ребята, мы всё! – объявила Маришка. – Спасибо за помощь. – Девушка подмигнула и поставила на стол бутылку виски. – Выпиваем?

Кирилл перехватил у нее бутылку и разлил темную жидкость по стаканчикам.

– Тебе с колой? – спросил он у Лу.

– Ага, – она кивнула, протягивая ему свой стакан.

Не успели они допить, как первая партия шашлыков была готова, и все собрались у стола.

– О, Ромк, это твой брат? Года три его не видел. Вы вообще одно лицо. – Стас дружелюбно хлопнул парня по плечу. – Привет, Кир.

– Ну, братья мы или как? – Рома потрепал брата по волосам. Младший демонстративно скривился, вызвав этим всеобщий смех. – Тоже будущий юрист.

– Вот прям удивил, – расхохотался Стас. – В вас, Андреевы, я ни капли не сомневался. Рокса, а ты чего с сестрой не знакомишь? – вдруг спохватился парень.

– Ой, – шутливо хлопнула себя по лбу Роксана, – это все семиклашки, у меня после них каша вместо мозга. Ребят, это Лу, моя сестра.

– А я тебя, кажется, где-то видела, – вдруг нахмурилась Ната, невысокая пухленькая девушка – подружка Марины.

– В нашем городе все друг друга хоть раз, да видели, – фыркнула Лу, прячась за стаканчиком.

Все вдруг стали как-то пристально ее рассматривать, что оказалось для нее бóльшим испытанием, чем быть невидимкой. Ей всегда становилось неловко в малознакомых компаниях, в отличие от того же Кирилла, который уже вовсю обсуждал какие-то спорные исторические моменты с долговязым парнем.

– Нет, Марин, ну посмотри, точно встречались же. – Ната дернула подругу за рукав, привлекая ее внимание.

– Нат, ты чего? На той неделе в клубе, не помнишь?

Марина тут же вспомнила невысокую девушку с красивым голосом, выступавшую на прошлой неделе.

– Точно! У тебя шикарный голос, мы должны выпить на брудершафт!

Лу вскинула глаза на Роксану, которая по-доброму смеялась над смущенной сестрой. Поняв, что спасать ее она не собирается, Лу переплела с Натой руки и опрокинула свой стакан, с трудом избежав поцелуя в губы. Наспех клюнув Нату в пухлую щеку, она вывернулась и подошла к Роксе.

– Твоя первая фанатка, – хихикнула блондинка, делая глоток вина. – Ты популярна, как я погляжу.

– Иди ты, – добродушно отмахнулась Лу.

– Как тебе тут? Порядок? – шепотом спросила старшая.

– Норм. Правда, я не знала, что Кирилл – брат Ромы.

– К сожалению, в семье не без урода, – скривилась Рокса. – Мерзкий тип.

– И не говори.

* * *

Рома довольно наблюдал, как Кирилл быстро влился в компанию. Он с удовольствием отметил, что к брату относятся как к равному и никто не смотрит на него