Никогда не говори никогда - Аврора Роуз Рейнольдс

За последние пару дней я переписывалась с ней пару раз по смс, но она была так занята, бегая с тетей Люси, что мы не смогли поговорить по телефону, что меня устроило.

Оглядываясь по сторонам, я задаюсь вопросом, что мне следует делать. Мама не знает, что меня нет в городе, и я даже не готова объяснить ей эту ситуацию — не то чтобы я когда-нибудь буду готова. Подойдя к глухой стене за дверью, я становлюсь к ней спиной и провожу пальцем по экрану.

— Привет, мам, — я улыбнулась ее хорошенькому личику и испытываю немалое облегчение, увидев, что на щеках у нее больше румянца, чем в последний раз, когда я ее видела.

— Привет, милая, — она улыбается в ответ, но тут же хмурится. — Ты только проснулась?

— Да, — я бросаю взгляд на часы на своем мобильном. — У меня сейчас только начало восьмого, помнишь? Разные часовые пояса.

— О да, — она смеется. — Значит, ты рано встала.

— Я следую твоему совету и стараюсь не тратить все свое время на просмотр телевизора.

— Молодец, — я наблюдаю, как мама выходит на улицу, и вижу голубое небо над ней, когда она садится. — Итак, чем ты занималась?

— Немного тем, немного этим.

— Что это значит?

— Кексик, кинь мне мое полотенце. Я забыл его взять, — зовет Джейс, открыв дверь ванной, и, клянусь, мой желудок уходит в пятки, когда я наблюдаю, как у мамы отвисает челюсть.

— Кексик? — шепчет мама, а я съеживаюсь от нелепого прозвища, быстро хватаю полотенце Джейса с края кровати и бросаю его в сторону ванной.

— Спасибо, — он закрывает за собой дверь после того, как поймал его, и я сползаю на пол.

— Тебе нужно объясниться, юная леди, — шипит мама, и я закрываю глаза.

— Я объясню, но не прямо сейчас, — тихо говорю я, и ее глаза сужаются.

— Почему не прямо сейчас?

— Потому что это слишком сложно объяснить по телефону, — я убавляю громкость, чтобы никто, проходящий мимо за дверью спальни, не услышал.

— У тебя неприятности?

— Нет, — я отчаянно качаю головой. — Вовсе нет. Я просто… — о боже, что я должна сказать? — Я нашла работу, и это мой босс, Джейс. Я сейчас с ним на работе, — шепчу я.

— Твой босс.

— Да.

— И ему нужно, чтобы ты дала ему полотенце, и он называет тебя кексиком?

— Как я уже сказала, это сложно.

— Это что, одна из тех новых сексуальных штучек?

— Что? — я не могу удержаться от истерического смеха, который вырывается наружу.

— Я прочитала статью, в которой люди встречаются, чтобы заняться сексом и поиграть в ролевые игры.

— Боже мой, мам! Фу, нет. Это совсем не так, — я чувствую, как мое собственное лицо вспыхивает. — Он мой босс, и на этой неделе ему понадобилась моя помощь.

— У тебя есть работа?

— Да.

— Почему ты устроилась на работу? Тебе всегда нравилось отдыхать летом. Ты в порядке? Что-то случилось?

— Ничего не произошло. Я просто подумала, что было бы неплохо выбраться из дома, как ты и предлагала.

— Хочешь кофе? — спрашивает Джейс, выходя из ванной в одних баскетбольных шортах, затем его взгляд падает туда, где я сижу на полу. — Что ты там делаешь?

— Разговариваю с мамой, — я смотрю на нее на экране. — Можно я тебе перезвоню?

— Тебе не обязательно прерывать разговор со своей мамой, — мягко говорит Джейс, и я удивляюсь, как я оказалась в такой ситуации. О, точно. Я жадная до денег идиотка.

— Дай мне увидеть его, — просит мама, и я не хочу, правда не хочу, но все равно поворачиваю телефон в его сторону.

— Привет, миссис Бивер, — Джейс дарит ей одну из своих очаровательных улыбок, и, клянусь, я слышу, как она вздыхает.

— Я чувствую себя в невыгодном положении, — говорит мама. — Вы знаете обо мне, но я впервые слышу о вас.

— Пенни, — он издает цокающий звук. — Всегда полна секретов, — он подмигивает мне, и я пристально смотрю на него, слыша мамин смех.

— Она всегда умела держать все в себе, — соглашается мама, и я возвращаю телефон обратно.

— Что ж, теперь вы познакомились. Могу я позвонить тебе, когда у меня будет несколько минут днем?

— Можешь.

— Я позвоню. Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, и рада была познакомиться с тобой, Джейс, — кричит она.

— Я тоже, миссис Бивер. — Уронив телефон на пол у бедра, я закрываю лицо руками.

— Ты никогда не говорила мне, что твоя мама больна, — мягко говорит Джейс, убирая мои руки от лица, заставляя меня посмотреть на него. Выражение его лица почти заставляет меня забраться в его объятия. Оно мягкое и наполнено теплом, которого я от него не ожидала. С другой стороны, в нем есть много такого, чего я бы не ожидала.

— Это не так.

— Детка, я знаю, как выглядит человек, прошедший химиотерапию. Бабушка болела несколько лет назад.

— Она болела? — спрашиваю я, и он кивает.

— Мама закончила свое последнее лечение несколько недель назад, и теперь у нее нет рака. В том смысле, что ей нужно пройти какое-то ежемесячное обследование, когда она вернется от моей тети, просто чтобы убедиться, что рак не вернулся, но больше никакой химиотерапии.

— Это хорошо.

— Да, — соглашаюсь я, и он протягивает руку, касаясь моей переносицы. — Синяка нет.

— Слава богу, — я трогаю то место, где была его рука, и обнаруживаю, что оно все еще немного побаливает.

— Как насчет кофе? — спрашивает Джейс, и когда я начинаю кивать, раздается звуковой сигнал, заставляя меня подпрыгнуть.

— Что это было? — я оглядываюсь на окно позади меня.

— Сегодня понедельник, — он встает и протягивает руку. — Сегодня начинаются соревнования.

— Я только что присоединилась к «Голодным играм»? — Я наблюдаю, как он смеется, затем поднимает два пальца и подносит их к губам. — Ты видел этот фильм?

— Конечно, смотрел, — Джейс выводит меня из комнаты на кухню, где все