Тихоня. Тайный малыш для босса - Роза Александрия

хорошо. Здесь я могу обеспечить тебе уход получше, чем в любой из больниц. Поверь. Тебя осматривали самые высококвалифицированные врачи, лучшие лекарства и круглосуточное наблюдение…

Мужчина рассказывает о том, что со мной теперь все будет хорошо, а я вдруг вспоминаю разговор двух мужчин.

Точно! Вишневский накричал на неизвестного мне мужчину, угрожая всем на свете и говоря, что забирает меня к себе.

Да, зная Максима Александровича и его методы, уверена, что он быстро добился желаемого. Но зачем ему это?

***

— Ладно, получается, я у тебя дома, — констатирую факт я, а Вишневский ухмыляется:

— Ты очень быстро это поняла. Как у тебя получилось?

— Хватит прикалываться, мне и так плохо! — осаждаю я босса, а тот прокашливается.

— Извини, да, неудачна шутка.

— Так, а что с Еленой в итоге? И что с Валентином?

— Ну, я разобрался с ними… По-своему…

— Ты их убил?! — подскакиваю я, чувствуя, как резко закружилась голова.

— Нет, ты что! Успокойся! — подбегает ко мне Максим Александрович и укладывает обратно, подпихивая одеяло под бока.

Заботливый.

Только сейчас понимаю, что на мне ночная рубашка, абсолютно неизвестная мне. Что это? Кто меня переодевал?

— Все с ними хорошо! В физическом плане. Но поверь, они понесут свое наказание!

— Верю…

— Ладно, довольно болтать. Ты должна поесть!

После слов Вишневского у меня и правда начинает урчать желудок. Мужчина слышит это и кивает сам себе.

— Сейчас принесу.

Он идет к двери, а я решаюсь окликнуть его:

— Максим Александрович…

— Василиса, давай на «ты»? На работе, так уж и быть, обращайся полным именем. Но ты у меня дома отлежала две недели, практически голая, в бессознательном состоянии. Думаешь, мы еще недостаточно близки, чтобы перейти на «ты»?

Я чувствую, как к щекам приливает кровь, и натягиваю повыше одеяло.

— Хорошо. Максим, спасибо!

Мужчина усмехается и, кивнув, выходит за дверь. А я задумываюсь обо всем, что только что услышала от босса.

Боже, вот это влипла! Надо же быть такой неудачницей! Чуть не погибла от рук ревнивой девицы. Да и то на ровном месте!

Закрываю глаза и тут же проваливаюсь в сон, даже не дождавшись еды.

Просыпаюсь от легкого прикосновения к плечу.

— Василиса, проснись! Ты должна поесть, — будит меня Вишневский, и я нехотя открываю глаза.

— Уже?

— Всегда! Давай приподнимайся! — Он помогает мне сесть и ставит большой поднос на подставку над моими коленями.

— Ты это все сам? — удивляюсь я, разглядывая всевозможные угощения.

— Нет, конечно! У меня есть домработница, повара, охрана, горничные…

— Тогда почему ты сам носишься со мной? Разве не легче было нанять сиделку? — поднимаю брови я, приступая к еде.

— Ты слишком много задаешь вопросов, Тихонова! Или тебе не нравится, как я за тобой ухаживаю?

— Нет, все отлично… — шепчу я, снова краснея.

Вот что поделаешь с собой, когда он такой заботливый, милый, да и ведет себя так, будто я для него много значу.

— Тогда ешь, — усмехается Максим и садится напротив.

— Что со встречей? — спрашиваю я, прожевывая невероятно вкусный омлет.

— С какой? — хмурится Вишневский, а я напоминаю:

— Ну с менеджером «Сомласт Строй».

— А, упустили мы эту возможность…

— Прости. Если бы не я, ты бы заполучил его себе в штат.

— Не бери в голову! Тебе не за что извиняться. Все поправимо. Но ты должна побыстрее выздороветь! Через две недели встреча с инвесторами США, на которой они дадут заключительное решение по поводу слияния.

— О, даже так?

— Да, ты думала, почему твой Джейк все еще не уехал и мозолит мне глаза? — усмехается Вишневский, но улыбка не касается его глаз.

— Он не мой! — бубню я.

— Ладно-ладно, давай ешь, — примирительно поднимает руки Максим и начинает рассказывать о том, что произошло на фирме, пока я была без сознания.

А произошло довольно много. Вишневский и правда вначале нанял сиделку, опытную медсестру со стажем. Она делала мне капельницы, мыла и переодевала меня, но потом мужчина ее отправил домой, решив справляться сам. Теперь женщина приходит лишь раз в день, чтобы сменить нательное белье и помыть меня. А еще проследить за выполненными процедурами.

— Можешь дать мне телефон? — прошу я Вишневского, оставляя поднос. Замечаю его напряженный взгляд и улыбаюсь:

— Да я Нине Михайловне хочу позвонить, а не Джейку!

— А я что? Я ж не против, звони хоть Джейку! — пожимает плечами Максим, но по лицу видно, что он очень даже против.

Ну ладно, не буду дразнить льва. Тем более это он меня спас, а не Джейк.

Я набираю Нину Михайловну и долго выслушиваю ее вздыхания о том, как она переживала. Слышу по голосу, что она поменяла свое мнение по отношению к Вишневскому. Уж больно с восхищением она о нем говорит. Мы договариваемся о том, что она приедет вечером, и я со спокойной душой снова засыпаю.

Максим Александрович поправляет мне одеяло и тихонько выходит из комнаты.

Дальнейшие дни до встречи с инвесторами проходят очень быстро. Вишневский, как и обещал, усиленно пытается поставить меня на ноги, буквально пичкая витаминами, а вечером нагружает информацией по работе.

Я уже могу вставать и даже немного хожу по комнате. Чуть позже я уже выхожу из нее и прохожусь по дому. Он такой огромный, что я смогла обойти его только за три дня. Но сказывалась еще усталость, конечно!

Мне нравится дом Вишневского. Здесь мало мебели и очень много пространства. Все вокруг наполнено солнечным светом и воздухом.