Любовник (СИ) - Рузанова Ольга

Не хочу, потому что нечего там оживлять. Не было у нас с Костей никогда ничего подобного. Ни одной искорки ни разу не вспыхнуло. Ничего, что хотя бы отдаленно напоминало то, что происходит между мной и Егором.

Поэтому я отпускаю ситуацию и с головой ухожу в наш тайный роман. Костя, постоянно пребывая в собственных мыслях, словно существует в другой реальности. Не замечает, что с его женой происходит что-то странное. Что я часто пропадаю по вечерам, зачастила к маме, Рите и слишком серьезно отношусь к ремонту своей квартиры.

И главное – он не настаивает на сексе и легко верит, что у меня снова болят голова, живот, спина, началась менструация или я жутко устала, бегая по магазинам.

Его все устраивает. Меня – тем более.

Как долго это продлится, известно только Богу, но в одном я уверена точно – добровольно от Егора я не откажусь.

Сегодня у меня снова «визит к маме», уже второй на этой неделе. Мне ужасно стыдно прикрываться ее гипертонией, но я снова иду на сделку с совестью.

А когда, уже около полуночи, по пути домой вынимаю из сумки телефон, вижу в нем пропущенные от мужа и от мамы.

По телу проходит ледяной озноб. Попалась.

Припарковавшись на автобусной остановке, набираю Костю. Поздно соображаю, что для начала нужно было позвонить маме, отключиться не успеваю, потому что муж отвечает.

- Вика! Ты где?!

- Я?.. Домой еду, а что случилось?

- Мне позвонила твоя мама и сказала, что не может до тебя дозвонится.

- Да?

- Ты ведь у нее должна была быть?

Черт. Чччерт!!! Вот это засада!

- Я у Риты была, Кость. Она приболела и попросила привезти лекарства.

- Понятно, - проговаривает после непродолжительной паузы, - а с телефоном что?

- В сумке на беззвучном был.

Вру, а сама болезненно морщусь. Тошно-то как! Завралась совсем.

- Я уже подъезжаю, - добавляю, прежде чем отключиться.

И тут же звоню подруге. На всякий случай, потому что у мужа ее номера нет.

- Ты охренела, Воробьева? На часы смотришь? – ворчит сонно в трубку.

- Рит, прости. Если что, я сегодня весь вечер у тебя была.

- Хм, охренеть… Ты там осторожнее будь и заранее меня о таком предупреждай.

- Хорошо, спасибо!

Отбиваюсь и перезваниваю маме.

- Мамуль, привет! Не разбудила?

- Уснешь тут, когда родную дочь неизвестно, где черти носят! Ты зачем мужа обманываешь?!

Я мысленно вся скукоживаюсь, потому что с детства боюсь этого маминого командного тона. Она им меня за плохие оценки отчитывала и за порванные новые колготки.

- Я не обманываю, мама. Я просто забыла предупредить, что поменялись планы. Зачем ты мне звонила? – пытаюсь перескочить на другую тему, - случилось что-то?

- Ничего не случилось, - отвечает уже спокойнее, - у твоего мужа не за горами юбилей. Хотела спросить, что ему лучше подарить.

На мгновение теряюсь. Я забыла! Впервые за три года брака я забыла о знаменательной дате. Мать твою, юбилей! Как я могла?

- Еще целых три недели до него.

- Всего три недели, - поправляет мама, - так, что мне подарить зятю?

- Я не знаю, мам, давай я подумаю, и завтра мы с тобой созвонимся. Я просто за рулем сейчас.

Отключившись, прячу телефон в карман и, опустив стекло, дышу сырым после дождя, прохладным воздухом. Наполняю легкие, глупо надеясь, что это поможет мне очиститься.

Не помогает. Я увязаю во лжи все глубже. Во рту горечь, а на коже мерзкое ощущение как от липкой паутины.

Понимаю, что с этим нужно что-то решать. Прекратить встречаться с Егором, что для меня сейчас смерти подобно, или признаться мужу и попросить развод, что тоже звучит пока апокалиптично.

Долго играть за два лагеря у меня не получится.

Когда я возвращаюсь домой, Костя, к счастью, уже спит. Приняв душ, выпиваю чашку чая с мелиссой и тихо укладываюсь рядом.

- Вика? – отнимает голову от подушки, - ты поздно.

- Да, Рита приболела… что-то с почками, - снова несу бред, делая в голове пометку, предупредить завтра подругу, что у нее внезапно развилась мочекаменная болезнь.

- Кошмар, - бормочет сквозь сон, тут же снова засыпая.

Я же еще долго лежу на спине и смотрю в потолок. В голове Егор. В последнее время кроме него, там больше никого не бывает. Я думаю о нем всегда. Когда засыпаю, просыпаюсь, еду за рулем, занимаюсь домашними делами и даже – разговариваю с мужем.

Я все время их сравниваю и все чаще ловлю себя на мысли, что Костя меня раздражает. Своим невниманием ко мне, холодностью, равнодушием, но не только. Меня бесят его голос, запах, походка, то, как он ест и не убирает за собой посуду. Бесят разбросанные им повсюду вещи. Залитый водой пол в ванной, мокрое полотенце, носки на коврике у кровати.

Как раньше я все это терпела? Более того, находила особое удовольствие ухаживать за ним, подстраиваться, в угоду ему менять свои вкусы и привычки. Считала это залогом крепкой семьи? Доказательством моей к нему любви?

А он нуждался в этом? Просил? Замечал, как я стараюсь?

Мне кажется, нет. Потому что сейчас, когда я перестала сидеть у окна, дожидаясь его с работы, сервировать стол к его приходу, приставать с расспросами о том, как прошел день, он не замечает перемен.

Или предпочитает их не замечать.

Утром следующего дня муж улетает в командировку на три дня. Три дня свободы без оглядки на мой статус.

- Тебя долго ждать? – спрашивает Егор в трубку, когда я паркуюсь на стоянке супермаркета недалеко от его дома.

- Десять минут, - отвечаю игриво.

- Я жду тебя в машине.

Сегодня он обещал куда-то меня свозить. Куда именно, не сказал, но велел одеться удобно. Я выбрала джинсы, кроссы, легкую белую куртку и такую же бейсболку.

Поставив Мерс на сигнализацию и, опустив козырек на глаза, быстрым шагом иду во двор его дома. Он действительно сидит в своем джипе и разговаривает с кем-то по телефону.

Увидев меня, отключается и смотрит так, что по ногам тут же разливается слабость, а под пупком бьют крыльями бабочки. Я знаю, о чем думает, потому что думаю об этом сама.

Мы с ним два извращенца.

- Привет, - выдыхаю тихо, усаживаясь с ним рядом.

Меня мгновенно окутывает его плотная аура. Приводит в дисбаланс дыхание и сердцебиение и вгоняет в краску.

- Проводила мужа?

- Да.

- За*бись… снимай кольцо.

Снимаю обручальное кольцо и прячу его во внутреннем кармашке куртки. А потом нагло требую свой поцелуй. Закидываю руки на его шею и встречаю вторжение сильного языка. Целуемся, пока я не начинаю ерзать попой на сидении и постанывать Егору в рот.

- Не поедем сейчас никуда, - смеется он.

- Нет – нет… все, я больше не буду! Поехали, - восклицаю я, - куда, кстати?

- Сюрприз. Тебе понравится.

Глава 31.

- Ты же не думаешь, что я сяду на это? – показываю пальцем на огромный черный байк.

Егор привез меня в одну из своих детейлинг – студий. Я думала, на экскурсию, а даже успела обрадоваться, потому что давно мечтала посмотреть на это собственными глазами. Но вместо экскурсии выгнал из гаража своего монстра и теперь протягивает мне темно-серый мотоциклетный шлем.

- Куда ты денешься, Киса?

Я еще раз осматриваю урчащую махину и жалобно ною.

- Я боюсь.

- Он не кусается, - подходит ко мне, и, сняв с меня бейсболку, сам надевает шлем.

- Я никогда не ездила на мотоциклах…

Господи, да я даже смотреть на них боюсь! Это самый опасный вид транспорта.

- Все когда-нибудь случается первый раз, - приговаривает, тихо посмеиваясь и застегивая на моем подбородке ремешок.

Я трусливо хнычу, чем смешу его еще больше. Шлепнув по ягодице, легонько подталкивает к байку.

- Это твоя подножка, - показывает пальцем на серебристую деталь, - сначала я сажусь, потом ты. Поняла?

Убито киваю. Выбора у меня нет, поэтому придется переступить через свои страхи.

- Держишься за меня и наслаждаешься поездкой. Все понятно?