Пустая страница - Мери Ли

class="p1">Сглатываю ком и спрашиваю:

– Для чего?

Лицо Дориана максимально серьезное.

– Мы должны дать шанс.

– Кому?

– Нам.

– Дориан, я…

– Останься, хотя бы до праздника в честь Рида, а потом, если ты не передумаешь, я сам увезу тебя туда, куда ты пожелаешь.

После этих слов наступает тишина. Он ждёт ответа, а я не знаю, что делать. Если сейчас вернусь, мне будет сложнее уехать потом. Эта попытка и так далась нелегко, но я всё же утвердительно киваю.

– Отлично. Поехали домой.

Мы возвращаемся в город и подъезжаем к домам Дориана, всё на том же пороге сидит Дутти, но теперь она не одна. Её несменные подруги расположились по обе стороны от блондинки. Олли, смотря на меня, утвердительно кивает и подмигивает, а Шайла поднимает большие пальцы вверх.

Это глупо, но у меня появляется чувство, словно я вернулась домой. Как этим людям удалось стать мне родными, в то время как мой жених не справился с этим за четыре года?

Всё просто, они мне зла не желают, в отличие от Ника.

Глава пятнадцатая

"Порой так хочется верить, что мечта может стать реальностью, а все внутренние демоны сгорят в лучах счастья".

Дневник Кайлы

* * *

Неделя до приёма в честь Уильяма Рида проходит в идеальной обстановке. Я много времени провожу с Дорианом, он каждый день показывает мне город. Мы уже сходили в музей часов, несколько раз посетили кафе, прогулялись по парку, были на пристани и даже жарили стейки на барбекю. Я помогала, и, к счастью, в этот раз ничего не испортила, скорее из-за того, что я просто подавала тарелки. Больше всего мне нравилось время наедине с ним. Я многое узнала о Дориане, в детстве он был далеко не паинькой и часто попадал в передряги, но всегда восхищался полицейскими, которые ловили преступников и рисковали своей жизнью ради других. Он любит старое кино и черный кофе. Ради мамы и друзей перевернет землю и вернет всё на место, если того потребуют обстоятельства.

В такие вечера, смотря на него, я думала об одном, почему я не встретила его раньше. До того как испортила свою жизнь. Я сломана внутри, но рядом с ним забываю об этом.

Но стоит остаться одной и взять в руки дневник, как я моментально оказываюсь в аду. В том проклятом дне, когда совершила преступление.

Скажите мне, какие отношения могут быть у беглой преступницы и полицейского. Всё было обречено на провал задолго до нашей встречи.

Если откинуть в сторону мою прошлую жизнь, то все эти дни проходили в ожидании чего-то грандиозного и правильного. Мы обменивались многозначительными взглядами, случайные касания оказывались вовсе не случайными.

Нас непреодолимо влечет друг к другу, но никто не переходит грань.

Каждый вечер Дориан провожает меня до дома, целует и уходит, а я хочу отправиться следом. Если бы не тот багаж, что остался позади, я бы давно отправилась за Дорианом, но понимание того, что я не могу лгать ему вечность, убивает меня.

Сплетная троица решила посещать меня через день, они приходят как на работу. Дамы приносят с собой еду: то печенье, то пирог. Располагаются всё на тех же местах и начинают щебетание. И я стала включаться в разговор. И каждый раз, когда они собираются уходить, я хочу попросить их остаться ещё ненадолго.

Именно Скайвилль и его жители показали мне, насколько я была одинока.

Сегодня состоится приём в честь назначения Рида. Прохожу мимо вешалок в магазине и разглядываю вечерние платья. Они все милые и я не знаю, какое выбрать. Дориан предложил оплатить наряд, но я отказалась. Не знаю, где буду брать деньги в дальнейшем, но решила, что должна купить себе платье сама.

– Как тебе это? – спрашивает Шайла.

Выглядываю из-за стеллажа и вижу откровенно шлюшье платье, оно невообразимо короткое, если бы я не знала, что это платье на взрослую женщину, приняла бы за топ на подростка.

– Маловато ткани, – отвечаю я и поджимаю губы.

Шайла закатывает глаза и, вешая клочок ткани на стеллаж, причитает:

– Я тебя умоляю, такое тело, как у тебя, не стоит прятать. Думаю, Дориан бы оценил.

Шайла перестает листать платья, поглядывает на меня с лисьей улыбкой и спрашивает:

– Или уже оценил?

– Прекрати, – шепчу я.

– Что в этом такого? Вы взрослые ничем не обремененные люди. Ходите постоянно вместе и смотрите друг на друга влажными телячьими глазами. Логично, что все вокруг считают, что и ночи вы проводите вместе.

– Это не так.

– Почему?

Озираюсь по сторонам и спрашиваю:

– Нам обязательно говорить об этом именно сейчас?

Шайла пожимает плечами.

– Не знаю, но тема довольно интересная. Вот Олли считает, что ты просто маринуешь нашего блюстителя порядка, ждёшь, когда дорожка из его слюней смоет главную площадь Скайвилля.

– Вы меня обсуждаете?

– Конечно. Это своего рода наша работа. Мы знаем всё и обо всех.

Шайла говорит это с таким достоинством, что я на мгновение теряюсь.

– А вот Дутти говорит, что Дориан сам не напирает на тебя и ждёт подходящего момента.

– А ты?

– Я? Ну как сказать, – подбирая слова, говорит Шайла, – я думаю, вы уже давно пролистали первую треть камасутры.

Шайла играет бровями, и я прыскаю от смеха.

– Вы невыносимы.

Возвращаюсь к разглядыванию платьев и погружаюсь в свои мысли. Весь город судачит о нас, но меня это больше не напрягает. "Влажные телячьи глаза", – это нужно будет загуглить.

Шайла взвизгивает, я вздрагиваю и выглядываю из-за стеллажа. Она держит в руках бирюзовое платье в пол. Широкие бретельки, среднего размера вырез спереди и максимально глубокий сзади.

– Примерь его, – воодушевленно произносит она.

Тут я даже не спорю. Цвет великолепный, да и ткани достаточно. Забираю платье и отправляюсь в примерочную. Смотрю на ценник, и он меня радует. Натягиваю на себя платье, застегиваю сбоку молнию и любуюсь собой в зеркало.

– Ну как? – спрашивает Шайла по ту сторону перегородки.

– Мне нравится.

– Покажи.

Открываю дверь и медленно кручусь.

– Берем его? – спрашивает Шайла.

– Думаю, да.

Девушка улыбается и снова поднимает большие пальцы вверх. Как я поняла, она делает это в любой более-менее подходящей ситуации.

Забрав покупки, отправляемся в кафе. Обсуждаем день, Шайла рассказывает о Рене, она вчера уехала из города, решила посетить подругу. Это официальная версия, но Шайла-то знает, что она уехала из-за Дориана и меня. Мне должно бы быть как минимум неуютно, но я не чувствую к Рене никакой жалости. Она сама виновата в том, что Дориан отвернулся