Наумовна. Начало - Нина Юрьевна Князькова

- Из этих сегодняшних… она выглядит нормальнее всех, - Макаровна неопределенно махнула рукой. – Что, вычеркиваешь из списка?

- Ставлю галочку, - Агриппина улыбнулась. – Все-таки иногда для счастья людей надо просто оставить в покое, - констатирована она, пряча блокнот на место.

- Так может и не будем тогда никому счастье устраивать? Пускай всё сами…, - понадеялась Марька.

- Ага, три раза. Сами только ёжики колючие. А тут просто нужен правильный подход. То есть, знакомим и в кусты, - решила Наумовна изменить подход к делу.

- Думаешь? – Макаровна скептически хмыкнула. – Ну что ж, будем пробовать. Кто там у нас следующий на очереди?

- Да не знаю пока. Ой, вон Милка идёт, - увидела она соседку. – Милена, замуж-то ещё не вышла?

Миниатюрная женщина чуть сбавила шаг.

- Нет, - покачала она головой.

- Мужика тебе надо, - довольно констатировала старушка.

Глава 11. Криминальный план

Марька, утаптывая скрипучий снег, кругами ходила вокруг скамейки. Сегодня они с Наумовной решили посовещаться в сквере за домом, но её подруга чего-то запаздывала. Макаровна изо всех сил пыталась сохранить спокойствие, но, зная природную пунктуальность Агриппины, уже начала волноваться.

Наумовна явилась через пять минут. Шагала, недовольно чеканя шаг и впиваясь палкой в снег. Снега к новому году выпало много, так что дворники не всегда успевали вовремя убирать его. Вот и сегодня не успели, а ведь до праздника осталось не больше пяти дней.

- Ты чего так долго? – Макаровна тут же прекратила топтаться на месте и пошагала навстречу подруге.

- Ой, долго рассказывать, - отмахнулась Наумовна.

- Так мы никуда и не торопимся. Метель только к вечеру разыграется, - прикинула пенсионерка.

- Ты-то почём знаешь? – Незлобливо проворчала Агриппина и устроилась на заснеженной лавочке.

- У меня с утра колени болят, - Макаровна примостилась рядышком. – Ну, чего там у тебя случилось?

- Да, Филька созвонился с родителями, и они решили на меня колокольчик повесить. Вот, - она вытащила из кармана кнопочный телефон. – Филька с утра привёз. Велел всегда с собой носить. Я к нему шнурок попросила, чтобы на шею повесить и не потерять, раз уж они на меня, как на корову….

- Ой, у меня такой же есть. Петька принес. Он у меня в буфете лежит, - припомнила Марька. – Так чего ты задержалась-то? Филька от тебя два часа назад уехал.

- Филька уехал после того, как с моего телефона всем позвонил и уведомил, чей это номер. Я только оделась, чтобы к тебе идти, как на эту штуку позвонил Мишка. Я имя не увидела, по голосу поняла, когда на зелёную кнопку нажала, - Наумовна потрясла телефоном и запихала его обратно в карман. – Ты представляешь, чего учудил этот паршивец? Он кредит взял, чтобы выкупить какой-то прогоревший бизнес. Говорит, что разбирается в этом. Нет бы у отца денег взять, так решил сам всё делать….

Макаровна ткнула подругу локтем в бок.

- Грипка, так правильно это. Дети вырастают и должны сами крутиться. Чего с ними нянчиться-то? А кредит взял…. Всякое бывает. Ты сама мне сколько раз говорила, что детей надо уметь отпускать. Вон мою вообще куда унесло, - Макаровна махнула рукой.

- Это да, - Агриппина поправила платок и оглядела сквер. – Ну, так что у нас с нашим делом? Есть хоть какие-то подвижки?

- Неа. Уже месяц, как никого замуж не можем выдать. Эх, - Марька скривилась и тоже осмотрела пустой скверик. – Может быть, нам чем-то другим заняться?

- Это чем? – Наумовна с удивлением посмотрела на подругу. – Ты предлагаешь вместе с Ильиничной сплетни по двору разносить? Или, как Петровна носки вязать?

- Носки – это не так плохо, - покачала головой Макаровна. – Не так весело, конечно, как людей друг для друга находить, но тоже ничего.

- Нет уж! Подумаешь, перерыв в деле случился. Вот после нового года снова все станут несчастными, тут-то мы людям и подсобим. Да и вязать я не умею, - Агриппина поднялась со скамейки. – Идем чай пить, зябко что-то стало.

Тихо переговариваясь, они добрались до подъезда и… Наумовна резко остановилась. Сама не поняла почему, но остановилась. Не ожидавшая такого манёвра Макаровна уперлась в её спину и едва не упала на дорожку.

- Куда? – Агриппина подхватила подругу и подтолкнула ту к скамейке. – Ты это чего падать удумала? Переломов в нашем возрасте нам ещё не хватало.

- Так ты чего остановилась-то? – Марька, тяжело дыша, откинулась на ледяную спинку скамьи. Перепугалась.

- Не знаю, - Наумовна примостилась рядом. – Возникло такое ощущение, что кому-то мы здесь нужны.

- И кому же? Никого тут нет, - развела руками Макаровна.

- А вот и есть, - Агриппина с удивлением рассматривала видавшую виды «Калину», припаркованную неподалёку от мусорки. В машине определённо кто-то был. Но ведь пенсионерка своими глазами видела, как машина въезжала во двор, когда сама она спешила на встречу в скверик. – Глянь-ка. Кто это там? – Она зашагала в сторону мусорки.

- Так это ж Владка Топорова. Ну, социальный работник. Она Петровне продукты носит, когда у той дочь в отъезде, припомнила Марька.

- Точно. Она, - обрадовалась Наумовна и припустила к машине, из которой слышались какие-то странные завывания. Подойдя, она увидела, как высокая фигуристая женщина практически лежит головой на руле и плачет, закрыв лицо руками. Старушка нахмурилась и постучала по стеклу. Вой тут же прекратился. Стекло немного опустилось, явив миру опухшие слезящиеся глаза, щеки в красных пятнах и виноватое выражение лица. – Кто умер? – Новоявленная гроза двора решила не церемониться.

- К-кто? – Влада громко шмыгнула носом и помотала головой. – Никто.

- Так кто-то или никто? – Макаровна оттерла в сторону подругу.

- Никто не умер. Это просто… душа моя смерти моей хочет, - Топорова нашла в бардачке платок и шумно высморкалась.

- Та-ак, - недовольно протянула Наумовна. – Ежели душа помирает, значит, всё куда сложнее и хужее, чем я думала. А домой ты чего не идешь, а здесь воешь?

- А что мне там делать? Там всё равно никого нет, - Влада шумно выдохнула и принялась выбираться из машины, что при её телосложении сделать было проблематично. Широкие плечи и внушительный бюст вообще