Я заберу у тебя сына - Юлия Шевченко

Все выведать. Не дать тебе уйти без ответов.

И нечего на меня так глазеть. Ты думала, я откажусь от своего ребенка?

— Руслан… — заглядывает мне за спину, нервничает, а я руки в кулаки сжимаю, сгорая от злости заживо. — Ты… я…

— Как ты посмела скрыть от меня сына, Дарина?!

Кричу на нее, еле сдерживаю свою злость.

— Прекрати орать, Савельев, — грозно шепчет, облизывая губы и вздрагивая каждую минуту. — Не стоит устраивать скандал посреди улицы. Давай…

— Не хочу слышать твои ядовитые оправдания, — хватаю за руку, встряхиваю. Наверняка боль причинная, но сейчас она ее заслуживает. — Я лишь хочу познакомиться со своим сыном. Я имею полное право.

— Нет! Это не твой сын. Он только мой. Убирайся.

— Будешь мне препятствовать? Я его заберу.

— Ни за что! Ты не посмеешь забрать у меня сына!

Такая воинственная, как тигрица. Готова выцарапать мне глаза за сына.

— Ну почему же? — губы растягиваю в ядовитой усмешке. — Еще как заберу! Как думаешь, органам опеки понравится то, чем ты зарабатываешь на жизнь?

Знаю, давлю на нее. Но иначе она не отступит.

— Иди к черту! Ты не имеешь никакого права меня судить. Я растила его сама, без твоей помощи. А вот где был ты всё это время? Кувыркался со своими бабами?

— Ты ничего не знаешь! — наступаю на нее.

— Мне нечего знать больше того, что я видела собственными глазами 4 года назад. Не смей приближаться ни ко мне, ни к сыну!

— И что же ты сделаешь? — встаю вплотную к ней, вдыхая неповторимый запах духов, действующий как афродизиак. — Заявишь в полицию, что я ребенка хочу похитить?

— Если понадобится, я так и сделаю, Руслан.

Имей она способность испепелять взглядом, я бы уже давно стал горсткой пепла. Такой огонь уничтожения горит в ее глазах.

— Я его отец. И имею полное право. Больше не позволю тебе лишить меня моего ребенка. Ты и так скрывала его столько лет. У меня есть хорошие связи, если я ими воспользуюсь, то уже через час лишу тебя родительских прав.

Да, знакомые имеются, но я ими никогда не воспользуюсь. Я не такой моральный урод, чтоб отобрать ребенка у матери. Хотя Дарина и заслуживает такого обращения, такую боль ей не причиню. Несмотря на то, что она превратила всю нашу семейную жизнь в фарс. Я всего лишь хочу стать папой тому мальчику, что вчера так с интересом меня разглядывал у ресторана.

— Какой же ты уб…

— Руслан? — знакомый голос за спиной.

Резко разворачиваюсь. Вижу перед собой бывшую тещу, смотрящую то на меня, то на дочку. В глазах шок вперемешку с ненавистью. Ну вот он я, как ужас, летящий на крыльях ночи. Теперь не только Дарина меня встретила. Теперь и ее мать…

— Бабушка, а ты мне конфетку обещала.

Кажется, будто весь мир замирает от одной этой фразы. Тамара Ивановна за сердце хватается. Дарина тут же сына пытается заслонить, но я не даю ей и шагу сделать. Пусть на месте стоит.

Сам же, как умалишенный пялюсь на маленького мальчика, улыбающегося мне моей же улыбкой. Да он просто копия я. Во всем. Глаза. Нос. Подбородок. Наверняка и характер мой унаследовал.

Сынок. Наш с Дариной сын.

Сердце бешено барабанит в груди. Ладони потеют. В горле сухо как в пустыне. Не могу пошевелиться. Внутри все переворачивается. Не могу поверить, что стал отцом. Хотя меня и не поставили в известность.

Заорать бы в голос. Выплеснуть все накопленные эмоции. Но я не хочу пугать мальчика. Не таким он должен увидеть своего отца. Не бешеным придурком, а нормальным родителем.

— А я тебя знаю, — пристально разглядывает с ног до головы. Любопытный малыш. — Ты друг мамы и дяди Демида, да?

Дядя Демид. Твою мать. Рычу непроизвольно, дышу часто, закипая еще сильнее. Демид все знал и ничего мне не сказал. Хорош брат…

— Мам, отведи Дениса домой.

Денис? Так она назвала его в честь…

— Но, мамулечка, — протестует, надув губки. — Я еще хотел погулять.

— Мой дорогой, тебе нужно немного отдохнуть, — улыбается, излучая яркий свет.

Наклоняется и целует пацана в макушку. Вижу, как трясутся ее руки. Как она нервничает, ведь теперь я точно в покое ее…их не оставлю.

Теперь появился тот шанс, что нас с Дариной связывает. Крепкими, нерушимыми цепями. И я фиг позволю ей их разъединить.

— Мамочка у меня очень строгая, — жалуется на маму, хихикая в ладошку.

— Да, — согласно киваю, когда сынок подходит к моей ноге и дергает за штанину. Сзади громко охает Дарина. — Что, малыш?

Присаживаюсь на корточки, чтобы быть к нему ближе. Нереальные ощущения захватывают.

— Я очень ее люблю, — с гордостью и нежностью. — Она у меня самая лучшая.

— Я в этом не сомневаюсь. А твой папа? Где он?

— Тааак, — Дарина не выдерживает. — Идете в дом, — кивает Тамаре Ивановне в сторону подъезда, не давая мне поговорить с сыном. — Я скоро буду, — говорит вслед удаляющимся фигурам. — Не смей с ним разговаривать! — тычет мне пальцем в грудь. — У Дениса нет отца. Ясно? Он…

— Ты назвала его в честь моего деда? — замирает с раскрытым ртом, глядя на меня расширенными глазами.

— Ошибаешься, Савельев! Мне просто… просто это имя очень понравилось, — врет и не краснеет, но я-то знаю правду.

— Из тебя хреновая лгунья, жена, — к щеке ее прикасаюсь, но она больно бьет по руке. Шипит как дикая кошка, в любой момент способная в глотку вцепиться.

— Оставь нас в покое, Руслан! Не разрушай жизнь моему сыну.

— Ты хотела сказать «нашему», — ее всю потрясывает от гнева. — Дарина, заруби себе на носу, — к себе прижимаю, ощущая нереальный кайф от ее близости. — Я никуда не денусь. Не исчезну, как бы ты этого не желала, — фыркает, сжав губы в тонкую линию. — И если ты попытаешься куда-то уехать, сбежать вместе с Денисом, я тебя из-под земли достану, но верну… себе…

Улыбаюсь напоследок. И, оставив молчаливую Дарину посреди двора, ухожу к своей машине. Пусть не думает, что я слова на ветер бросаю. Нет-нет. Все складывается как нельзя лучше. Для нас… троих.

Глава 24

Руслан

— Русланчик, ну давай пойдем на этот вечер. Чего нам снова дома торчать? Да и мне нужно наладить связи для моей модельной карьеры. Не будь таким букой. Ну плизззз…

Эта женщина меня уже бесит. Без нее головняка хватает.

Какого черта она вообще в клуб приехала? Неужели, не могла со своими подружками где-то зависнуть до самого вечера? Ей обязательно надо было на моих