Невольно беременна - Виктория Вишневская

Адам резко делает то, чего я от него не ожидаю: открывает железную дверь автомобиля и намеревается выйти из салона, как я бездумно хватаю его за руку. Да, сил у меня не было, и удержать его не смогу. Но надеялась, что он одумается.

Сжимаю пальцами его широкую ладонь.

Я слишком рискую. Но… Внутри тешится надежда на то, что это поможет.

И, на удивление, Картер замер. Словно ледяная статуя с горящим взором. Будто парализовало.

– Адам, – зову его, проверяя, всё ли с ним нормально. Его действия кажутся затишьем перед бурей, которая вот-вот и начнётся. – Постой.

Снова делаю то, что задумала вначале.

Поглаживаю большим пальцем его кожу, стараясь успокоить. Крылья его носа раздуваются, жадно вдыхая кислород и говоря о том, что он не в себе.

Словно бык перед красной тряпкой, на которую сейчас накинется.

– Я сейчас всё объясню, – говорю осторожно, видя, как желваки играют на его напряжённом лице. – Закрой, пожалуйста, дверь, и давай поговорим.

Произношу спокойно, не повышая голос. Наоборот, тихо, чтобы он слышал, что со мной всё в порядке, и не нервничал.

Кто его знает, что он может натворить…

На удивление, Адам делает так, как я его прошу. С неохотой, злостью и раздражённостью. Хлопает дверью так, что я вздрагиваю и зажмуриваюсь, когда в ушах слышу громкий удар.

Сделала это не из-за Адама.

Сразу же открываю глаза и перевожу всё своё внимание на взвинченного мужчину передо мной.

На меня он не смотрит. Только вперёд, тяжело дыша. Пытается успокоиться, но не выходит.

Такое состояние…

Что с ним происходит? Взбесился только из-за Итана? Может, они старые враги?

Или?..

Этот вопрос не могу озвучить даже у себя в голове.

Потому что боюсь, что ответ на него подтвердится. И Адам скажет то, что я совершенно не желаю слушать.

Поднимаю вторую ладонь и обхватываю двумя руками его пальцы. Не знаю, поможет ли это, но хотя бы попытаюсь. Главное, что остановила его, не позволив выйти из автомобиля, а остальное неважно.

– Посмотри на меня, – я правда не знаю, что делаю. Действую сумбурно, не обдумываю. Даже не знаю, к чему приведут меня мои попытки помочь ему.

Картер не слушает меня. С этим человеком тяжело. Но я не сдаюсь и повторяю ещё раз, но уже с нажимом.

– Адам, взгляни на меня.

Его ладонь дёргается под моей хваткой, и Картер резко, казалось, даже на инстинктах поворачивается ко мне.

Невольно смотрю на его лицо.

Глаза безумны. Тёмные, словно бездна. И такие же страшные и неизвестные, как пропасть. Чёрная, без дна. Манящая, чтобы упасть в неё, раствориться. Потерять себя навсегда.

Проваливаюсь в эту черноту, где горит маленький, блёклый красный огонь, и понимаю – ещё не всё потеряно.

Даже несмотря на его состояние. Будто он вот-вот выйдет из-под контроля и начнёт всё крушить на своём пути.

Разве он был таким?

Нет.

Он всегда был спокоен, рассудителен, в какой-то мере холоден. Но несмотря на это в его глазах были тёплые чувства, которые он испытывал ко мне. И чувств, которых сейчас не вижу в очах Картера.

Потому что сейчас их застилает ярость.

Тот Адам, которого я увидела несколько дней назад, который заставлял прирасти к полу, будто замерзая в огромной льдине, пропал. Теперь он только сжигает в своём пламени, заставляя съёжиться. Хочу отдёрнуть свои руки, словно от огня, но не делаю этого.

Наоборот, двигаюсь ближе, замирая.

Почему я всё это делаю? Потому что сама сказала и должна ответить за свои слова. Всё равно бы это не скрылось, и он бы всё узнал. Даже тогда, когда увидел бы след чужого поцелуя на моём плече.

Но, надеюсь, до этого не дойдёт.

– Почему ты не сказала сразу?

Его голос словно выстрел.

Ещё и злится. Сильно.

Набираю ртом воздух и вместе с выдохом, произношу:

– Если бы я сказала сразу, что бы ты сделал? – делаю паузу, стараясь говорить медленно. – Поговорил? О чём? Ударил Лайфери? На глазах у папарацци? Если бы я не промолчала, мог возникнуть конфликт. Он разве тебе нужен? Не тогда, когда у тебя скоро выборы. Я позаботилась о твоей репутации, понимаешь? Тем более, мы сразу же ушли.

С каждым моим словом, Адам не менялся в лице, но было видно, что немного расслабляется. Чуть-чуть, самую малость. Зубы уже неплотно сжаты, а челюсть от ярости не ходит в разные стороны.

– Он предложил мне денег взамен на то, чтобы я кинула тебе прилюдно в лицо кольцо. Я согласилась, – на последних словах его ладонь резко перехватывает мои пальцы и сжимает. Опускаю взгляд вниз, смотря на капкан стальной хватки. – Но только чтобы он отстал от меня. Поэтому мы и ушли. Нет никакой причины для ярости. Он даже ничего не успел мне сделать.

– А пытался? – резко спрашивает, будто волнует его только это.

На мгновение мой взгляд падает на наши сплетённые пальцы. Но потом быстро поднимаю его обратно, встречаясь с карими омутами, в которых можно было потеряться.

Я не хочу врать. Честно. Учитывая, что это может обернуться большой ошибкой.

Глава 29

Но судя по тому, как ведёт себя этот мужчина…

– Нет, всё хорошо, – успокаиваю его. – Давай забудем? И уже уедем отсюда. Мне нужна зарядка, помнишь?

На последних словах стараюсь улыбнуться. Надеюсь, что смена темы успокоит Адама, но из меня плохой предсказатель, раз мужчина делает то, чего я не ожидаю.

Вырывает свою ладонь, поднимает её вверх и касается своими руками моего лица, притягивая к себе.

Смотрит заворожённо и неподвижно мне в глаза, будто пытаясь разгадать: говорю правду или нет. Скользит взглядом по лицу, с ресниц на губы, а с них обратно наверх.

А я волнуюсь. Не знаю, что он сделает дальше. Но уже не боюсь, нет. Потому что… Кажется, нашла на него управу.

Его слабое место.

– Знаешь, Алиса, – вдруг произносит совершенно спокойно. Моё имя из его уст снова звучит необычно. – Ты приняла правильное решение.

Большой палец поглаживает щёку, и я задерживаю дыхание, всматриваясь в выразительные и грубые черты лица. Красивый. Не понимаю до сих пор, почему за эти года, что мы не виделись, он всё ещё остался холостяком. Но… Это уже не моё дело.

– И снова убеждаюсь, что сделал правильный выбор, – не до конца понимаю его слова и только хочу спросить его об этом, как мои губы накрывают чужие, жарко целуя и проникая языком в приоткрытый рот.

Горячая волна проходит по всему телу, начиная