Развернуться на скорости - Елена Николаева

штор. Запуталась в них, словно мотылёк в паутине. Радует одно: Яна не пытается мне помешать.

Как увидел сорвавшийся карниз, так и примчался пулей в её комнату. Только и успел напугать Наталью и отдать ей в руки раздосадованного ребёнка, наобещав Тиму золотые горы.

— Вы ещё здесь? — недовольный голос срывается с припухших девичьих губ.

— А где мне прикажешь сейчас быть? — бережно поднимаю девушку с пола и сажусь с ней на край кровати, усаживая Яну себе на колени, будто бы маленькую девочку.

— Рядом с женой. Это было бы правильным решением с Вашей стороны. Пустите меня! — девчонка пытается обрести свободу, но я не даю ей такой возможности, крепче прижимая её к себе, вынуждаю уткнуться лицом мне в шею.

— Не отпущу! — не сдерживаю рыка. — Ты не оставила мне выбора, Яна.

Превращаясь в камень, мои мышцы разгораются адским огнём. Так всегда происходит вблизи неё. Тело реагирует по первому зову, тянется к ней, даже если разум спорит с желаниями.

— Вы сами себя лишили выбора после разговора с моей сестрой, и я не просила Вас нянчиться со мной. Уходите. Лучшее, что Вы можете сделать для меня и моей семьи — больше не приближаться к нам.

— Это твоё желание, но не моё. Я буду рядом, пока ты реально не грохнешь меня, — пытаюсь хоть как-то её отвлечь. Не рассмешить, нет. Всего лишь перенаправить мысли Яны в другое русло, чтобы её горе не затмевало рассудок окончательно.

— Что Вам от меня нужно? Я не верю в бескорыстную мужскую помощь. За всё в жизни нужно платить. Даже за слёзы. Можно выплакаться и облегчить душу, только от этого страдают нервы, глаза и сердце.

Позволяю ей немного отстранится и заглянуть мне в глаза. Её затылок настолько тёплый, а волосы мягкие, что я невольно зарываюсь в них пальцами, улавливая во взгляде девчонки неконтролируемое удовольствие.

— Прекрати искать в мужчинах сплошные недостатки, — произношу на полтона ниже, чтобы наверняка прислушалась к моим словам. — Найди хотя бы одно достоинство и увидишь, как изменится твоё мышление.

— Что такое одно достоинство против тысячи недостатков? — прикрывает на секунду глаза, чувствуя рисунки моих пальцев на коже головы.

— Это много, Яна… — задерживаю дыхание, наощупь улавливая вибрации её клеток. — Иногда от одного маленького, пробивающегося сквозь узкую щель луча, может вырасти массивное дерево в ограниченном источниками света пространстве. Видела, как росток проламывает асфальт, поднимаясь к солнцу? Ты так на него похожа…

— На травинку? — хмыкает она.

— На солнце, Яна… — её тонкий фруктовый аромат настолько приятен, что я не сдерживаюсь и прислоняюсь губами к макушке, незаметно втягивая в лёгкие порцию слишком особенного наркотика, позволяя ему течь по венам и размазывать меня по стенке.

Эта девочка вдруг стала для меня непреодолимым, греховным искушением. Вот так вот запросто, с первой минуты нашего знакомства, с первого взгляда и с первым данным ею отпором.

— Что вас связывало с моей покойной сестрой? — внезапный её вопрос вынуждает вынырнуть из нирваны и слегка напрячься. Врать не хочется, а недосказанность, чувствую, ещё хуже скажется на нашем и так нелёгком взаимопонимании. Его практически между нами нет.

— Хочешь знать правду?

— Да, — почти твёрдо произносит и снова берёт в плен мои глаза своим пытливым взглядом.

Отпуская тяжелый вздох, отвечаю совершенно спокойным тоном:

— Мы были любовниками короткое время.

Девчонку, словно ошпарило разрядом тока. Дёрнувшись в моих руках, напряглась, сглотнула и сразу же сипло настояла, упираясь обеими ладонями в мою грудь:

— Женя, Вам действительно лучше уйти. И это не просьба. Это приказ. Иначе я попрошу охрану выставить Вас за дверь незамедлительно…

Яна

Только сейчас я поняла, какой жгучей и хлёсткой может быть правда, как больно она бьёт, заставляя тело рефлексировать. Я будто бы на себе ощутила все её выплеснутые эмоции из-за вчерашней близости, в которой мы оба с Евгением оказались по воле случая.

Вику накрыла ревность? Что она испытала, увидев нас? Я даже не знаю сколько мужчин в её жизни было, и кем являлся для неё этот.

Смотрю в его глаза и теряюсь, настолько они глубокие и притягивающие…

Евгений действительно вызывает море противоречивых чувств: от трепета и восхищения, до тревоги и ненависти, а ещё они бывают неясными, такими порочными и сладкими… что хочется быть рядом и одновременно бежать от него подальше…

— Расстались? — задаёт неожиданный вопрос, выбивая почву из-под ног. Нехотя разжимает руки.

Спрыгиваю с его колен, как с раскалённого металла, мгновенно ощущая кожей прохладный воздух. В его объятиях было так уютно и тепло, только этот человек не мой, между нами огромная пропасть, такая глубокая, что и дна не видно. Разве я когда-то могла подумать, что такой как он, чужой, самоуверенный, наглый, полностью состоявшийся мужчина за короткое время заставит переживать столько эмоций, сколько я не получала от Кости за годы наших встреч.

— Не Ваше дело, — бросаю нервно, обнимая себя за плечи. Медленно отхожу к окну. В комнате прохладно и я пытаюсь согреться, растирая ладонями плечи, но тщетно, дрожь ещё больше усиливается, покалывая тело иголками.

— Если чего-то требуешь, Яна, будь готова отдать взамен, — звучит как приговор, вынуждает обернуться к нему.

Евгений поднимается с кровати и подходит ближе, впиваясь в меня пристальным взглядом, который невыносимо выдерживать более пары секунд.

Я не хочу с ним обсуждать свою личную жизнь, но он прав, я первой влезла в его.

— Я ответил на твой вопрос, — напоминает ровным тоном, — хочу услышать ответ на мой.

Его чуткие пальцы касаются моего подбородка и приподнимают лицо вверх, вынуждая не только отвечать, но ещё и смотреть прямо в глаза.

— Вы же наверняка всё слышали? Зачем спрашивать очевидное? — опускаю взгляд на чувственный рот мужчины. Смотреть в тёмные омуты невыносимо. В них я теряю себя, забываю дышать.

— Яна, — в его голосе звучит бескомпромиссная сталь, отчего невольно хочется сжаться в комок, но вместо этого возвращаю ему своё внимание, замечая золотистые всполохи на дне потеплевших глаз.

— Мне нужен рядом надёжный мужчина, а не тот, который от страха