Моя Нирвана (СИ) - Инфинити Инна

Я произношу это и замираю. Лиза очень медленно поворачивается ко мне корпусом. Движение на дороге наконец-то началось, поэтому я смотрю прямо перед собой, но кожей чувствую боль в ее взгляде. Она должна принести мне облегчение, вот только почему-то этого не происходит. Каждая бесконечно долгая секунда звенящей тишины салона рвет мою душу в клочья.

А потом Лиза едва слышно говорит:

— Прости.

Это одно тихо сказанное слово настолько удивительно, что я поворачиваю к ней голову.

— За что?

— За то, что всегда мешала вашей семье. И за то, что тебе всегда мешала.

От ее слов внутри все обмирает. Воздух резко стал свинцовым, и я не могу нормально вздохнуть. Сжимаю руль до побелевших костяшек и хочу сдохнуть от боли в ее взгляде, которую продолжаю чувствовать кожей.

Остаток пути до Лизиного дома мы доезжаем в молчании. Я увереннее нажимаю педаль газа, чтобы побыстрее приехать. Тяжелая атмосфера в салоне давит, ломая кости. Этими ужасными словами я хотел убить ее, а убил себя.

Когда я наконец-то останавливаюсь в ее дворе, из груди вырывается облегченный выдох. Лиза тут же тянется открыть дверь, но я удерживаю ее за руку.

— Подожди.

Она поворачивает ко мне голову, наши взгляды встречаются, и я вижу в ее больших серых глазах столько грусти, что у меня внутри все разрывается.

— Извини, — говорю глухо.

Она просто смотрит на меня и молчит.

— Лиз… — произношу ее имя и тут же замолкаю, потому что не нахожу больше слов.

— Все в порядке, — говорит тихо. — Хорошей вам поездки завтра. — Она слегка приподнимает уголки губ и аккуратно освобождает свою руку из моей.

— Поехали с нами! — выпаливаю, когда она уже берется за дверную ручку.

Лиза бросает на меня беглый взгляд.

— Я не думаю, что это хорошая идея. Пока, Миша. Езжай, пожалуйста, аккуратно, ночью на дорогах еще опаснее, чем днем.

Она быстро вылезает из машины и почти бежит в подъезд.

Глава 27. Не бедная родственница

— Я хочу машину на совершеннолетие! — восклицает Ира за завтраком.

Мы сидим всей семьей на веранде арендованного на четыре дня дома с видом на широкую реку. Утреннее солнце уже высоко, но лучи еще не такие ядовитые. Вокруг небольшой лес и тишина. То, что нужно для перезагрузки. Вот только у меня это не выходит.

— Сначала водить научись, — папа намазывает джем на тост.

— Миша, ты научишь меня водить? — сестра делает глаза, как у кота из «Шрека».

— У нас нет машины на механике, — лениво отвечаю.

После аварии на «Мустанге» я решил больше не покупать себе спортивное авто. А все остальные машины в нашей семье на коробке автомат.

— А зачем мне механика? — удивляется Ира. — Я автомат хочу.

— За тем, что на автомате любая мартышка ездить сможет. Если хочешь действительно научиться водить машину, то нужно делать это на механике.

— Миша прав, — говорит мама. — Учиться нужно на механике.

Сестра недовольно цокает языком и строит обиженное выражение лица.

— Иди в автошколу, в чем проблема? — вступает Леша. — Там научат.

— Мне некогда туда ходить! Я в выпускном классе!

— Ну по магазинам за шмотками у тебя же есть время ходить.

Ира с Лешей начинают традиционную перепалку, родители просят их не шуметь, а я встаю из-за стола и иду к реке. Сажусь на песок и просто смотрю на воду.

Второй день долгожданного отдыха, а радости он мне не приносит. На душе пустота и скребут кошки. Не хочется вообще ничего: ни разговаривать, ни тем более веселиться и смеяться. А Лешку, с которым я, как обычно в поездках, живу в одной комнате, постоянно тянет на шуточки и веселые истории. Мне едва удается держать себя в руках и не сорваться на брата.

Хочется просто исчезнуть.

Папа, Ира и Леша идут купаться. Брат с разбега ныряет в воду с головой и всплывает секунд через 30 уже далеко от берега. Отец отвел мелкого на каратэ, когда ему было лет 5, но у него с этим видом боевого искусства не задалось. В 8 лет Леша сказал папе, что ему не нравится и попросил отдать его на плавание. Он занимается им до сих пор и плавает, как амфибия.

А вот Ира, наоборот, не умеет. В девять лет она упала с небольшого моста в озеро и чуть не утонула. Хорошо, что я был неподалеку и успел ее вытащить. После этого она очень долго боялась воды и вообще не купалась ни в каких водоемах. Несколько лет назад она стала заходить в воду. Сначала по колено, потом по пояс, сейчас может зайти по грудь, но все равно проводит в воде не больше десяти минут и плавать не умеет.

Но вчера она всем торжественно объявила, что хочет научиться. И вот папа ее учит, но, судя по тому, что она бегом вылезает на берег, у нее это не очень получается.

— Миша, с тобой все хорошо? — откуда ни возьмись, возле меня возникает мама.

Ее неожиданное появление заставляет меня вздрогнуть. Она садится на песок рядом со мной и смотрит с беспокойством.

— Все в порядке, — отвечаю бесцветно.

— Ты как будто сам не свой. Проблемы в клубе?

— Нет, в клубе все нормально.

— А в чем тогда дело?

Я смотрю на желтый песок у себя под ногами.

— Да ни в чем, мам.

Родительница медлит несколько секунд. Я нутром чувствую, как она хочет задать какой-то вопрос, но не решается.

— С девушкой поругался? — вдруг выпаливает.

Ее вопрос вгоняет меня в ступор. Я отрываю глаза от песка и смотрю на мать.

— С какой девушкой? — это единственное, что приходит мне на ум.

— Ну, не знаю… С какой-нибудь… — отвечает неуверенно. — У тебя же есть девушка?

— Из-за ссоры с которой можно было бы переживать, нет.

Мама с пониманием кивает.

— А я все жду, когда же ты уже приведешь в дом девушку…

Ээээ, что…?

— Мам, ты чего? — ошарашенно спрашиваю.

— А что? Тебе уже 24 года! Мог бы и познакомить нас с папой со своей девушкой!

— У меня нет девушки, с которой можно было бы вас познакомить.

Этот разговор меня поражает. Вообще, родителям никогда не было никакого дела до моей личной жизни. А тут вдруг оказывается, что мама жаждет познакомиться с некой «моей девушкой».

— Очень жаль, что у тебя нет такой девушки! Пора бы уже…

— Мам! — возмущенно повышаю голос, что заставляет Иру, одиноко сидящую в метрах двадцати, обернуться к нам. — Что за муха тебя укусила? — спрашиваю чуть тише.

Мне категорически не нравится этот разговор. Что за вмешательство в мою личную жизнь!?

— Я просто спросила, — родительница поднимает вверх ладони, сдавая свои позиции. — Я что, не могу спросить сына, встречается ли он с кем-нибудь?

— Я тебе ответил: не встречаюсь. Довольна?

— Твоим ответом? Нет, не довольна. Я бы хотела услышать другой ответ.

Я тяжело вздыхаю и, желая прекратить этот бессмысленный разговор, встаю с песка и иду к реке. У захода в воду снимаю с себя футболку, бросаю ее на землю и с разбега ныряю.

Вода с утра еще не успела прогреться и довольно прохладная, но это то, что мне сейчас нужно, чтобы остыть. Весь день я вчера раздражался по пустякам. Думал, это из-за того, что я не выспался, но сегодня я спал больше обычного, а вот раздражение никуда не ушло. Хочется перебить и переколотить все вокруг.

Как будто это поможет. Как будто это повернет время вспять.

Я до сих пор чувствую Лизин взгляд, полный боли. Он проник мне в самое сердце и разъедает его изнутри. Хочется вырвать из груди этот бессмысленный орган, качающий кровь, и вышвырнуть его подальше.

— Миш, поучи Иру немного водить машину, — говорит отец. Я и не заметил, как он ко мне подплыл.

— Мне некогда этим заниматься, — буркаю в ответ.

— Мне будет спокойнее, если она сначала с тобой позанимается, а потом пойдет в автошколу.

— У нас нет машин на механике.

— Ей она не нужна. Автомата Ире достаточно, — настаивает отец.

Я понимаю, что от меня теперь с этим не отстанут, поэтому нехотя соглашаюсь:

— Ладно.

Отец одобрительно кивает и уже собирается от меня отплыть, как я его останавливаю.