Её невыносимый лжец (СИ) - Майер Жасмин

— Ох, ну конечно, — тут же отозвалась Ника. — Ты как всегда для меня слишком занят. Тогда Мишель отвезет меня.

Я вскинул брови в немом вопросе. Повисла пауза, и Ника нехотя ответила:

— Это французский фотограф. Мы работали вместе.

Так вот, кто ловил мурашки на ее коже и выстраивал родинки в объективе ради удачного снимка. Делали вы только это, мон ами, или позволили себе переступить через грань чисто деловых отношений?

— Зачем же ты звонишь мне, если тебя есть кому отвезти, Ника?

— Ты мой муж, Андрей! Забыл об этом?

— Забыл, — честно ответил я. — Ника, нам нужно поговорить. Отправляй своего Вермишеля на такси, а я приеду за тобой, примерно через час. Давай покончим с этим как можно быстрее.

— Его зовут Мишель! С чем покончим? О чем ты собираешься говорить?

В ее твердом голосе неожиданно появились нотки паники. А вот это уже интересно.

Хотя…

Я прислушался к себе.

Нет. Мне ни капли не интересно. Мы с Никой с завидным упрямством зачем-то держались друг друга, пока сами мечтали очутиться в объятиях других людей. Какого же хрена мы продолжали портить друг другу жизнь?

— Просто дождись меня.

— Ладно, — неуверенно отозвалась она.

По дороге я только и думал, что о Соне. О ее танцах и невероятно гибком теле. О том, сколько всего она делала одна и какой была настоящей, когда открывалась мне.

Я обещал ей, что вернусь к ним на ужин и, может быть, еще успею. И может быть, даже сегодня расскажу Соне всю правду о том, кто я такой. Номинально, я все еще женат. И сомневаюсь, что она вот так открылась бы мне, если бы знала правду. Не поверила бы в сказки, которые женатые мужики рассказывают женщинам, когда хотят забраться к ним под юбку.

Я мог разрушить все, что сейчас неожиданно обрел, собственными же руками. Каждый день, что я утаивал от нее правду, автоматически превращал меня в лжеца.

А я не хотел ее терять.

Даже звонок Картеру и его советы сейчас мне уже не помогли бы. Формально, его совет я уже выполнил — вино, презервативы и секс.

Но это только моя жизнь и только моя жена. И если я хочу быть честным… То должен ей во всем признаться и сказать, что хочу развода.

Это низко — расставаться с женой через соцсети после десяти лет брака, и я не мог с ней поступить иначе, но и ситуация у нас такая, что как ни крути, я буду изменником в любом случае. Впрочем, не думаю, что мы останемся друзьями после развода. Мы не были ими даже, когда были женаты.

Но даже признание в разводе может не спасти меня от Сониного гнева. И она будет права. Но я, надеюсь, что сумел доказать, что она может на меня рассчитывать. И что она поверит в то, что я не такой, как все.

На днях я должен буду помочь с мебелью в детском саду. Перенести детские кроватки и стулья из одного крыла в другое, пока в группе Али будут ремонтировать крышу. Я буду помогать ей каждый день, что остался у меня от моего отпуска. А после… Когда снова надену форму и стану капитаном Романовым, обязательно попрошу пересмотра своего летного графика.

Я не собираюсь терять эту женщину из-за работы. Раньше я считал, что нет ничего плохого в том, что я всецело увлечен карьерой. Теперь я знал — для счастья одной работы мало.

Судя по цифре спидометра, я практически летел в аэропорт и чувствовал, как у меня словно гора с плеч свалилась. Я летел на свободу. Не грех ради такого было даже немного превысить скорость.

А потом был еще один звонок, которому я так обрадовался, когда увидел имя.

Зря.

Кажется, я успел поседеть за эти три секунды разговора. Соня всего лишь назвала мост, на котором застряла, и впервые попросила о помощи.

А после только короткие гудки. И мое бьющееся невпопад сердце.

Как она там оказалась, если по моим расчетам уже должна была быть дома? Что случилось? С ней или с Алей? Успела ли она вообще забрать ребенка?!

Решение я принял моментально.

Мне даже не пришлось делать выбор.

Глядя в зеркала, я развернул руль, перекрывая полосу движения. Нельзя разворачиваться и пересекать двойную сплошную, но черт возьми! Сейчас я не могу ехать аж до развилки и потом обратно. Я ей нужен! Должен помочь.

И должен успеть проскочить до того, как встречные пролетят мимо.

Потянулся к телефону, чтобы набрать Нику и сказать, чтобы добиралась сама. И пусть даже поехала бы со своим французом. Мне плевать с ним или без него, пусть делает, что хочет.

На миг отвел глаза от зеркала, чтобы набрать номер.

И тогда произошел удар.

Глава 25. Соня

Андрей не приехал.

И даже не позвонил.

Прорыдав в машине целый час, я набрала его еще раз, но номер оказался вне зоны доступа. Это означало только одно — пора брать себя в руки и снова рассчитывать только на себя.

Неужели я снова ошиблась?… Как такое возможно?

Съехав с моста, я наконец-то повернула к детскому саду. Я опаздывала уже на целый час.

К моему удивлению, дочь дуться на меня за то, что я забрала ее позже всех, не стала. Для нее оказалось в новинку сидеть в группе в одиночестве. Наверное, все дело в том, что на мир она сейчас смотрела с неиссякаемым восторгом. Что бы ни происходило.

Я ей даже в чем-то завидовала.

Перед воспитательницей за задержку я извинилась. Но, кажется, напугала ее своим внешним видом, так что она даже не особо распекала меня за опоздание. Я обновила пудру на лице, и пусть мне удалось скрыть красноту, мои веки все равно распухли так, как будто я заснула в улье.

Аля щебетала на заднем сидении в детском кресле, а я вела машину к дому с замиранием сердца…

Но машины Андрея на парковке во дворе дома не оказалось.

А если что-то случилось?

Что делать, если с ним что-то случилось и где его теперь искать? А если это случилось по моей вине? Сердце моментально словно в колодец ухнуло.

Припарковавшись и заглушив мотор, я нашла взглядом свои окна, а после скользнула этажом ниже. И мое дыхание сбилось — в окнах Андрея горел свет. Так значит, он дома?

И просто… не приехал?

— Андлей сегодня плидет в гости, мамочка? — спросила Аля.

Как будто знала, о чем я думаю.

Я покачала головой. Слова встали поперек горла. Он провел с нами слишком мало времени, она ведь не успела к нему сильно привыкнуть? Не стоило мне забывать о том, чье сердце я должна была беречь даже сильнее собственного.

— Жа-а-а-аль, — протянула скисшая Аля. — С ним весело. А завтла?

Я сглотнула ком в горле и снова пожала плечами. Вышла из машины, чтобы выгрести из багажника вещи. У меня как всегда была куча дел. Нужно было готовить ужин, а еще проверить, какие правки в статьи велел внести Давид Маркович. А в голове пульсировал только один вопрос:

Почему?

Почему он так поступил?

Мы поднялись домой и на кухне, пока готовила ужин, я то и дело вздрагивала, тянулась к телефону, но это были всего лишь галлюцинации — телефон не звонил.

Получается, Андрей был дома, но не собирался объясняться со мной?

После всего? Вот так просто решил обрубить концы?

Я не понимала, что произошло. Чем задела его и чем заслужила такое отношение. Но сильней всего я не верила в то, что могла настолько ошибиться в человеке.

Я улыбалась и разговаривала с Алей, а сама думала, анализировала и понимала, что либо Андрей был слишком хорошим конспиратором, либо что-то действительно случилось.

Что-то не так. Он просто не мог вот так пропасть.

Столкнувшись сегодня с мужчиной из прошлого, который действительно ни во что не ставил женщин, я теперь хорошо понимала, что люди не меняются. Они могут постараться измениться, но этот процесс займет достаточно времени, а чтобы вот так за несколько часов вдруг переменить мнение, поведение на сто восемьдесят градусов и оказаться, что все, что он говорил абсолютная ложь?…

Андрей обещал помочь мне. Даже после секса, если уж на то пошло, а не до, чтобы это сошло за простую лапшу на уши.