Джейн Уэнхем-Джонс - Квартирный вопрос

– Возьми. Ты же любишь красное вино. Я сейчас закажу еще бутылку.

Джульетта поставила бокал на стол и с сияющей улыбкой обвела наших подруг взглядом.

– Я не пью, – гордо заявила она, – потому что сижу на антидепрессантах.

Но я все же купила еще одну бутылку вина и налила полный бокал Луизе, чтобы потом никто не говорил, что я пила одна. Я притворилась, что не слышу, как Ровена вполголоса спрашивает Луизу, как она думает – не становлюсь ли после разрыва с мужем алкоголичкой; Соня, конечно же, не преминула с грустью в голосе заметить, что алкоголь портит цвет лица и ускоряет образование морщин. В конце концов я встала из-за стола и села на табурет за стойку бара, чтобы поболтать с Элли, девушкой, обслуживавшей клиентов бара. От нее всегда можно было узнать много нового и интересного о том, кто здесь недавно напился. Я старалась не обращать внимание на столик за моей спиной, где теперь, когда я ушла, все четверо, включая Луизу, о чем-то оживленно разговаривали.

Я уже хотела вызвать такси и уехать домой, но тут в бар вошел Генри. В тесноватой розовой рубашке он выглядел еще толще, чем всегда. Его сопровождал высокий тощий тип, которого я видела за прилавком мясного отдела супермаркета «Броудрейндж». Я была растрогана тем, как искренне Генри обрадовался, заметив меня.

– Кэри! Позволь мне угостить тебя бокалом вина.

Я сначала стала отказываться, ссылаясь на то, что уже опустошила целую бутылку и пьяна. Но потом передумала и согласилась выпить с ним.

– Хорошо, – сказала я, – можешь угостить меня бокалом «Кьянти».

Я чувствовала, что у меня заплетается язык, но Генри, похоже, не замечал этого.

– И дайте мне еще, пожалуйста, стакан воды, – попросила я Элли, вспомнив о пагубном воздействии алкоголя на кожу лица и об утреннем похмелье. На этот раз мне удалось произнести слова ясно и четко, и я смело обратилась к Генри: – Садись сюда, Генри, и расскажи, как идут у тебя дела.

Тощий тип робко отошел в сторону, а Генри с готовностью опустил свой жирный зад на табурет.

– Эта неделя была для меня очень удачной, – радостно сообщил он.

«Какой он милый», – думала я, слушая его рассуждения о новых методах стимулирования менеджеров в сети продовольственных магазинов «Броудрейндж лимитед», о чудесных схемах разделения прибыли и о том, как Генри добивается своих целей. Как здорово, когда человек точно знает, что именно может принести ему удовлетворение в жизни!

– А в следующем году, – продолжал Генри, – будут набирать менеджеров в новый большой супермаркет. Если я пройду отбор, то у меня будет шанс сделать блестящую карьеру. Еще пару лет такой же удачной работы – и мне еще сорока не будет, а я уже буду управлять целым сектором. Один парень, работающий сейчас в правлении, начинал точно так же, как я, и выбился в руководство из самых низов. Когда меня принимали на работу в компанию, шеф сказал мне: «Генри, помешать себе можешь только ты сам». – Он вздохнул. – Это был лучший день в моей жизни.

– А где этот новый супермаркет? – спросила я, решив, что мне надо поддерживать беседу с ним, а не сидеть, тупо уставившись в бокал с вином.

– Его построят на старом пустыре за Терпин-Роуд.

– Правда? – спросила я. Наконец-то. Я ждала этого момента всю жизнь. Я что-то из себя представляю. У меня есть деловые интересы. – Я владею инвестиционной собственностью в том районе.

Мои слова явно произвели на Генри огромное впечатление. Я почувствовала гордость, но тут мой собеседник все испортил.

– То есть у твоего мужа есть недвижимость в том районе? – спросил он.

Нет! Мой муж сейчас трахает безмозглую блондинку в дебрях Брайтона. Я глубоко вздохнула и улыбнулась. «Старайся говорить членораздельно», – напомнила я себе и сказала:

– Мы с Мартином разошлись и теперь живем отдельно. – Оказывается, эти слова было не так уж и трудно произнести. – Я сама веду бизнес, и он уже приносит кое-какие доходы.

Несмотря на все мои усилия, я не сумела сохранить самообладание. На мои глаза набежали слезы, губы задрожали.

– О, прости, дорогая, я не хотел расстраивать тебя, – сказал Генри и, достав большой носовой платок, попытался вытереть мне подбородок.

– О боже, как мне стыдно! Да, Генри, спасибо, я, пожалуй, действительно выпью еще бокал вина.

– Так, значит, ты в курсе того, что на пустыре будет строиться новый магазин? – спросил он, когда я приняла еще одну порцию алкоголя, чтобы успокоиться. Генри потрепал меня по руке и убрал свой носовой платок, решив, что он больше не нужен.

– Да, конечно, я слышала об этом. Мой адвокат занимается всеми этими делами. Я обычно не задаю ему лишних вопросов, он настоящий профессионал…

Я смутно помнила о том, что «Грегги» говорил что-то о получении разрешения на строительство супермаркета за моим домом, а Найджел утверждал, что наши квартиры от этого только поднимутся в цене: если у жильцов закончатся консервированные бобы, будет достаточно перейти двор, чтобы попасть в супермаркет.

Генри смотрел на меня так, как будто не совсем понимал, о чем я говорю. Ему, должно быть, не приходилось сталкиваться с адвокатом.

– Это будет прекрасный ультрасовременный магазин, – сказал он, очевидно пытаясь ободрить меня. – С кофейным баром, комнатой отдыха и бензозаправочной станцией…

Бен как-то говорил, что у него может скоро появиться работа. Какой-то подрядчик собирается сносить старые фабричные здания за автостоянкой. Должно быть, там и планируют возвести новый супермаркет.

– …и вот новый председатель правления директоров компании, – продолжал Генри, – хочет, чтобы все мы были одной командой. Он пытается создать теплую товарищескую атмосферу на всех уровнях – от уборщиков до членов правления…

Я почувствовала, как у меня слипаются глаза. Пора было ехать домой.

– Обычно мы вместе отмечаем Рождество и другие праздники. Мы часто собираемся вместе и весело проводим время. Столы ломятся от вкусной еды, вино течет рекой.

Внезапно Генри замолчал, и я посмотрела на него, испугавшись, что прослушала обращенный ко мне вопрос. Однако он сидел, потупив взор, и поигрывал с картонной подстилкой под пиво.

– Дело в том, – вновь заговорил он, все еще не глядя на меня, – что все мои сослуживцы приходят на корпоративные вечеринки с женами или подругами, и я чувствуя себя очень неловко… – он замолчал и стал вертеть свой бокал в толстых мясистых пальцах.

Сделав над собой усилие, я сосредоточилась на том, что он сказал.

– Значит, у тебя никого нет?

– Да. Все менеджеры, кроме меня, женаты и имеют детей. Приглашение всегда рассчитано на два лица. – Генри снова замолчал. Он явно чувствовал себя неловко. Смущенно засмеявшись и не поднимания на меня глаз, он спросил после паузы: – Может быть, сходим вечером куда-нибудь вместе?