Сьюзен Льюис - Дай мне шанс

Эллен посмотрела на часы.

— Я попытаюсь, — проговорила она. — Мэтти, ты еще здесь?

— Ага. Так когда Майкл вернется?

— В пятницу. Это же надо придумать: мне остаться дома с Мичелл и Робби! Том вчера вечером приезжал к нам, так что мы вспоминали Рио-де-Жанейро и Сараево, то есть они говорили, а я слушала. Потом беседовали о Пакистане, о лагерях для беженцев и обо всех их проблемах. Можешь себе вообразить, какой вклад я могу внести в эту тему? Потом мы посплетничали про их приятеля, которого называют Давайте-рисковать-жизнью-и-делать-добро. Это было особенно увлекательно, ты ведь знаешь, как я люблю слушать о людях, которых я никогда не видела и не увижу. В конце концов я легла спать и оставила их. Поэтому могу тебе сказать точно: если Том Чамберс и обхаживает кого-то, то только Мичелл.

— А что насчет брата Майкла? Куда он подевался? — поинтересовалась Мэтти. — Разве они с Мичелл не парочка?

— Кэвэн? Он все еще в Пакистане. Я все жду, когда Майклу придется мчаться вызволять его у партизан, которые его похитят, или из тюрьмы, куда его упрячут за политику. Плакала тогда моя свадьба.

— Детка, мне не нравится твое настроение, — заметила Мэтти. — Куда ты хочешь пойти на ленч?

— Мэтти, я бы выпила коктейль с шампанским и слопала три блюда в «Айви», будь у меня хотя бы полчаса. Вместо этого я только что послала Оливию за буррито с цыпленком, что, я знаю, совершенно непозволительно. Но мне захотелось побаловать себя, хотя сначала я должна заехать за Робби и отвезти его к дантисту.

— Я думала, к дантисту надо было вчера.

— Я тоже. Но ошиблась. Вчера был кашель. Поэтому сегодня к дантисту. А Мичелл не может его отвезти, потому что у нее важный ленч с должностными лицами, занимающимися милосердием. Потом она отправится по магазинам купить себе туалет для важного вечера. Тем временем Том помогает ей работать над речью и не сможет увидеться со мной, пока речь Мичелл не будет готова, так что у меня высвободилась пара часов. Более того, Том в четверг вечером будет сопровождать ее на праздник милосердия, а я останусь дома в качестве няньки Робби, потому что у Лусины выходной. Погоди, Мэгги вернулась.

— Марк Глэдли на проводе, — сообщила помощница. — Он говорит, что перенесет показ на вторник, если это тебя больше устроит. Ему нужен ответ немедленно.

— Ну? — сказала Эллен. — Меня это больше устроит?

— Надо поговорить с Кеном. — Мэгги упомянула одного из организаторов свадьбы. — Узнать расписание примерок платья.

— Оно у меня. — Эллен стала рыться в кейсе.

— Да, только что звонила Мичелл, — продолжала Мэгги. — Она предупредила, что посылает матери Майкла цветы от твоего имени, на всякий случай, если ты забыла.

Глаза Эллен в изумлении расширились.

— Еще она просила передать, что, поскольку не очень хорошо знает Лос-Анджелес, была бы весьма признательна, если бы ты составила ей компанию в походе по магазинам. Сегодня днем, если ты сможешь. Я обещала, что ты ей позвонишь.

Эллен дошла до точки кипения.

— Да что такое с этой женщиной? — вскричала она. — Позвони ей и скажи, что у нее щеки так раздулись, что стали больше, чем задница у борца сумо! Сколько, черт побери, народу бегает вокруг нее, так она хочет, чтобы и я присоединилась! Спроси-ка, понимает ли она, что у других есть свое расписание и свои дела? Или ее это не волнует? И все надо бросить, если ей что-то надо?

— А как насчет цветов? — раздался в трубке голос Мэтти. — Ты, конечно, не позволишь ей заходить так далеко?

— Черта с два! — процедила Эллен. — Мэгги, выясни, у кого она оформила заказ, дозвонись и отмени. Сообщи ей, что я уже сама послала, когда отвозила Майкла в аэропорт.

— Это правда? — спросила Мэтти.

— Нет, но ее это не касается. Я напомню Майклу, чтобы он это сделал в Лондоне. В любом случае они придут скорее, чем от Мичелл.

— Еще что-нибудь? — спросила помощница.

— Нет, — бросила Эллен.

Та быстро вышла, соображая, что же ей на самом деле сказать Мичелл.

— Ты видишь, что мне приходится выносить? — проговорила Эллен в трубку. — Теперь, скажи мне: я преувеличиваю? А ведь Майкл так считает. Ты бы вынесла все это дерьмо?

— Ни за что, — заверила ее Мэтти. — Но мне не грозит стать женой Майкла и мачехой Робби, а тебе придется найти какой-то способ общения с ней. Да, кстати, а между тобой и Робби все нормально? Он мне показался каким-то отстраненным в тот вечер.

— Не от тебя, а от меня, — уточнила Эллен и вздохнула. — Сложилась довольно трудная ситуация: и я, и мать — под одной крышей. Тем более что мать для Робби — в новинку, а я — та, кто заставляет его чистить зубы и забывает положить его любимое печенье на завтрак. Сегодня утром я узнала новость: Робби не хочет, чтобы мы с Майклом поженились. Если бы она не была такой святой, я бы поклялась, что это Мичелл вложила ему в голову. Но даже мне трудно заподозрить ее в чем-то подобном.

— И что ты ответила Робби? — поинтересовалась Мэтти.

— Что я могла сказать? Пропустила мимо ушей. Наверное, неправильно, но это произошло возле ворот школы, и я уже опаздывала на встречу с менеджерами «Парамаунт».

— Как продвигаются дела?

— Нормально. Мы можем перебросить туда производственную часть в течение двух недель.

— А вы с Майклом?

— Мы остаемся здесь. Слушай, мне надо бежать. Я снова опаздываю за Робби, да и Тед Форгон просил заглянуть.

— Как этот старый козел?

— Суетится. О! У меня только что возникла блестящая идея. А не привлечь ли его на свою сторону насчет роли Рейчел? У Теда больше акций, чем у Майкла, он намерен получить персональный кредит и, возможно, даже сделать персональный вклад… Надо подумать, я тебе перезвоню.

Часом позже, обдумывая, как и чем поощрить Теда в этом случае, Эллен вела Робби через школьный двор к машине. Вдруг ей пришло в голову: а не могли бы они с Робби провести остаток дня вместе? Нет, ей надо заниматься делами Майкла в его отсутствие, у нее куча собственных дел, так что и думать нечего. Это — чистое безумие, у нее нет времени даже на то, чтобы сейчас быть здесь, не говоря уж о том, чтобы чуть-чуть прогуляться с Робби.

— Дорогой, не шаркай ногами, — попросила она, когда он подходил к машине.

Не обращая на нее внимания, он продолжал идти как шел, затем забросил школьный рюкзак на заднее сиденье.

— Ты сядешь вперед? — спросила Эллен.

— Не хочу, — помотал он головой.

— Тебе же ничего не будет видно!

Он не ответил.

— Ладно, пристегни ремень.

Робби даже не пошевелился.

Наклонившись к нему, Эллен взяла ремень и закрепила.

— Что у вас было сегодня утром? — Она вырулила со стоянки.