Анна Альварес - Дикая Роза

— Но что случилось? Она же нравилась тебе.

— Случилось то, что я влюбился в другую. Роке нахмурился.

— Но у тебя есть обязательства перед Нормой. Пабло решительно посмотрел ему прямо в глаза.

— А быть женихом Нормы и при этом каждую минуту думать о другой — не грех?

После минутной паузы Роке предположил, что скорее всего Пабло покорила какая-нибудь корыстолюбивая девица, отдающаяся ради денег.

— Она и не собирается отдаваться мне, папа. Но я влюблен в нее!

— Норма верит тебе. И ты способен бросить ее ради мимолетного каприза?

— Если бы это был каприз, папа!..

Известие о временном переезде Леонелы в дом Лина-ресов Рикардо встретил спокойно.

— Я ничего не имею против. Если от краски у нее аллергия, пусть поживет у нас.

С Леопольдиной сестры были более откровенны. И, узнав об истинной цели этого переезда, служанка целиком приветствовала его.

А вот Розе это переселение показалось странным. Тем более что Дульсина, как бы в рассеянности, сообщила ей, что в свое время Рикардо и Леонела «почти готовы были пожениться».

— Но тебе нечего ее бояться. Леонела порядочная девушка. Она не станет ворошить старое. Разве что сам Рикардо…

— Ежели она станет вести себя как Лулу, пусть пеняет на себя!

Кандида стала убеждать Розу, что это совершенно невозможно. Дульсина же с сомнением поморщилась:

— А впрочем, кто ее знает, Леонелу… Чужая душа потемки.

Обе сестры считали, что об этом разговоре Роза ничего не должна говорить Рикардо.

— Понятно, я ему ни гугу. Зачем его расстраивать?..

Потом Дульсина о чем-то долго совещалась с Леопольдиной, после чего на лице старшей служанки появилось выражение надежды и веры в то, что скоро дом Линаресов будет свободен от этой нахалки из Вилья-Руин.

Вскоре Леопольдина появилась у лестницы, ведущей в комнату Рохелио, с подносом в руках и стала ждать Розу, которая, как она знала, вот-вот должна пройти мимо.

Стоило Розе показаться, лицо Леопольдины стало совершенно несчастным, она закашляла, заохала и с робкой надеждой обратилась к Розе: не сможет ли Роза отнести еду Рохелио, а то у нее, Леопольдины, сегодня все кости болят, она и по лестнице-то небось не сможет подняться.

— Ревма, наверно, — опытным глазом определила Роза. — Может, с кухни кого послать? А то ведь у него характер как у черта. Еще пульнет тарелкой!

Но Леопольдина объяснила ей, что лучше будет, если еду отнесет «кто-нибудь из семьи».

— В тебя он не пульнет! — почему-то была уверена она.

Рохелио, только что решивший шахматную задачу, раздумывал, чем бы ему заняться, когда в дверь постучали и на пороге появилась молодая жена брата с подносом в руках. Он предложил ей позавтракать вместе.

Сначала она удивилась, напомнив ему, как он наорал на нее в саду, потому что у него, видно, плохой характер. Но его открытая улыбка успокоила ее.

— Ну ладно, давай позавтракаю. Лучше с тобой, чем с сестрицами твоими. Я смотрю, с тобой можно дружить: нормальный парень. А в саду прям зверь был, прям огонь изо рта!

— Ну и речь у тебя!

— Да вот сестрицы твои обещались из меня всамделишную сеньору сделать. Не знаю уж, получится ли…

— Ты симпатичная. И красивая. Я понимаю, почему брат выбрал тебя.

— Ну, он меня любит — прям удавиться! Роза вдруг засмеялась.

— Смотри-ка, вот ты все и съел! Молодчага! Рохелио молча смотрел на нее.

— Наверно, у тебя полно недостатков. Но знаешь, чего в тебе совсем нет?

— Чего? — озабоченно спросила Роза.

— Зла! С тобой хорошо…

— Я к тебе буду заглядывать. А то тебе скукота одному здесь торчать.

Рохелио покачал головой:

— Я не люблю, когда здесь бывают женщины.

— Ты их, что ли, боишься. Это потому, что ты болен?

— Уходи!

Роза, однако, не обиделась.

— А я, ежели люблю, — мне все одно: болен или здоров. Я бы и за него и за себя работала.

— Ну хватит. Уходи.

— Да не заводись — ухожу. Захочешь поболтать со мной — дай знать. Тут же приду.

Она подошла к двери. И уже около нее услышала:

— Знаешь что, Роза?.. Приходи когда хочешь.

Леонела не стала затягивать с переездом в дом Линаресов. И теперь она вместе с сестрами сидела в гостиной, разглядывая только что пожаловавшую туда Розу.

Роза выглядела мрачной. К удивлению Леонелы, она без стеснения пожаловалась сестрам, что Рикардо ушел, даже не поцеловав ее.

— Видишь, какой он… — вздохнула Дульсина.

…День для Розы вообще складывался неудачно. Сначала она долго беседовала в саду с Себастьяном. И он сказал, что, если она не научится говорить как следует, то будет иметь в этом доме массу хлопот. Потом он предостерег ее, чтобы она не особенно доверяла сестрам, когда они хвалят новую жилицу дома, Леонелу Вильярреаль, по его словам, злейшую сплетницу, только и мечтающую приумножить свои деньги путем выгодного брака.

— Да, говорят, у нее своих денег куры не клюют.

— Деньги ищут деньги, Розита, — наставительно сказал Себастьян.

— По мне, лучше дитеночка заиметь!

— От Рикардо?

— От кого же еще? Дал бы Бог!

— Лучше бы он повременил, Бог-то…

— Это почему?!

Себастьян поглядел на нее с сомнением:

— Да не готова ты еще ребенка растить.

Эти слова не так бы расстроили Розу, если бы у нее не было уже разговора о желанном ребенке с Рикардо. И он даже шутить так ей запретил.

— Значит, у нас не будет детей? — потерянно спросила она.

— Сейчас нет. Не сейчас, — решительно ответил Рикардо. Все это испортило Розе настроение, и теперь сочувствие Дульсины, осуждавшей Рикардо, было ей неприятно. Она выразилась со свойственной ей непосредственностью:

— А вам-то какое дело? Каждый со своим копытом…

— Роза, что за выражения?! — возмутилась Кандида. Дульсина вспыхнула и открыла было рот, чтобы дать отповедь нахалке. Но ее перебила Леонела:

— Да бросьте вы. А мне, например, очень нравится Розина манера говорить. «Со своим копытом»! Выразительно!.. Здравствуй, Роза. Я Леонела Вильярреаль. Я немного поживу у вас.

— Дульсина говорила.

— Ты не хочешь со мной поздороваться?

Леонела протянула Розе руку. Та энергично ее потрясла.

— Надеюсь, мы будем дружить? Я хотела бы, чтобы мы стали… вроде сестер.

Роза ухмыльнулась.

— Зачем вам такая сестра, которая плохо одевается и говорить правильно не умеет?

— Я займусь твоим воспитанием и сделаю из тебя настоящую сеньору. Рикардо будет доволен!

Роза рассказала девушкам, что носила Рохелио еду и что он все съел.

— Бедненький, — пожалела его Дульсина. — Хорошо бы тебе навещать его хоть разочек в день.

— Мы на том с ним и порешили.